Латышские сказки | Сказки народов мира на YAXY.RU

ЮМОР YAXY.RU


Сказки народов мира

  • Список тем link
  • Латышские сказки

    Как барскую собаку учили говорить
    Звери в зятьях
    Курбад
    Конь-помощник
    Старый кошелек
    Старый солдат
    Ступай туда- неведомо куда, принеси то- неведомо что
    Ведьмина осина
    Волшебное зеркало
    Одураченные
    Отцовское добро
    Поп, дьячок и лавочник
    Рябая свинья
    Смекалистый Андритис
    Сказка о мудрой жене
    Сказка путника
    Смекалистый паренек
    Как работники старосту проучили
    Староста и черт
    Судьба богатого скупца
    Не взаправду ели, не взаправду и работали
    Хорошее средство
    Умный батрак
    Это и есть второй индюк!
    Как бедный брат правым остался
    Чик
    Каравай
    Кудахтина война
    Как управителя проучили
    Мудрая барыня
    Мачатынь
    Волшебная птица
    Как хорек святого духа съел
    Ленивая жена
    Мужик и пастор
    Как мужик гуся делил
    Барин и нищий
    Как мужик работником в пекле был
    Вор-благодетель
    Все господа - дураки
    Барин-лихоимец
    Всевидец
    Дедов совет
    Заветы отца
    Как бедняк разбогател
    Как барин жеребенка высиживал
    Волшебная птица
    Как глупый сын ездил в Ригу
    Как барина проучили
    Паук и муха
    Мужик, медведь и лиса
    Лиса и кувшин
    Как лиса жука жарила
    Как старик еды себе добыл
    Волк и мужик
    Как звери бежали да в яму угодили
    Как кот зверей напугал
    Как звери лису судили
    Лиса и девка
    Как лиса летать училась
    Как лиса хотела в дружбе с петухом жить
    Лисьи сани
    Как волк шубу себе добывал
    Как лиса на крестины ходила
    Лиса, скворец и ворона
    Лиса и волк
    Битый небитого несёт
    Как собака волку сапоги шила
    Как собака и волк врагами стали
    Сказка о непослушном волчонке
    Волк и телята
    Козёл-хвастун
    Как баран волка проучил
    Комар и волк
    Как волк козла тащил
    Собака и заяц
    Лошадь и медведь
    Старик и старуха
    Кто трусливее зайца
    Как заяц женился
    Как заяц с морозом поспорил
    Мышь домовая и мышь полевая
    Ёж и заяц
    Как птицы зверей одолели
    Крапивник и медведь
    Как сойка едой запасалась
    Как голубь гнездо вил
    Как аист к цапле сватался
    Как ворона пиво делала
    Как гуси поют
    Ворона и жаворонок
    Как животные разбойников прогнали
    Вольная грамота
    Как петушок и курочка по орехи ходили
    Старуха и коза
    Как петух щи варил
    Курочка-пеструшка и рябое яичко
    Мыши и кот
    Пять котов
    Благодарные животные
    Лягушка-помощница
    Золотые яблоки, золотая птица и три королевских сына
    Умный сын
    Кошачий дворец
    Невеста ужа
    Ежова шубка
    Мальчик с пальчик
    Коротышка
    Пять братьев
    Силачи
    Силач
    Находчивый сын
    Как пастушок королём стал
    Волшебная меленка
    Умный крестьянин
    Как крестьянин угадал, сколько чёрту лет
    Паренёк и чёрт
    Глупый чёрт
    Находчивый пастушок
    Золотая борода

     

    Как барскую собаку учили говорить

    У одного богатого барина была умная собака - делала все, что хозяин ей
    приказывал. Только вот говорить не умела. Стал барин искать человека,
    который научил бы его собаку речи человечьей. Где-то у черта на куличках
    отыскал он крестьянина, который и взялся барскую любимицу этой премудрости
    обучить.
    - А много ли возьмешь за это? - спросил барин.
    - Немало. Сорок пудов золота. И чтоб наперед мне уплатил.
    - Ладно, уплачу тебе сорок пудов золота наперед,- согласился барин.-
    Только научи собаку! Едем ко мне за нею.
    Приехали. Крестьянин навалил на свою телегу сорок пудов золота и увез
    его к себе домой вместе с барскою собакою. И начал ее обучать, чему
    требовалось.
    Через пять месяцев барин приехал к собачьему учителю и спрашивает:
    - Ну, как? Говорит уже моя собачка?
    - Да, маленько уже говорит,- отвечает крестьянин.
    - А что же она сказать мне может?
    - Может сказать гав-гав , ррр и прочее в таком роде.
    - Скорее учи! - говорит барин.
    - Когда научу полностью, ты мне еще сорок пудов золота заплатишь.
    - Ладно, заплачу еще, только научи!
    Прошло немного времени - приезжает крестьянин к барину и докладывает,
    что его собака уже полностью научена говорить по человечьему.
    Барин заплатил ему еще сорок пудов золота и велел завтра привести ему
    говорящую собаку.
    На другой день крестьянин приехал к барину снова один.
    - А где же моя дорогая собачка? Крестьянин стал ему рассказывать:
    - Повел я ее сегодня к тебе, начал с ней по дороге разговаривать. Стал
    расспрашивать, как, мол, живет твой хозяин, как его жена-хозяйка, а она
    давай мне болтать все начистоту, что хозяин со своей женой не ладит, со
    служанками и другими женщинами путается. Слушал я, слушал, и стало мне
    боязно: не стал бы твой пес об этом болтать всем, и твоей жене в том числе.
    Чтобы того не случилось, я тут же пса прикончил.
    - Молодец. Правильно сделал! - обрадовался барин.- Дам тебе за это еще
    сорок пудов золота. А то плохо бы мне пришлось.
    С той поры ни один барин своих собак не учит говорить.

     

    Звери в зятьях

    В стародавние времена было у одного отца четверо детей - один сын да
    три дочки. Дочки за вдовым отцом усердно ухаживали, а сын - тот без устали
    потчевал его самыми вкусными яствами. Счастливо жилось отцу на склоне лет
    при таких добрых детях. Говаривал он бывало: "Покуда вы, детки, станете жить
    мирно да дружно, сама Лайма вам улыбаться будет. Ты, сынок, - как я помру, -
    не женись сразу, а сперва сестер замуж выдай. Послушаешь меня - далеко в
    жизни пойдешь".
    Послушался сын отца и долго после его смерти жил со своими сестрами. Но
    в один злосчастный день судьба рассудила по-иному и отняла у брата любимых
    сестер. А было дело так: как-то в полдень сестры в саду гуляли. Тут откуда
    ни возьмись налетел вихрь и умчал сестер неведомо куда. Искал брат сестер
    три дня и три ночи - нигде ни следа! Ушел брат из дому и пошел по свету
    искать своих сестер. Ходит, ищет, выспрашивает - да все понапрасну. Хлебушек
    съел, припасы у него кончились, не знает бедный братец, что теперь делать,
    как быть?
    "Будь что будет, - решил он, - а домой мне все одно возврата нет. Коли
    такое дело - стану питаться, чем бог пошлет".
    Вскоре ему заяц повстречался. Проскакал было мимо, а братец ему и
    говорит:
    - Заика-увалень, не скачи мимо: голоден я, моченьки нет. Съем тебя.
    - Не ешь меня, парнишка-братишка. Я с тобой пойду, в беде помогу.
    Ладно. Вскоре братцу волк повстречался, хотел было мимо пробежать, а
    братец ему говорит:
    - Волчишка-воришка, не убегай: я голодный, съем тебя.
    - Не ешь меня, парнишка-братишка: за тобой побегу, в беде помогу.
    Ладно. Повстречались братцу слепни да осы. Хотели они мимо пролететь, а
    братец им и говорит:
    - Эй, слепни-кусачи, эй, осы-дудари! Не улетайте, я голодный, съем вас.
    - Не ешь нас, парнишка-братишка! Мы с тобой полетим, в беде пособим.
    Ладно. Вскоре братцу сокол повстречался. Хотел сокол мимо пролететь, а
    братец ему говорит:
    - Соколок-кривой клювок! Не улетай: я голодный, съем тебя.
    - Не ешь меня, парнишка-братишка: я с тобой полечу, в беде пособлю.
    Ладно. Вскоре братец рака повстречал. Хотел рак от братца попятиться, а
    братец ему говорит:
    - Не пяться, рачок-ползунок: я голодный, съем тебя.
    - Не ешь меня, парнишка-братишка, тебе вслед поползу, в беде помогу.
    Ладно. Идут себе вместе парнишка-братишка, да зайка-увалень, да
    волк-воришка, да осы-дудари, да слепни-кусачи, да соколок-кривой клювок, да
    рак-ползунок. Вошли они в лес. На второй день видят - избушка на курьей ноге
    вертится-крутится. Братец ей и говорит:
    - Остановись, избушка, дай путникам приют. Остановилась избушка. Вошли
    путники, видят - сидит старушка. Спрашивает она путников:
    - Куда идете? Ей братец в ответ:
    - А ты нас накорми да спать положи, завтра мы все тебе и расскажем.
    Приютила их старушка. Утром братец рассказал ей все по порядку и
    спрашивает:
    - А не знаешь ли, где мои сестрицы?
    Старушка в ответ:
    - Я, братец, не знаю, где твои сестрицы. Но коли сходишь к моей сестре,
    она, пожалуй, скажет.
    Они и пошли. На другой день в глухом бору увидали другую избушку на
    курьей ноге. Братец говорит:
    - Остановись, избушка, дай путникам приют - отдохнуть немножко.
    Избушка остановилась. Зашли путники, видят - другая такая же старушка
    сидит. Спрашивает старушка:
    - Куда идете? А братец в ответ:
    - Накорми да спать положи. Утром все и расскажем. Приютила их старушка.
    Утром братец ей все по порядку рассказал и спрашивает:
    - Коли знаешь - открой, где мои сестрицы? Старушка в ответ:
    - Скажу тебе, где твои сестры. Одна за щукою замужем, другая - за
    орлом, а третья - за медведем. А чтоб тебе до них добраться, надобно сначала
    у ведьмы верхового коня заработать. А до ведьмина жилья три дня пути.
    Пошли путники ведьму искать. Через три дня отыскали ее, и нанялся
    братец к ней в работники с таким уговором: коли устережет он три дня подряд
    дюжину кобылиц - получит жеребенка. Погнал утром братец двенадцать кобылиц
    на пастбище, а двенадцать жеребят на конюшне остались. Пошли с братцем и
    попутчики его, да все спать и залегли. Только зайка-увалень не спит: он-то,
    глядь, всех хитрее оказался. Говорит:
    - Ты спи себе, парнишка-братишка, спите все, а я пойду да послушаю, о
    чем кобылы промеж себя говорят.
    Прыг-скок! Подскочил зайка-увалень к кобылам и слышит: вот тебе и на!
    Кобылицы-то, вечером домой идти и не думают - они-де не дуры: ведь им ведьма
    строго-настрого наказала - пока одну гонят, остальным по кустам разбежаться.
    Услыхал это братец - и мурашки по спине пробежали. А слепни-кусачи да
    осы-дудари смеются:
    - Не кручинься. Пойдут они по кустам бродить, а мы их - жалить. Загоним
    их домой, вот увидишь.
    Так и сделали: вечером кобылицы бродят-плутают. Но слепни-кусачи да
    осы-дудари как принялись им шкуры колоть! Мотыльками кобылицы домой
    понеслись.
    Ругает их ведьма, а они в ответ:
    - Пойди-ка ты сама: поглядим, что делать станешь?
    И на другой день то же самое было.
    А на третий день зайка-увалень с такой вестью прискакал: ведьма-де
    приказала, чтобы кобылы от кусачей не в конюшню спасались, а в дремучий бор,
    туда-де кусачам не пробраться.
    У братца мурашки по спине пробежали, а волк-воришка говорит:
    - Подумаешь! Будто и всего на белом свете кусачей, что слепни да осы?
    Это ремесло и я разумею. А для моих клыков чащоба не помеха.
    Так и вышло: напали вечером на кобылиц слепни-кусачи да осы-дудари, а
    кобылицы от них - в лес. Но не вышло по-ихнему: выгнали их из чащи волчьи
    клыки, а укусы слепней да ос домой загнали. Видит ведьма - кобылы выпасены,
    и говорит братцу:
    - Получай завтра жеребенка - и чтобы духу твоего тут не было!
    Братец и его друзья спать залегли, а зайка-увалень поскакал
    подслушивать, про что ведьма с жеребятами толкует. А она их вразумляет:
    - Вы, одиннадцать, оставайтесь, какие есть. А ты, двенадцатый, самый
    мой наисильнейший,- ты завтра залезь под ясли и притворись, будто хворый,
    полудохлый. Парню можно из вас любого выбирать, какой приглянется: так
    рядились. Хворый будешь - он на тебя и не позарится.
    Подслушал это зайка-увалень и несет братцу свежую весть. Наутро
    одиннадцать жеребят по конюшне скачут - да так, что спасу пет. А двенадцатый
    вверх тормашками под яслями валяется, да так тяжко дышит, ровно меха
    кузнечные шумят. Тех одиннадцать ведьма расхваливает, до небес превозносит,
    а про двенадцатого говорит: "Дурной был, дурным и подохнет".
    Но братец ее и не слушает: подавай ему хворого! Остальные что-то больно
    пугливые. Неохота ведьме отдавать двенадцатого жеребенка, да что поделаешь?
    Уговор дороже денег.
    Забрал братец своего жеребенка и ушел из ведьмина логова.
    По пути жеребенок говорит:
    - Паси меня три дня на белом клевере - стану таким, как моя мать у
    ведьмы. Паси шесть дней на белом клевере - стану трехкрылым, взлечу ветром.
    Оставишь на белом клевере девять дней - буду шестикрылым, взметнусь вихрем.
    Так и сталось - на девятый день шестикрылый конь поучает братца:
    - Отпусти зайку, волка да слепней с осами - они тебе свое отслужили.
    Садись на меня верхом, сокола посади на колено, а рак пускай за мой хвост
    цепляется: я вас всех троих домчу к первой сестрице.
    Зайка-увалень да волк-воришка в кусты убежали, слепни-кусачи да
    осы-дудари в дупла забились. Рак-ползун вцепился коню в хвост, братец
    вскочил верхом на коня, а соколок-кривой клювок взлетел к братцу на колено.
    Земля дрогнула, ветер в ушах засвистел - и вот уже Шестикрылый домчал их к
    первой сестрице, к щучьему дому! Говорит Шестикрылый:
    - Слезай, парнишка-братишка, ступай со щукой-зятьком знакомиться. Там
    обсудите - что дальше делать-то. А мы втроем за дюнами передохнем.
    Зашел брат к сестре, у ней от радости даже слезы из глаз покатились.
    Накормила братца, спать уложила, и ждет-пождет, скоро ли муж вернется? К
    вечеру щука тут как тут. Увидала следы Шестикрылого, испугалась, спрашивает:
    - Смилуйся, женушка, скажи, уж не змиевы ли это следы?
    - Да нет же, нет. То мой братец к нам в гости примчался.
    - Значит, можно мне человеком оборотиться. Обернулась щука человеком,
    входит в избу. Шурин ему навстречу, и так они обрадовались друг другу,
    словно давно знакомы. Да недолго у зятька глаза радостью блистали: вспомнил
    он про свою злосчастную судьбину, вздохнул тяжело и говорит:
    - Кабы мог ты меня, братец, из змиевых когтей вызволить - вот бы
    счастье было! Околдовал он нас - брата орлом, другого - медведем, а меня -
    щукою. За мной вот меньшая твоя сестра, за орлом - вторая, а за медведем -
    старшая. Одному тебе змия не одолеть. Ступай к братцу-орлу, может, он
    поможет, а я слаб: мне ведь, как солнце взойдет, снова щукою обернуться.
    Утром вскочил братец на своего коня и помчался ко второму зятю, к орлу.
    Конь с соколом и раком в лес отдыхать пошли, а братец к сестре зашел, в
    орлий дом. Обняла его сестра со слезами, накормила, спать уложила, а сама
    мужа ждет. Вечером прилетел орел, но, увидя следы Шестикрылого, испугался и
    взмолился:
    - Смилуйся, женушка! Скажи - не змиевы ли это следы?
    - Да нет же, нет, мой братец к нам в гости прискакал.
    - Коли так, то я человеком обернусь.
    Обернулся орел человеком и зашел в дом. Шурин ему навстречу, и так
    обрадовались оба, словно давным-давно знакомы. Но и этот зять вскоре
    вспомнил о своей лихой судьбе и сказал, вздыхая:
    - Вызволил бы ты меня, братец, из змиевых лап! То-то счастье было бы!
    Но одному тебе змия не одолеть. Ступай-ка ты к брату-медведю, он тебе
    поможет, а я слишком слаб: ведь как солнце всходит, я орлом оборачиваюсь.
    Утром братец вскочил на своего коня и помчался к третьему зятю, к
    медведю. Конь с соколом и раком пошли в лес отдыхать, а брат к сестре зашел,
    в медвежье жилье.
    Обняла его сестра с плачем, накормила, спать уложила, а сама мужа ждет.
    Вечером пришел медведь. Увидал следы Шестикрылого и спрашивает:
    - Уж не змий ли тут околачивался? Не его ли то, женушка, следы?
    - Нет же, нет, это мой братец к нам в гости прискакал.
    Медведь обернулся человеком и вошел в дом. Шурин - ему навстречу, и так
    обрадовались оба, словно давным-давно знакомы. Но вскоре и этот зять
    вспомнил о своей лихой судьбе и сказал со вздохом:
    - Помоги-ка ты мне, братец, вырваться из змиевых когтей. Одному мне с
    ним не справиться, но коли вдвоем возьмемся - трещать змиевой шкуре!
    Утром-то ведь я снова медведем обернусь! - тогда и примемся за дело.
    Утром братец кликнул своего коня. Земля дрогнула, ветер засвистал:
    Шестикрылый с соколом и раком тут как тут. Медведь подумал было, что сам
    змий прилетел. Но братец его успокоил:
    - Это не змий, это мой верховой конь. А это мои друзья.
    Одного честно заработал, других честно заслужил.
    - Вот это ладно, братец! С таким конем да с такими помощниками нам змия
    одолеть не трудно будет. Живет змий во дворце, а дворец его - в большой
    скале. Летим туда.
    Мигом все у скалы очутились. Хотел было братец тотчас же скакать во
    дворец на своем коне, а медведь говорит:
    - Не так шибко! Нынче ты, братец, с соколом и раком тут оставайся. А мы
    с Шестикрылым во дворец пойдем: у него сила, у меня сноровка. Завтра,
    братец, твой черед настанет, а послезавтра всем нам работенки хватит. Нам бы
    нынче только связать змия, а большего и не надо. Ведь змия сразу убить
    нельзя, в нем сила бессмертная. Ну, начинать пора: надо поспеть, пока солнце
    не село.
    Рухнули с грохотом каменные ворота, содрогнулась скала. Шестикрылый да
    медведь со змием воюют: земля дрожит, скала трещит, гром гремит, глухой рев
    доносится . . . Бились до вечера, а к вечеру шум поутих, вышли Шестикрылый с
    медведем из змиева логова, оба в крови. Но дело сделали: связали змия!
    Отправились все домой, отдыхать, на завтра сил набираться, чтобы начатое
    дело продолжить.
    Утром медведь первый вскочил, разбудил братца и говорит:
    - Поднимайся, братец! Время за работу, нынче твой черед счастье
    попытать. Мы все за воротами останемся, а ты ступай в скалу. Увидишь две
    двери: одна направо, другая налево. Левая дверь лыком завязана, ты туда не
    ходи: в той комнате связанный змий лежит, он, коли войдешь, тебя проглотит.
    А в правую дверь входи без опаски, в той комнате наша главная помощница -
    девица-краса, королевская дочь. Змий похитил ее у короля и запер во дворце.
    Попроси ее, пусть выманит у змия тайну: где его бессмертная сила сокрыта?
    Сказано - сделано. Братец прокрался к девице, и она тотчас пошла к
    змию. Змий и так ее допрашивал, и эдак: к чему, мол, ей знать? Но,
    подумавши, сказал:
    - Открою тебе тайну. Все одно тебе моей бессмертной силы не добыть. За
    сто верст отсюда другая такая же скала высится, как эта. На ней - дворец, а
    во дворце - страшный бык. В нем-то моя бессмертная сила и сокрыта! Но даже и
    убил бы кто быка - моей бессмертной силы ему не видать: дохлый бык живой
    уткой обернется. А поймала бы ты утку да убила б ее - и то моей бессмертной
    силы не добудешь: дохлая утка обернется яйцом и канет в морскую глубину.
    Узнала девица все что надобно, рассказала братцу, а тот - коню, а
    конь - медведю. Помчались все домой отдыхать да сил на завтра набираться.
    Утром медведь первый вскочил, разбудил братца, коня, сокола и рака и
    говорит им:
    - Поднимайтесь, пора за дело! Нынче нам всем работенки хватит!
    Не теряя времени, пустились они к той скале. Немало пришлось им
    повозиться, но к вечеру гора рухнула, и они прикончили быка. Только бык
    сдох - глядь! из него утка вылетела и поднялась высоко в небо. Утка в небо,
    а сокол за ней! Нагнал и заклевал насмерть. Но только утка сдохла - шлеп! из
    утки яйцо выпало и кануло в глубь моря. Настал черед рака: рак нырнул вслед
    яйцу и выволок его из глубины морской. Только рак яйцо на сушу выволок -
    Шестикрылый - топ! и раздавил яйцо. В тот же миг связанный змий во дворце за
    сто верст испустил дух. Тут - откуда ни возьмись! - прилетел орел, а из воды
    щука выплыла. Все трое - медведь, орел и щука - кинулись братцу в ноги,
    обернулись людьми и говорят:
    - Спасибо, что пришел со своим шестикрылым конем, со всеми твоими
    товарищами, вызволять нас из змиевой неволи! Теперь мы на всю жизнь людьми
    останемся. Нам счастье, и сестрам твоим, нашим женам, счастье: ведь они
    нынче королевы, потому что мы снова королями стали, как и прежде были. Змий
    погиб, а мы живы . . . Спешим по домам, подданные-то наши давно о нас
    горюют, заждались, поди ...
    - Так-то оно так, - говорит братец, - да успеете! По моему разумению,
    нам надобно перво-наперво к моим сестрам мчаться. Заберем их с собою - и
    полетим в змиев дворец. Там девица-краса, поглядим, что с нею сталося?
    Нельзя нам ее забывать, ведь она главная наша помощница была. Сказано -
    сделано. Примчались все в змиев дворец. Ах ты, господи, до чего же девица
    обрадовалась! Со слезами да с плачем бросилась братцу на шею. Со слезами да
    с плачем говорит ему:
    - Спасибо тебе, молодец, что вызволил меня из змиевых когтей! Мне от
    батюшки-короля большое королевство досталося, а короля в том королевстве
    нет. Будь ты моим королем, буду твоей королевою. А шестикрылому коню,
    великому герою, надо змиев дворец во владение отдать.
    На том все и расстались: Шестикрылый остался властвовать во змиевом
    дворце, сокол улетел, рак под водой скрылся, а братец обнял свою королеву, и
    разъехались все по своим королевствам.
    И зажили все мирно да счастливо.

     

    Курбад

    Жил-был в стародавние времена один хозяин, детей у него не было. Сам-то
    хозяин об этом не очень горевал, а вот хозяйка день-деньской вздыхала да
    сетовала. А когда еще, как на беду, через семь лет хозяин. помер, так
    хозяйкиному горю и вовсе конца не было.
    - Ну, помер муж, помер - что ж поделаешь... Так хоть бы ребенок после
    него остался, было бы кого нянчить.
    Как-то прослышала вдова, что в городе один бедняк прокормить детей не
    может и потому отдает одного из девяти чужим людям на воспитание. Вдова
    сейчас же приказала запречь коня и покатила в город. Да ведь уж коли не
    повезет, так не повезет: тот человек уже кому-то отдал ребенка.
    - Ах, будь ему пусто! - говорит работник. - Зря, хозяйка, съездили.
    Хозяйка кручинится, ни слова не отвечает. Едут обратно и неподалеку от
    дома, когда через речку перебирались, вдруг видят - большущая рыбина на
    берег выскочила. Трепыхается на суше, будто не может обратно в воду попасть.
    Работник прыг с телеги и давай ловить рыбину, а та юркнула в воду и говорит:
    - Нет, пусть сама хозяйка придет, ей поддамся !.. Подошла хозяйка. И
    впрямь, выскочила рыбина -на берег и говорит:
    - Слушай, хозяйка, возьми меня, зарежь, свари и съешь - и пошлет тебе
    тогда Лайма сына. Только гляди, чтобы никому от меня ни кусочка не перепало.
    Так и сделала хозяйка. Вот наказывает она работнице, чтобы та ни
    навару, ни мясца рыбьего не трогала. Да как же, послушается она! Ведь надо
    же отведать, ладно ли посолено?! Да и разве хозяйка когда-нибудь приходила
    сама поварешку лизать?! Экая важность! Отковырнула кусочек - славно,
    отхлебнула из поварешки - того лучше. А чешуя да потроха возле очага
    валяются, толку от них все равно никакого - выкинула за дверь на помойку.
    А тут, как на грех, кобыла. Целый день она по двору бродила, травку
    щипала, на помойку забрела, вот и съела чешую с потрохами. Да и что
    говорить: с голоду и потроха за милую душу сойдут! Хозяин помер, работника
    целый день дома не видать - у бедной кобылы в брюхе хоть шаром покати.
    А на следующую ночь вот что произошло: родился у хозяйки сын, родился у
    работницы сын и родился у кобылы сын! Прозвали люди кобыльего сына Курбадом.
    Все трое парнишек вместе росли. Только Курбад посмелее да поухватистее
    был. Любимая его еда - орехи, питье - кобылье молоко, а место для спанья -
    на лежанке. По пятому году Курбад, бегая по лесу, уже перед маленькими
    деревцами не отступал. По шестому году - и с большими деревьями легко
    справлялся. А как седьмой годик стукнул, так ни волка, ни медведя уже не
    боялся.
    И вот стал с годами Курбад таким богатырем, что все работы по
    хозяйству, даже самые тяжелые, для него - плевое дело. Даже пота на лбу у
    него никогда не видывали. Захотелось ему за такую работу взяться, чтобы хоть
    раз пот со лба смахнуть.
    Вот как-то говорит он своим братьям - хозяйкиному сыну и работницыну, -
    что надумал он из нового дома нечистую силу выжить. Тот дом еще покойный
    хозяин поставил, да вот незадача - хозяин уже надумал в него перебираться, а
    нечистый еще с вечера туда вперед него забрался. И ничем пособить нельзя
    было, и жить там нет мочи, и нечистого не выкурить.
    Упираются братья - где уж нам втроем справиться, коли всем домом не
    могли нечистого одолеть. А Курбад отвечает:
    - Ваши матери вареной да жареной рыбки поели, а моя - сырой. Вот и ума
    мне больше досталось!
    Наконец сдались братья, пошли с ним в бесовское логово. Как стемнело,
    начали мошки да букашки в щелях меж собой разговаривать:
    - Поглядим, как эти трое разлетятся, словно мякина! Дай только нашему
    Трехглавому господину через мост перебраться.
    Курбад эти разговоры слышит, а братья - нет. Вот о полночь говорит
    Курбад работницыну сыну:
    - Ты самый слабый, бери свой меч и иди мост через речку сторожить.
    Пойдет там Трехглавый великан - ты его не пропускай. Он из трех великанов
    самый слабый, ты с ним справишься.
    А работницын сын в ответ:
    - Мне до этого дела нет! По мне, так пускай хоть кто там идет.
    - Нельзя его через мост пускать, а то он верх возьмет. Ну, уж коли ты
    боишься, придется мне самому пойти. А для верности поставлю я здесь на
    окошке ковш с водой: ежели в нем молоко появится, значит одолеваю я в бою, а
    ежели кровь, так бегите к моей матери, пусть спешит на подмогу. Только не
    спите, не забудьте мой наказ!
    Опоясался Курбад мечом, пошел на берег, сел у моста и ждет. Скоро и
    полночь, все тихо, только лягушки в реке, дикие гуси в воздухе да ласточки
    под мостом переговариваются. Одни в речке кричат: "Курбад! Курбад!", другие
    в воздухе: "Одолеет врага-га! Одолеет врага-га!", а третьи под мостом - "Три
    головы у великана, и все - чирк!" В самую полночь слышит Курбад, идут
    великановы глашатаи: собака в поле воет, сокол в воздухе свищет. Вынул
    Курбад свой меч, поднялся и мечом загородил путь к мосту. Загудела земля,
    валит Трехглавый великан, да как наткнулся на Курбадов меч, так и
    остановился, будто перед стеной.
    Взревел великан:
    - Пропусти меня, Курбад, через мост!
    А Курбад держит меч, как держал, и отвечает:
    - Не пущу!
    Трижды ревел на него великан, чтобы отступил Курбад, да толку никакого.
    Рассердился тогда великан и кричит:
    - А ну-ка подуй, посмотрю, сколько денег ты сможешь выдуть из-под
    моста, из моей мошны! Дуй туда, в поле! Как дунул Курбад, так целую
    сиеквиету чистым золотом осыпал. Стал Трехглавый дуть - всего полсиеквиеты,
    да и то медными денежками. Увидал это Трехглавый, норовит назад податься, а
    Курбад не пускает, собери, говорит, прежде деньги. Великан не соглашается.
    Ну, коли не соглашаешься, давай на мечах биться. И пошла сеча: мост дрожит,
    земля гудит, мечи звенят, наконец головы великаньи с тулова полетели.
    На радостях отпраздновал Курбад победу с братьями, до следующего вечера
    веселились. Как стемнело, опять в дом поспешили. А тут в щелях мошки да
    букашки опять переговариваются:
    - Ладно, Трехглавого ты осилил, а вот как с Шестиглавым.управишься?!
    Курбад эти разговоры слышит, а братья - нет. Дело к полуночи идет,
    говорит Курбад хозяйкиному сыну:
    - Ступай сегодня ты мост сторожить! Только и этому боязно, и он
    отвечает:
    - А мне какое дело! По мне, пусть хоть кто идет!
    - Ну, коли вы оба такие трусы, придется мне самому идти. Через мост его
    пускать нельзя, а то потом и не справишься с ним. Для верности поставлю я
    здесь ковш с водой: явится в нем молоко - значит все хорошо, а ежели
    кровь, - бегите к матери.
    Пошел Курбад на берег. Все тихо, только лягушки квакают: "Курбад!
    Курбад!", дикие гуси гогочут: "Одолеет врага-га! Одолеет врага-га!", да
    ласточки под мостом чивикают: "Шесть голов у великана и все - чирк!" В самую
    полночь слышит Курбад - идут великановы глашатаи: собака в поле воет, сокол
    в воздухе свищет. Поднялся Курбад и мечом загородил путь к мосту. Идет
    великан о шести головах, земля гудит, а пройти-то и невозможно: меч перед
    ним. Кричит великан:
    - Пусти меня, Курбад!
    А Курбад держит меч, как держал, и отвечает:
    - А вот и не пущу!
    Трижды ревел великан, чтобы отступился Курбад, да все без толку.
    Наконец он кричит:
    - А ну-ка подуй в чисто поле, посмотрю я, сколько ты денег можешь
    из-под моста, из моей мошны, выдуть!
    Как дунул Курбад, так целую пурвиету золотом осыпал. Стал Шестиглавый
    дуть - всего полпурвиеты, да и то медными денежками. Видит это великан,
    норовит назад податься, да только Курбад не пускает. Пускай-де сначала
    деньги соберет. Не соглашается великан. Ну, коли не соглашаешься, давай на
    мечах биться. И пошла сеча: мост дрожит, земля гудит, мечи звенят, наконец и
    великаньи головы с тулова полетели.
    Идет Курбад весело домой. Как только пришел, так и спать завалился,
    чтобы отдохнуть перед завтрашней битвой. На третий вечер мошки да букашки в
    щелях тревожиться стали:
    - Будь ему пусто! Уже двоих осилил. Ну да ладно, ладно! .. Уж с
    Девятиглавым-то этакий сморчок не потягается!
    Курбад слышит этот разговор, а братья - нет. Поставил он ковш с водой
    на оконце, наказал строго-настрого братьям, чтобы нынче глаз с ковша не
    сводили, а сам к мосту поспешил. Все тихо, как и в прошлую ночь, только
    лягушки неумолчно квакают: "Курбад! Курбад!", дикие гуси гогочут: "Одолеет
    врага-га! Одолеет врага-га!", да ласточки чивикают: "Девять голов у
    великана, и все этой ночью - чирк!" Вот слышит Курбад - в самую полночь
    бегут великановы глашатаи: девять собак в поле воют, девять соколов в
    воздухе свищут. Стал Курбад посреди Моста. Подходит великан и кричит:
    - Пусти меня, Курбад! А Курбад отвечает:
    - Ты чего, гроздеголовый, разорался! Давай-ка силой мериться!
    Ладно. Рубит Курбад мечом со всего маху. Одна голова слетела, только на
    ее месте три новые выросли. Видит Курбад, так и конца не будет, отбрасывает
    меч и голыми руками хватает великана за загривок. Только великан как хватит
    Курбада! Раз! - тот до колен в землю ушел. Ка-ак хватит второй! - так и до
    подмышек вогнал.
    Видит Курбад - плохо дело, и говорит:
    - Все борцы хоть минуту да передыхают, давай и мы передохнем.
    Ладно. Сел великан, отдыхает. А Курбада одно донимает - что же мать на
    подмогу не бежит? И неведомо ему, что братья заспались, на ковш не глядят,
    знать ей не дают.
    Сорвал он с ноги пасталу да как запустит прямо в окно, где братья
    похрапывают. Вскочили те, глядят: ковш крови полон. Помчались, как очумелые,
    к кобыле, а та раз-два - прискакала на подмогу Курбаду.
    И пошло дело: как сын смахнет великану голову, так мать лягнет изо всей
    силы, только белые искры сыплются, срубленное место прижигают - не отрасти
    новым головам. Вскоре повалился великан, как колода.
    После битвы пошел Курбад поспать в дом, откуда нечистую силу выжил. Да
    только сон не идет. Слышит Курбад, как мошки да букашки в щелях
    переговариваются:
    - Побил, проходимец, наших мужей! Да только по мужьям-то жены
    остались - ведьмы. Отплатят они этому сморчку. Как только пойдут эти трое
    завтра по дороге, так вдова Трехглавого обернется постелью. Как увидят эту
    постель, так одного из них до того в сон потянет, что тут же повалится, а
    как повалится, так и в наших руках. А вдова Шестиглавого обернется родником.
    Как увидит второй из них родник, так жажда его одолеет. А уж как станет
    пить, так в наших лапах. А вдова Девятиглавого то в змею обернется, то в
    песьеглава, и станет донимать того проходимца, пока не отплатит ему люто.
    Поутру отдал Курбад матерям деньги, что из-под моста выдул, чтобы они
    нужды не знали, и отправился с братьями в путь. Вдруг видят у обочины мягкую
    постель. Работницына сына сразу в сон потянуло, да в такой сладкий, что не
    удержаться. Только Курбад не дал ему улечься. Вынул он меч, да как рубанет
    по постели крест-накрест! На месте постели лужа крови осталась, и сон сразу
    прошел.
    Идут дальше, увидали чистый родничок. На хозяйкина сына вдруг жажда
    напала, так и рвется к воде. Только Курбад не дает пить. Вынул он меч, да
    как рубанет по роднику крест-накрест. На месте родника лужа крови осталась,
    и жажда сразу исчезла.
    На третий день приходят братья в чужую землю. А у владыки той земли
    черт трех дочек украл, когда они в бане мылись. И пообещал владыка младшую
    дочь и владения свои отдать тому, кто дочек вернет. Курбад тут же взялся их
    сыскать.
    Хотят братья по всему свету идти тех дочек искать, а Курбад говорит:
    - Нет! Где пропали, там и искать надобно. В бане пропали, с бани и
    начнем.
    Берет вечером Курбад палицу, меч, крупы да котел. Разводит в бане огонь
    и давай кашу варить. Братья не дождались - уснули. В полночь заскрипела
    дверь в бане. Влез в баню черт - и швырк золы в кашу! Да Курбад сгреб его,
    зажал в дверях и давай палицей по спине охаживать.
    Черт от боли чего только не обещает: даст, дескать, такую дудочку, в
    которую ежели подудеть - вылезут из земли десять карликов и любую работу
    справят. Дудочку Курбад взял, а черта снова лупить принялся, пускай скажет,
    куда трех дочек дел. Видит черт, дешево не отделаешься, сказывает:
    - Вон за тем полем есть болото. Посреди болота на сухом пригорке
    большой-пребольшой камень. Если отвалить камень, откроется
    глубокая-преглубокая яма в земле. Спустишься в нее, там и дочки будут.
    Курбаду этого довольно. Отпустил он черта, разбудил братьев, и пошли
    они болото искать. Да, точь-в-точь, как черт сказал: за полем болото,
    посреди болота пригорок, а на нем большущий камень со стог сена. Надул
    Курбад щеки да как дунет - так камень в болото плюхнулся, только брызги
    полетели. Ну, а дальше? Как в дыру спуститься? И смекнул Курбад: надо. в
    дудочку подудеть. Как подудел посильнее, выскочило десять карликов. Что,
    дескать, прикажешь?
    - Приказываю такую веревку принести, чтобы до дна этой дыры доставала!
    Раз-два! - карлики с веревкой уже тут как тут. Привязал Курбад
    работницына сына, но не успел и до половины спустить, как тот зашелся,
    завопил, чтобы назад поднимали, - боязно ему. И с хозяйкиным сыном та же
    история. Видно, самому Курбаду надо спускаться.
    А чтобы братьям на болоте не мокнуть, приказал Курбад карликам
    поставить для них избу и всякой еды-питья припасти. Вмиг бревна в сруб
    уложены, стропила подняты, крыша настлана, посреди комнаты стол накрыт.
    Отпустил Курбад карликов, а сам, прихватив свою палицу, под землю спустился.
    На полдороге уже черт маячит, тот самый, которого он вчера отлупил.
    - Спустись, спустись, тут я тебя и придушу! Но не успел Курбад палицей
    замахнуться, как узнал его черт и скрылся - будто ветром его сдуло. Наконец
    достала веревка до дна, и увидел Курбад большую равнину. На другом конце ее
    дом стоит, из трубы дым идет. Пошел туда Курбад, подходит к дому.
    А тут, оказывается, как раз самого черта жилье. Три повара в большущем
    котле черту обед варят. Увидали повара чужого, всполошились:
    - Ой, да знаешь ли ты, куда попал?! Явится наш повелитель, он тебя
    одним пальчиком пришибет!
    - А ну вас, заячьи души, не тарахтите! - отвечает Курбад и
    присаживается подле котла.
    А повара все его уговаривают, чтобы он лучше за печкой спрятался, а то
    им попадет за то, что чужого впустили.
    Послушался Курбад.
    Немного погодя является черт, начинает принюхиваться: чужим духом,
    дескать, несет. Повара врут: ворона только что пролетела. Успокоился черт,
    идет к котлу попробовать, довольно ли соли, ладно ли уварилось.
    Только нагнулся черт с поварешкой, как Курбад выскочит из-за печи да
    как смахнет мечом черту голову, так она и плюхнулась в котел, а за нею и
    тулово туда же.
    - Покамест черт в котле варится, - говорит Курбад, - выкладывайте мне,
    где украденные дочки.
    Рассказали повара, что одна живет в серебряном дворце, а принадлежала
    тому черту, которому только что голову смахнули. Другая - в золотом дворце и
    принадлежит Трехглавому черту. Третья - младшая - в алмазном и принадлежит
    Шестиглавому.
    Выслушал все это Курбад, опоясался мечом и направился к серебряному
    дворцу. Вышла из того дворца молодая девица и от удивления даже руками
    всплеснула:
    - Ой, парень, да куда же это ты забрел?! Явится мой мучитель, он тебя
    мизинчиком пришибет!
    - Ну-ну, девица, неужто он так страшен?! Так знай, что мучителя твоего
    уж нет в живых, а я пришел тебя освободить.
    Услышала это девица, упала Курбаду в ноги и заплакала от радости.
    Оглядел Курбад хорошенько серебряный дворец, поел,. попил и стал девицу
    о сестрах расспрашивать. Рассказала она ему все и присоветовала, как лучше
    все дело сделать, а потом принесла диковинную посудину со снадобьем, которую
    черт на окне оставил.
    В той посудине два снадобья было: то, что справа, - прибавляет силы,
    то, что слева, - убавляет. Отведаешь то, что справа, - силы через край
    прибудет, то, что слева, - на целый год сила пропадет. Отпил Курбад справа -
    ух ты, сколько в нем силы прибавилось, самому в диковину!
    С утра отправился Курбад в жилье второго черта, Трехглавого, и этого
    прикончил. Вот уже две сестры свободны.
    На третий день черед Шестиглавого. Только тут у Курбада дело не так
    гладко пошло: черт успел уже отобедать и к третьей сестре в алмазный дворец
    отправился.
    - Ну, ничего! Я до него и там доберусь, - сказал Курбад и зашагал ко
    дворцу.
    Смотрит - посудина со снадобьем на окне стоит, а сам Шестиглавый спит
    после обеда, храпит вовсю. Повернул Курбад посудину: сильное снадобье справа
    оказалось, бессильное - слева, - и пошел поглядеть, как младшая сестра
    поживает. Нашел красавицу-девицу, только очень уж грустную. Увидала она
    незнакомца и воскликнула тихонечко:
    - Ой, парень, куда же ты забрел ! .. Вот встанет мой мучитель, он тебя
    мизинчиком пришибет!
    - Ну-ну, не так уж он силен. Лучше разбуди-ка его, а мой меч укажет ему
    дорогу к разным мошкам да букашкам. Этаким душегубам лучше там спать, чем в
    алмазных дворцах.
    Разговаривают они, а тем временем Шестиглавый пробудился, стал на
    другой бок поворачиваться, а под ним кровать так заскрипела, что в третьей
    комнате в ушах засвербило. Кинулась девица к Шестиглавому, успокаивает: спи,
    дескать, спи. А тот принюхивается и спрашивает, с чего это чужим духом
    несет? Девица говорит, что мышь только что пробежала, - спи, мол, спокойно.
    Поверил Шестиглавый и опять заснул.
    Тут уж Курбад мешкать не стал: вынул свой меч, открыл дверь да как
    рубанет наотмашь, сразу три головы долой. Взвился черт, как молния, и
    кинулся сильного снадобья отпить, а вместо него выпил бессильного. Отрубил
    Курбад остальные три головы и выкинул их вместе с туловом в лужу.
    Бросилась младшая сестра Курбаду на шею, плачет от радости, не знает,
    как благодарить его. А Курбад коротко объясняет, что явился он не
    благодарности ради, а за тем, чтобы взять ее за себя замуж, остальные же
    сестры должны выйти замуж за его братьев, что наверху у дыры сидят, ждут.
    - Ну хорошо, заберем сестер и отправимся скорей к отцу свадьбы играть.
    А то чего доброго - пронюхают родичи убитых чертей, что ты с нашими
    мучителями расправился, так насядут на тебя саранчой.
    - Ладно, ладно, поторопимся!
    Вышел Курбад за ворота и оглядывается на алмазный дворец. Заметила это
    младшая сестра и спрашивает:
    - Что это ты, парень, так грустно поглядываешь?
    - Эх, кабы за труды мои этот алмазный дворец с собой захватить!
    - Чего же проще? Вот мой венец, обнеси его трижды вокруг дворца - и
    превратится тот дворец в алмазное яйцо.
    Так и вышло. Взял Курбад алмазное яйцо и поспешил к средней сестре в
    золотой дворец.
    За воротами снова оглядывается.
    Средняя сестра спрашивает:
    - Что это ты, парень, так грустно поглядываешь?
    - Эх, кабы за труды мои этот золотой дворец с собой захватить!
    - Чего же проще! Вот мой венец, обнеси его трижды вокруг дворца - и
    превратится тот дворец в золотое яйцо.
    Так и вышло. Поспешили они втроем к серебряному дворцу за третьей
    сестрой.
    За воротами опять Курбад оглядывается. Старшая сестрица спрашивает:
    - Что это ты, парень, так грустно поглядываешь?
    - Эх, кабы за труды мои этот дворец с собой захватить!
    - Чего же проще? Вот мой венец, обнеси его трижды вокруг дворца - и
    превратится тот дворец в серебряное яйцо.
    Так и вышло. Торопятся они вчетвером к дыре, чтобы наверх выбраться.
    Привязал Курбад старшую сестру и дергает веревку, чтобы братья вытаскивали.
    Вытащили те старшую сестру, вытащили среднюю, вытащили младшую. Скидывают
    веревку, чтобы и Курбада вытащить.
    А ведьма - вдова убитого Девятиглавого великана - примчалась
    оборотнем - и раз! - перегрызла веревку. Веревка - шлеп! - на землю. А
    большущий камень - бух! - из болота и завалил дыру. Даже избушка, карликами
    поставленная, исчезла. Братья с сестрами рады, что хоть сами уцелели и домой
    вернуться могут.
    Остался Курбад один под землей. Делать нечего, взял свою палицу,
    опоясался мечом, пошел выход искать. Сейчас бы ему вспомнить про свою
    дудочку да подудеть, авось карлики и помогли бы. Да ведь так уж оно водится:
    в беде-то человек теряется.
    Вот идет он, идет, доходит до избушки, а перед нею слепой старичок
    прямо на дворе скотину пасет.
    - Чего же ты, старче, скотину моришь? Вон где пастбище,
    тучное-претучное.
    - Тучное-то оно тучное, да только те луга песьеглава - нельзя там
    пасти.
    - А где тот песьеглав живет, дома ли он сейчас?
    - Сейчас его нету, да ведь это все едино: не могу там пасти - сторожит
    в лесу те луга громадная птица.
    - Неужто она так страшна?
    - Какое там страшна, да что ж поделаешь - сама подневольная. Если не
    усторожит, песьеглав ей за это отплатит. В позапрошлом году дозволила она
    мне малость попасти на тех лугах, а тут и явился песьеглав, лишил меня глаз,
    ау птицы детей градом побил. Есть у него и посудина со снадобьем, чтобы
    зрение вернуть, да ведь как до нее доберешься.
    - Избавил бы я тебя, старче, от того песьеглава, кабы ведал ты, как
    отсюда наверх выбраться.
    - Ежели ты того песьеглава одолеешь, так птица в благодарность и
    вынесет тебя на землю.
    - Ну? Тогда добро! Гони скотину на его луга, пускай бежит сюда биться.
    Вот скотина на выгоне, мчит сюда песьеглав, и началась драка. Сгреб
    Курбад песьеглава за песью глотку, придавил ногой и давай палицей возить, да
    так, чтоб признался, собачий сын, где посудина со снадобьем для глаз
    хранится. Пригвоздил Курбад песьеглава мечом к земле, сходил за посудиной и
    помазал старичку глаза тем снадобьем. Вот и зрение к старичку вернулось.
    А песьеглав освободился от меча- и на Курбада. Двинул его Курбад раз
    палицей - хоть бы что. Двинул другой - хоть бы что. Двинул третий - задрыгал
    песьеглав ногами и сдох.
    Старичок, не помня себя от радости, живо ведет своего спасителя к
    гнезду той птицы; знал он, что на птенцов ее опять град собирается. Подошли
    к гнезду: сидят там птенцы, изрядные уже, только еще голые. ,Пока
    разглядывали их, с ревом налетел град. Курбад еле успел прикрыть птенцов,
    так он спас их от града.
    Только град прошел, прилетает птица - с доброго коня ростом. Опускается
    перед Курбадом и молвит:
    - Благодаря тебе хоть раз у меня дети вырастут. Чем же тебе отплатить?
    - Вынеси меня на землю, другой платы не хочу!
    - Ладно, вынесу. Только дорога дальняя, море широкое, так что ступай и
    убей трех подземных быков и нарежь их кусками. Ежели поверну в дороге к тебе
    клюв - кидай мне каждый раз по куску.
    Пошел Курбад за быками. Ой, и быки же это были: замычат - палица
    ходуном ходит, топнут - земля трясется. Только Курбад хвать одного за рога -
    и голова долой, хвать другого - голова долой, хвать третьего - голова долой.
    На другое утро забирает Курбад бычье мясо, влезает птице на спину, и
    пустились они в дорогу. Девять дней и девять ночей летели. На десятый день
    уже край земли виден. Оглянулся Курбад, а мясо-то все вышло. Что же делать?
    Без мяса ослабеет птица. Нечего делать! Вырезал Курбад мечом икру из левой
    ноги и накормил ею птицу, вон уже и земля недалеко.
    К вечеру Курбад счастливо добрался до старого короля, нашел там свою
    невесту и братьев. Они рассказали, что с веревкой случилось, а Курбад - о
    своих похождениях под землей.
    За рассказом-то и вспомнил про алмазное, золотое и серебряное яйца.
    Взял он венец младшей сестры, обнес его трижды вокруг того места, где решили
    дворец поставить, бросил алмазное яйцо оземь, - и вырос алмазный дворец.
    Потом у средней сестры взял венец, обнес его трижды, бросил золотое
    яйцо оземь - вырос золотой дворец.
    Наконец взял венец у старшей сестры, обнес трижды, бросил серебряное
    яйцо оземь - вырос серебряный дворец.
    Отдал хозяйкину сыну и его невесте золотой дворец, работницыну сыну и
    его невесте - серебряный, а своей невесте оставил алмазный дворец.
    После свадьбы думал Курбад спокойно пожить во дворце, отдохнуть от
    трудов своих. Да только ведьмы злые не дают покоя ни днем, ни ночью: то
    лучшую скотину погубят, то посевы вытравят, то на подданных мор нашлют.
    Понял Курбад, что во всем вдова Девятиглавого виновата, и решил
    очистить от нее свое царство. Взял он три берковца соли да три берковца
    рассолу, пошел змею-ведьму искать.
    "Кабы удалось ей в глотку соли насыпать, - думает Курбад, - побежала бы
    она пить. А пока она лакать будет, я прибегу и прикончу ее".
    На третий день летит ведьма змеей крылатой, шипит, крыльями бьет, пасть
    разевает. Нацелился Курбад да и закинул все три берковца соли прямо ей в
    пасть. Зафыркала та и повернула к морю жажду унимать.
    Курбад следом за нею, но он еще и моря не увидал, как змея, напившись,
    уже назад несется. Примерился Курбад да как плеснет ей рассолом в глотку!
    Зафыркала змея и снова повернула к морю жажду унимать. А Курбад и след ее
    потерял.
    Искал, искал Курбад, пока не вышел к морю. Видит - там кузница. А в
    кузнице Чудо-Кузнец кует. Говорит он Курбаду, что пешим ту змею-ведьму все
    равно не догнать. А выкует он ему такого коня, что не успеет и пук льна
    сгореть, как на нем можно трижды вокруг света облететь. Только оглядываться
    нельзя.
    Покамест Курбад с Кузнецом разговаривали, змея налакалась и уже мимо
    кузницы летит. Схватил Кузнец пригоршню раскаленных искр и швырк ведьме в
    пасть, да только лишь конец языка ей опалил.
    Выковал Кузнец для Курбада коня. Сияет конь, словно звезда. Сел на него
    Курбад и пустился за ведьмой вдогонку. Мчится конь ветром через моря
    широкие, через леса высокие.
    Только что это? Гул за спиной неслыханный: деревья трещат - грох-треск!
    Вода хлещет - шип-плеск!
    Обернулся Курбад, и в тот же миг загремел гром, сверкнули молнии - и
    конь пропал. Жалеет Курбад, что забыл наказ Кузнеца, оглянулся. Хоть поздно,
    да смекнул, что все это ведьмины проделки были, да сделанного не воротишь.
    Прилег Курбад у ручейка на опушке, посудину со снадобьем рядом
    поставил. Отдохну, думает, потом отхлебну сильного снадобья и со свежими
    силами опять за ведьмой пущусь. Да только все наоборот получилось, потому
    что ведьма тем временем сговорилась с чертом перехитрить и вовсе извести
    Курбада.
    Пока он похрапывал, обернулась ведьма жабой, подскакала к посудине со
    снадобьем, повернула ее - сильное снадобье справа, бессильное - слева.
    Проснулся Курбад, захотел сильного снадобья выпить, ан выпил бессильного.
    Тут же заметил, бедняга, что случилось, да уж поздно: теперь на целый год
    сила пропала.
    А черт уже тут как тут. Нанимайся, говорит, ко мне на год в работники.
    А не хочешь, - выходи силой мериться.
    Думает про себя нечистый: "Уж я-то тебя работой пройму - сам ноги
    протянешь!" Согласился Курбад, только с одним уговором: ежели кто из двоих
    из-за работы разгневается, у того три ремня из спины вырезать. Черту такой
    уговор по душе пришелся.
    С утра посылает черт Курбада зайцев пасти. А известно, что за тварь эти
    зайцы: стоит выгнать, как они и разбегаются. Под вечер пастух один на выгоне
    сидит - ни единого. зайца не видать.
    Ну, ничего! Как только солнцу заходить, достал Курбад дудочку, подудел,
    явились десять карликов. Принялись они искать, да шнырять, да сновать, да
    сгонять - примчались зайцы как оголтелые.
    Увидал черт всех зайцев, думает: "М-да, с этим шутки плохи, на него
    бессильное снадобье не действует!" С утра велит черт коров пасти и
    наказывает, чтобы вечером от сытости приплясывали. Только выгнал их Курбад,
    как разбежались коровы, точно вчерашние зайцы. Да только карлики на звук
    дудочки снова явились - стали искать, да шнырять, да сновать, да сгонять -
    всех коров в одно место согнали.
    А Курбад подбил палицей каждой корове ногу, вот они и приплясывают.
    - Слышь ты, никак ты ноги коровам поперебивал?! - посинел черт от
    гнева.
    - Сам же наказывал, чтобы к вечеру приплясывали, а теперь еще и
    гневаешься.
    - Нет, нет, Курбад, я не гневаюсь.
    - Ну, коли так, давай другую работу!
    С утра велит черт лошадей пасти и наказывает, чтобы к вечеру, как
    пригонит, все смеялись. И лошади разбежались, как давеча коровы. Но явились
    опять карлики,- давай искать, да шнырять, да сновать, да сгонять - всех
    лошадей в одно место согнали.
    Отрезал Курбад у каждой лошади верхнюю губу и погнал домой, а лошади
    скалятся.
    - Слышь ты, никак лошадям губы поотрезал?!
    - Сам же наказывал, чтобы они смеялись, а теперь гневаешься.
    - Нет, нет, Курбад, я не гневаюсь!
    - Ну, коли так, давай другую работу!
    С утра велит черт запрячь кобылу и вспахать за день столько, сколько
    белая сука обежит. Запряг Курбад кобылу в такие короткие оглобли, что та и
    шагу ступить не может,- соха не дает. Поймал белую суку, избил ее своей
    палицей, загнал под клеть, а сам посиживает на сохе да вечера дожидается.
    Приходит вечером черт.
    - Ты чего не пашешь?
    - Чего не пашешь! . . Сука не бежит, кобыла не идет.
    А тут еще и ты гневаешься.
    - Нет, нет, я не гневаюсь!
    - Ну, коли так, давай другую работу!
    С утра велит черт вычистить конюшню, которая годами вил не видывала.
    Подудел Курбад в дудочку, явились карлики, принялись скрести, мести, нести,
    везти, словом - раз-два, конюшня чиста. Приходит вечером черт поглядеть.
    М-да, не придерешься.
    С утра велит черт запрячь кобылу - а это сама чертова старуха была - и
    привезти целую сажень дров из лесу. Наложил Курбад сажень дров - не тянет
    кобыла. Ну, коли не тянет, стал Курбад своей палицей к кобыльим бокам
    примеряться.
    - Чего это ты мои бока меряешь? - спрашивает кобыла.
    - Да вот хочу вырезать из твоих боков кожи побольше - мне на пасталы, а
    тебе легче воз будет тащить.
    - Не вырезай, не вырезай, я и так вытащу! . . Потянула кобыла,
    притащила воз домой. Дома черт на кобылу как бешеный накинулся. А кобыла
    отвечает:
    - На словах-то ты силен! А вот ступай сам, увидишь, каково с этим
    Курбадом сладить!
    - Да уж не гневаешься ли ты? - спрашивает Курбад.
    - Нет, нет, не гневаюсь!
    - Ну, коли так, давай другую работу!
    С утра велит черт овцу к обеду зарезать. Курбад требует показать,
    которую резать. А черт отвечает:
    - Режь ту, которая на тебя таращится.
    Пошел Курбад в хлев, видит - все овцы на него таращатся, ну и принялся
    всех колоть. Беснуется черт, а Курбад спрашивает:
    - Ты уж не гневаешься ли?
    - Нет, нет, не гневаюсь!
    - Ну, коли так, давай другую работу!
    С утра велит черт принести две меры муки, чтобы клецок из нее
    наготовить: одну меру клецок съесть Курбаду, другую - черту. Уселся Курбад
    позади черта и спускает клецки за пазуху. А черт ел, ел и объелся, потом всю
    ночь мучился.
    С утра велит черт баню истопить. Хочет попариться, чтоб полегчало. В
    бане бедняга-черт охает, стонет.
    - Знаешь, Курбад, переел я малость. А ты как?
    - И меня вроде мутит, только я средство знаю: распорю брюхо мечом,
    пусть клецки вываливаются.
    Вышел Курбад в предбанник, вытряхнул клецки на пол и говорит:
    - Вот теперь я здоров!
    Попробовал было черт себе брюхо распороть, да так и не смог - очень уж
    больно. Курбад от смеха катается, а черт не отзывается, только бурчит
    сердито:
    - На него бессильное снадобье совсем не действует. Экое нутро у
    сморчка, экая силища ! ..
    Парились оба при лунном свете до самой полуночи.
    Вдруг хватает черт свой топор в десять берковцев весом и говорит
    Курбаду:
    - На-ка топор, пошли в лес дуб валить.
    Взял Курбад топор за топорище и уставился на месяц.
    - Чего смотришь? Пошли давай!
    - Пошли, пошли ... Только знаешь, что? Ох, как мне охота топором Старцу
    в окошко запустить!
    - Да ты спятил! Всего у меня один топор, и тот хочешь загубить. Давай
    его сюда, пошли!
    - Пошли, пошли ...
    Пришли в лес. Залез черт на дуб, пригнул его к земле, как хворостину, и
    зовет Курбада, чтобы тот рубил. А Курбад привалился к толстому дубу и глядит
    на месяц.
    - Чего таращишься - руби!
    - Срублю, срублю, только больно охота мне сначала топором Старцу в
    окошко запустить, давненько не слыхал я, как он бранится.
    - Ох, шальной, не задевай Старца! Давай лучше сюда топор, я сам стану
    рубить, а ты полезай и держи дуб.
    Залез Курбад на вершину. А дуб - шасть! - взвился да махнул Курбада
    через себя, прямо на зайчишку. Схватил Курбад зайца и ждет, пока дуб
    повалится. Рубил черт, рубил, свалил дуб, да только промашку дал: верхушка к
    дому пришлась, а ствол к лесу. Взял Курбад зайца и идет к черту.
    - Где ты там околачиваешься? Чего дуб не держал?
    - Вовсе не околачиваюсь.
    Младшего братца вот встретил, поговорили, давно не видывались.
    - А чем твой брат занимается?
    - Скороход он.
    - А ну давай мы с ним наперегонки!
    Ладно. Как выпустил Курбад зайца, так тот и полетел, хвостишко вскинув.
    Бежал, бежал черт, какое там - не догнать.
    - Знай смеешься над моим братом - на все-то ты замахиваешься, а ничего
    не можешь. Ну, так как же с дубом быть? Берись за верхушку, а я за комель.
    Но уж, понятно, как взялись, так без всяких передышек прямо до дому.
    Схватился черт за верхушку и попер напролом через лес, только треск
    стоит. А Курбад сидит на комле и едет. Пришли домой, черт пот со лба
    утирает, а Курбад посмеивается.
    - Слабоват ты, братец, коли тебя так быстро пот прошибает.
    - С утра велит черт чертенят привезти и хорошенько накормить. Запряг
    Курбад кобылу, поехал за чертенятами, наложил их навалом в телегу, сверху
    добрую жердь-прижимину положил, затянул веревкой и поехал домой.
    Только по дороге чертенята один за другим вываливаются из воза да
    верещат:
    - Ой, Курбад, падаю! .. Ой, падаю! . .
    Решил Курбад по-иному с ними управиться - кто выпал, того трах о
    колесо! Как упал, так бах о колесо! Так всех и перебил.
    Дома усадил всех перебитых чертенят рядком у стола, набил им рты едой,
    каждому миску на колени поставил и пошел кобылу выпрягать. Вскоре черт
    является и вопит:
    - Курбад, так ведь ты моих детишек перебил!
    - Вот уж нет. Погляди хорошенько, это они с голода померли: у всех рты
    набиты и миска в руках. Ей-же-ей, с голода, дорвались до жратвы и
    подавились, ненасытные.
    - Брось, зашиб ты их!
    - Да уж не гневаешься ли ты?
    - Нет, нет, не гневаюсь!
    - Ну, коли так, давай другую работу!
    Наутро черт говорит Курбаду:
    - Слушай, вечером я пойду на свадьбу. Как управишься с кобылой,
    собирайся .туда же. И если увидишь, что я сижу между невестой и женихом,
    кинь на меня глаз.
    Вышиб Курбад у кобылы глаза и пошел на свадьбу. Только черт между
    женихом и невестой уселся, Курбад и запустил в него кобыльим глазом -
    оглянулся черт. Немного погодя швырнул и вторым, вскочил черт, в дверь - и
    домой. Дома беснуется.
    - Зачем у кобылы глаза вышиб?
    - Сам же велел глаза на тебя кидать.
    - Да ты что! . .
    - А ты уж не гневаешься ли?
    - Нет, нет, не гневаюсь!
    - Ну, коли так, давай другую работу!
    - Дам, дам!
    Лег Курбад спать, а сам слушает, как черт со своей старухой
    переговаривается. Надо бы, дескать, потихоньку к Курбаду подобраться и
    уложить его топором. Ежели не поторопиться, так Курбад и сам его изведет.
    Конец года недалеко, а там и бессильное снадобье перестанет действовать.
    Услышал это Курбад, слез с постели, поставил в изголовье горшок со
    сметаной, чтобы на человечью голову было похоже, а сам за печкой спрятался.
    В полночь крадется черт на цыпочках, да как трахнет по горшку, так
    черепки и полетели. Смеется черт, бежит к чертовке, рассказывает:
    - Вот угостил, так угостил - мозги так и брызнули!
    А Курбад бежит за чертом и спрашивает, с чего это он горшок разбил. Как
    увидал черт Курбада, так коленки у него затряслись: вот ведь идол, не убить
    его никак.
    Схватил он под мышку свои пожитки и старуху - и понесся к ведьме,
    Курбадовой ненавистнице. А Курбад за ними по пятам гонится. Немного погодя
    черт говорит жене:
    - Ну, можно малость передохнуть, больно уж ноша тяжела.
    - А как же, передохнуть надо! - поддакивает Курбад из-за чертовой
    спины.
    - Курбад! И ты здесь?
    - А как же! Где ты, там и я ...
    Подхватил опять черт свои пожитки да жену и помчался к речке, - решил
    где-нибудь на бережку поспать, отдохнуть. Только присел, как Курбад снова
    тут как тут.
    - Курбад! И ты здесь?
    - А как же! Где ты, там и я!..
    Вот попал черт в передрягу! Хоть помирай - ни убить Курбада, ни убежать
    от него.
    Наконец надумал так: положил жену рядышком, а Курбада с самого края,
    чтобы сонного его в речку столкнуть.
    Да так тебе Курбад и заснет, лежа рядом с чертом! Лежит, со сном
    борется, дожидаясь, пока те заснут. А потом перекатил чертову жену на свое
    место, сам на ее место улегся и ждет, что дальше будет.
    Встрепенулся ото сна черт и столкнул свою старуху сонную в речку. А
    когда заметил, что сам свою старуху утопил, - забегал по берегу, ногами
    топает, руки ломает. Схватил тут Курбад свою палицу, да как даст черту по
    макушке, так тот и пошел ко дну.
    Вот Курбад и от чертовой кабалы освободился. Повернул он к дому, идет,
    палицей поигрывает и чувствует, как к нему прежние силы возвращаются. Идет,
    идет, зашел в большой лес. Сидит на опушке старичок и кнуты вьет.
    - На кого, старче, кнуты вьешь?
    - На ведьм - житья от них в этом лесу не стало, каждому путнику
    отбиваться изо всей мочи приходится. Только этими кнутами и можно с ними
    совладать. Если бы нашелся богатырь, который разнес бы их поганое логово, -
    очистился бы от них лес навсегда.
    Решил Курбад взяться за это дело. Подождал он вечера, когда вся нечисть
    в свое логово убралась, и завалил нору большим камнем. Потом взял свою
    палицу, отвалил малость камень, выпустил одну тварь - и хлоп ее палицей!
    Отвалил опять, другая вылезает - хлоп ее! Отвалил камень, третья вылезает-
    хлоп ее! Так всю ночь провозился, пока всех не прикончил. С той поры чисто в
    лесу стало.
    На другой день наткнулся Курбад по другую сторону леса на человека,
    который сидит около большущего костра и вопит без устали:
    - Холодно мне! Холодно мне!
    - Так чего же не греешься, коли холодно?
    - Да только я попробую погреться, как примчится мой мучитель -
    оборотень и сожрет меня.
    - Не бойся, грейся себе, я с этим оборотнем разделаюсь!
    Так и вышло. Только человек стал руки греть, как примчался оборотень,
    зубами лязгает. Схватил Курбад оборотня за глотку, разорвал надвое и бросил
    в огонь - пускай ведьмам на закуску жарится. Сгорел оборотень, обуглился,
    огонь потух, а человеку больше и не холодно.
    Пошел Курбад дальше. Видит человека - сидит тот на берегу озера и вопит
    без устали:
    - Пить хочу! Пить хочу!
    - Чего же не пьешь, коли пить хочешь?
    - Да как только попробую напиться, так примчится мой мучитель - орел и
    сожрет меня.
    - Пей, не робей, я с ним разделаюсь!
    Так и вышло. Только человек напился, летит орел, крыльями хлопает,
    клювом щелкает. Отрубил ему Курбад голову и швырнул нечисть в озеро. Озеро
    тут же высохло, и у человека жажда прошла.
    Наконец вернулся Курбад домой. А тут новая напасть поджидает:
    околдовала подлая ведьма его жену, лежит та при смерти. До того ее хвороба
    измучила, что бедняга и мужа не признает. Но Курбад и на этот раз не
    растерялся. Взял он снадобье, что у песьеглава отнял и которым старцу зрение
    вернул, и вылечил им свою жену.
    Зажил он спокойно и счастливо, а подлая ведьма не решалась в его
    владения показываться, но все помышляла, как отомстить за мужа. Не смогла
    сама Курбада пронять, так облетела девять царств, натравила девять владык
    пойти на Курбада войной.
    Собралась рать огромная, и сын третьего владыки, великан непобедимый,
    повел ее в Курбадовы владения. Собрал и Курбад свою рать, повел ее навстречу
    недругу.
    И пошла сеча страшная: мечи звенят, палицы трещат. Сбил Курбад великана
    палицей, да пока собирался меч вытащить, успел великан своим мечом ранить
    его в левое плечо.
    Увидала это подлая ведьма, забила крыльями от радости, взлетела над
    Курбадом и сплюнула свою ядовитую желчь прямо ему в раненое плечо. Вскинул
    Курбад левую руку, поймал ведьму и удавил. Вскинул правую - рассек великану
    голову. Да тут разошлась по нему желчь ядовитая, повалился Курбад на свою
    палицу и помер.

     

    Конь-помощник

    У одного короля было три сына: два умных, третий дурак. Был у короля
    луг, и с того луга, что ни ночь, то пропадало по копне сена. Делать нечего,
    велит король сыновьям луг стеречь. В первую ночь отправился на луг старший
    сын, но в полночь напал на него сон, да такой сладкий; задремал он, так
    ничего и не укараулил. На другую ночь пошел средний сын, но и на него тоже
    сон напал, и копны как не бывало.
    На третий вечер дурак просится, чтобы его сторожем послали. А король не
    хочет его пускать: чего, мол, он, дурак, там сделает; уж если умные не
    смогли устеречь, то. он и подавно. Но потом подумал: "А пусть его идет,
    будь, что будет!" Отправился дурак, но и его сон морит. К полуночи просто
    сил никаких нет, глаза так и слипаются. Вот он и думает:
    "Так дело не пойдет. Подлезу-ка я под копну, руки, ноги растопырю
    пошире, так, чтобы наружу торчали, и буду спать себе как ни в чем не бывало
    . . . Кто придет сено красть, тот, небось, либо за руку, либо за ногу
    заденет, тут я и проснусь".
    И точно! Едва успел как следует заснуть, приходит вор за сеном - белая
    кобыла с двумя жеребятами - и давай есть сено. Едоки даже не заметили, как
    наступили дураку на палец. Дурак проснулся, ухватил кобылу за поводья,
    вскочил на нее. Кобыла ветром отмахала верст пятьсот, а дураку нипочем:
    скачи хоть шестьсот. Наконец кобыла стала, отдышалась и говорит: - Ты меня
    победил, теперь я твоя. Меня отдай своему старшему брату, старшего
    жеребенка - среднему брату, а узду эту и меньшого жеребенка оставь себе.
    Когда тебе в чем нужда будет - только побренчи уздой и пожелай - тут же твоя
    воля исполнится. А если когда-нибудь вздумаешь верхом покататься, только
    уздой звякни и позови: "Жеребчик!", тотчас явится в сверкающем уборе мой
    младшой жеребенок.
    Поблагодарил дурак кобылу и, не мешкая, поскакал домой и отдал ее
    старшему брату, старшого жеребенка - среднему брату, а себе оставил младшого
    жеребенка и от кобылы узду. Однако какой был толк отдавать добро умным
    братьям? На другой же день отвели они своих лошадей на базар и продали, а
    дурак поставил своего жеребенка на конюшню и знай холит его без устали.
    Поблизости от королевского дворца жила одна ведьма. Нежданно-негаданно
    приковыляла она к королеве и говорит ей: - Послушай, что я тебе скажу! Ежели
    до утра ты дурака не изведешь, то дурак тебя загубит. Вот тебе зелье, всыпь
    его дураку в еду - будет ладно.
    Раскинула королева умом: "Ведьме-то виднее, надо ее послушаться".
    Как только смертное варево поспело, зовет королева дурака к столу. А
    дурак сперва заходит на конюшню жеребенка покормить. Стоит жеребенок, голову
    повесил, на корм и не глядит.
    - Что с тобой, жеребчик, отчего не весел?
    - Не по себе печалюсь! - отвечает жеребенок, - а по тебе. Мать хочет
    тебя смертным варевом накормить. Ни за что не ешь! Лучше отдай черному коту,
    тому, что в комнате сидит.
    Дурак так и сделал, дал коту - кот ноги и протянул. Кота дурак выбросил
    за окно, а матери сказал, что съел, мол, варево. Мать еще спросила, по вкусу
    ли пришлось, и ждет, когда он помрет, а дурак ей в ответ: - Уж до чего
    вкусно-то! - и не думает умирать.
    На другой день, чуть свет, ведьма тут как тут:
    - Где будете хоронить дурака?
    - Ишь ты, какая прыткая! Еще не помер - уж и хоронить! - озлилась
    королева. А ведьма стращает:
    - Коли добром не хочешь сжить дурака со свету, то завтра дурак тебя
    загубит. Свари мяса добрый кусок и приправь этим зельем, будет ладно.
    Королева поверила, поставила горшок на огонь и варит сыну своему
    смертное варево. Только горшок с огня долой- зовет дурака есть. А дурачок
    опять первым делом к жеребенку заходит и видит его таким же печальным:
    - Что с тобой, жеребчик, снова неладно?
    - Наварила мать мяса тебе на погибель, ты его не ешь! Лучше окуни в
    миску с варевом уголок скатерти, тогда сам увидишь. Так дурак и сделал,
    окунул уголок скатерти в миску - скатерть тут же и сгорела синим пламенем
    вместе с мясом. Потом мать спрашивает, по вкусу ли пришлось угощение, и
    дожидается, когда он умрет, а дурак и не думает умирать. Наутро ведьма еще
    раньше принеслась и тотчас спрашивает:
    - Ну как, загубила дурака?
    - Где там! - отвечает королева, - чего ему ни давай - ни в какую!
    - Постой-ка, тогда знаю, в чем тут дело. Всему помехой этот жеребенок,
    его-то и надо первым делом прикончить. Прикажи дураку жеребенка зарезать и
    сердце вырвать. Ладно. Понапрасну не мешкая, зовут дурака и велят ему
    жеребенка зарезать и сердце вырвать.
    Дурак ни да, ни нет не сказал, а бегом на конюшню, посоветоваться, как
    быть дальше. Жеребенок говорит:
    - Пойди к самому королю и на коленях проси, чтобы дозволил тебе в
    последний раз по двору верхом на мне проехаться. Скажи, дескать, ходил ты за
    мной, кормил, холил, а прокатиться так и не довелось. Он не откажет. А тогда
    ты взнуздай меня той уздой, что мать дала, и только обскачи на мне вокруг
    двора трижды.
    Пошел дурак к отцу. Выпросил позволение. Вот взнуздал он жеребенка и
    едет на нем круг, другой - все глядят. А как третий-то круг поехал, не успел
    и глазом моргнуть, как взвился жеребенок в поднебесье и упорхнул бабочкой
    вместе с дураком на чужую сторону. Лишь на второй день в другом королевстве
    жеребенок опустился на землю и говорит: - Теперь сними с меня узду, звякни
    ею и пожелай шубу меховую, чтобы была шерстью наружу и вся из одной шкуры.
    Потом схорони узду под шубой, ступай в королевскую столицу и ничего не
    говори! Если кто расспрашивать чего или выведывать станет, отвечай: "Не
    знаю, не знаю!" Входит дурак в диковинной шубе в город. Горожане сразу
    обступили его, дознаются, кто таков, откуда путь держит?
    - Не знаю, не знаю!
    - Не знаешь - вот чудак-то! Что с таким разговаривать? Надо отвести к
    королю, пускай он разберется!
    Привели к королю - там то же самое: "Не знаю, не знаю!" Махнул король
    рукой и отправил придурка к садовнику - хоть к какому-нибудь делу его
    приставить, авось хоть свой хлеб отработает.
    Велел садовник дураку сад расчистить. Уселся дурак в конце сада,
    побренчал уздой и приказывает: - Пусть сад станет чистым!
    Тотчас все деревья с корнями вместе вырвались и унеслись по воздуху;
    вскоре весь сад был расчищен, ни единого деревца не уцелело. Прибегает
    садовник: - Ты с ума спятил? А ну ступай к королю!
    Приказал король всыпать дураку пять плетей и послал к водоносу. Велит
    ему водонос наносить в дом воды. Пришел дурак к озеру, побренчал уздой и
    приказывает:
    - Чтобы были у меня большие бадьи, каждая по сорок пар ведер, и чтобы у
    меня сил хватило донести их!
    Тотчас у дурака на плечах оказалось коромысло с огромными ведрами. Вот
    таскает он воду да, знай, заливает через трубу в дом. В два счета дом
    полнехонек, по самый конец трубы. Прибегает водонос: - Ты с ума спятил? А ну
    ступай к королю!
    Приказал король всыпать дураку десять плетей и отправил к дровосеку.
    Велел ему дровосек нарубить дров на весь город и перетаскать их. Пришел
    дурак в лес, побренчал уздой и приказывает:
    - Чтобы был у меня канат, которым можно обвязать сто саженей леса
    стоячего и своею силою его в город перетащить!
    Тотчас канат явился; обнес дурачок лес канатом и тянет за собой. Сидит
    младшая королевна у окна и удивляется: - Глядите, диво-дивное: мужик впереди
    идет, а лес за ним следом!
    Услыхал то король, выбежал дураку навстречу: - Ты с ума спятил! Дворец
    мой опрокинешь! Бросай канат прочь и ступай сюда, прикажу всыпать тебе
    пятнадцать плетей!
    А в тот день все три королевны выбирали себе женихов: обе старшие
    выбрали двух королевичей, только младшая сама не знала, кого ей выбрать.
    Однако король не унимается, пускай, мол, скорее скажет, за кого надумала
    замуж пойти. А она никак не может придумать, за кого пойти.
    - Экая беда с тобой! - разгневался король, - бери хоть дурака, но мужа
    тебе надобно непременно, такова моя воля!
    - Ладно, возьму дурака! - согласилась дочь.
    "Делать нечего, что сказано, то сказано", - подумал король и велел
    обвенчать дурачка с младшей дочкой.
    Время бежит день за днем; дурак со своей женой живут ладнее, чем обе
    старшие сестры со своими королевичами. Никто даже верить не хотел, однако
    была это чистая правда.
    Да настал однажды черный день: откуда ни возьмись на той горе, что
    около города, завелся черт и потребовал, чтобы каждый год отдавали ему по
    одному человеку, а в первые годы подавай ему королевских дочерей, не то он
    озлится и всю землю разорит.
    Делать нечего - сперва пришлось вести к черту старшую королевну.
    Приуныли все в этот день. Дурачок тоже печальным прикинулся, да только иное
    у него на уме. Когда горожане повели старшую королевну на чертову гору, он
    уздой побренчал и позвал: - Жеребчик!
    Тотчас прискакал конь серебряный, в серебряной кольчуге, с серебряным
    мечом и говорит: - Полезай в мое левое ухо, вылезай в правое!
    Вылез дурак весь в серебре, схватил меч, вскочил на коня и поскакал, и
    едет кружным путем навстречу королевне, кланяется ей. А она ему: - И чего ты
    еще меня дразнишь? - и думает про себя: "Видать, это и есть сам черт!" Да в
    тот самый миг вылез из горы настоящий черт, шестиголовый, и хочет схватить
    королевну. Дурачок ждать не стал и как рубанет черта серебряным мечом, так и
    отсек ему все головы. Королевна не узнает дурачка, спрашиваете - Как же
    отблагодарить мне тебя за спасение?
    - Скажи королю спасибо за пять плетей! - ответил дурачок и скрылся
    вместе с серебряным конем в лесу.
    Там серебряный конь остановился и говорит: - Полезай в правое ухо,
    вылезай в левое!
    Сделал так дурак, глядь - и нет на нем серебряной одежды.
    На следующий год другой черт, девятиголовый, завелся на той горе. Надо
    отдавать ему среднюю королевну. В тот день, как идти королевне к черту,
    дурачок снова побренчал уздой и сказал: - Жеребчик!
    Тотчас прискакал золотой конь, в золотой кольчуге, с золотым мечом и
    говорит: - Полезай в мое левое ухо, вылезай в правое!
    Вылез дурачок весь в золоте, схватил золотой меч, вскочил на коня и
    поскакал. И едет кружным путем навстречу королевне, кланяется ей. Та
    подумала, что это и есть сам черт, и говорит:
    - Чего меня еще дразнишь!
    Да в тот самый миг вылезает из горы настоящий черт, девятиголовый,
    королевну схватить собирается. Рубанул дурак черта золотым мечом и отсек ему
    все головы.
    - Ой! Да чем отблагодарить тебя за спасение?
    - Скажи королю спасибо за десять плетей! - ответил дурак и скрылся в
    лесу.
    На третий год еще один черт завелся на той горе, о двенадцати головах.
    Этому надо дуракову жену отдавать. В тот день как дураковой жене к черту
    идти, дурачок побренчал уздой, приговаривая: - Жеребчик, жеребчик!
    Тотчас прискакал алмазный конь, в кольчуге алмазной, с алмазным мечом и
    говорит: - Сегодня будь осторожен! Выйдет из горы великан огромный о
    двенадцати головах, а кроме него еще двенадцать кузнецов. Коли те кузнецы
    поспеют ударить по наковальне, то явятся еще двенадцать кузнецов. Поэтому
    перво-наперво убей кузнецов, а уж тогда руби великана. Понял?
    - Понял, понял!
    - Ладно, тогда полезай в левое ухо, вылезай в правое! Полез дурачок и
    вылез весь в алмазах. Хватает он алмазный меч и скачет жене навстречу,
    кланяясь. Та думает, что это и есть сам черт, потому и говорит: - Чего ты
    еще меня дразнишь?
    Тут выходит из горы великан со своими кузнецами.
    Только собрались они ударить по наковальне, да успел дурак всех их
    перебить, ни одному не удалось стукнуть. Набросился он на великана, а
    великан и вбил его по самые колени в землю. Подскочил тут жеребец и вырвал
    его из земли. Опять-прет дурак на великана, а великан его теперь по пояс
    вогнал в землю. Жеребец снова вытащил дурака.
    И тут замахнулся дурак мечом, что было мочи. Это его и спасло. Отрубил
    алмазный меч великану ногу. Бабах! Грохнулось огромное туловище великана
    оземь со всеми головами. Вскочил на него дурак и давай рубить одну голову за
    другой, как дрова. Алмазный меч аж накалился. В два счета все головы долой -
    и великану конец. Но и у дурака нога в одном месте кровоточит. Жена его
    скорехонька платок достала, рану перевязала и спрашивает: - Уж в не знаю,
    чем заплатить тебе за спасение?
    - Скажи королю спасибо за те пятнадцать плетей - больше ничего.
    Промолвив это, вскочил дурак на своего коня и скрылся в лесу. Там конь
    ему и говорит: - Полезай в правое ухо, вылезай в левое!
    Так дурачок и сделал, тотчас пропали все алмазы. Домой приходит, а жена
    навстречу: - Кабы ты знал, кто меня спас! Всадник в алмазах, на алмазном
    жеребце, я ему пораненную ногу своим платком завязала.
    - Ну и слава богу! - сказал дурак и больше ни полслова. А вечером,
    когда собрались ко сну отходить, жена увидала свой платок у мужа на ноге, да
    так и опешила, глазам своим не верит. Еще раз посмотрела: он самый. Наседает
    на мужа, чтобы всю правду рассказал. Чего ж тут долго за нос водить? Взял да
    и рассказал. Дуракова жена бегом к королю, подняла его с постели и
    рассказала про дураковы дела.
    И с того дня стал дурачок у короля любимым зятем.
    Король сказал:
    - Когда помру, то на мое место дурачку садиться!

     

    Старый кошелек

    Было у отца три сына - двое умных, третий дурак. Вот как-то позвал их
    отец и молвит:
    - Такое дело. Что нам всем дома делать? Может, кто из вас пойдет по
    свету счастье искать?
    Ладно. Пошел старший. Проводил его отец до дороги, пожелал удачи. А
    какое ему счастье привалило, это мы сейчас увидим. Первый день проехал
    благополучно, второй день тоже ничего не стряслось, на третий день, как на
    грех" подъезжает к распутью с надписью: "По первой дороге поедешь - коню
    хорошо. По другой поедешь - самому хорошо. По третьей поедешь - обоим
    хорошо". Прочитал это старший брат, подумал: "Вот и узнай, которая первая
    дорога, которая третья! Вернусь-ка я лучше домой".
    Поехал средний брат. И как доехал до распутья, тоже подумал: "Поди
    узнай, которая тут первая, которая третья дорога! Вернусь-ка я лучше домой".
    Поехал дурак. Доехал до распутья, подумал, а потом решил так: "То, что
    справа, всегда правое, правильное. А что правильно, то и хорошо. Вот и
    выходит, та дорога, где и мне и коню будет хорошо, - правая. Поеду по ней".
    Поехал. Проехал немного, глянул ненароком на землю и увидел старый,
    рваный кошелек.
    - Не беда, коли старый! - решил дурак. - Хоть и старый, а поднять
    можно! Разживусь деньгами, глядишь - будет куда положить.
    Слез с коня и подобрал кошелек. А кошель на солнце скоробился, задубел,
    сморщился, как сморчок. Ну да ведь покоробившуюся вещь поправить легко.
    Помял его, потер хорош. Но только помял дурак кошель - экое чудо: явились
    три карлика и спрашивают, чего он хочет, что прикажет?
    - Чего хочу? Денег хочу! Кто же пустой кошель к поясу привязывает?
    Опять же, кто меня даром будет в дороге кормить? С деньгами с голоду не
    помру, - так что подавайте сюда кошель золота!
    Раз-два - карлики с деньгами тут как тут. Что еще?
    - Что еще? Укажите-ка мне дорогу к такому господину" где человек не
    только хлеба вдосталь заработает, но и деньгами разживется!
    - Ладно, ладно. Поезжай вот по этой дороге. Три дня проедешь, - увидишь
    перекресток. Сверни по правую руку, вот и попадешь куда тебе надо.
    Так дурак и сделал. И вот на третий день, уже к заходу солнца, добрался
    он до дворца одного короля. Нанялся к нему в услужение. А у короля была
    красивая дочка, единственное дитя. Понравился ей дурачок, да разве за него
    замуж выйдешь? Отец не дозволит. И дурачку королевская дочь полюбилась, - да
    ведь как на ней жениться? Король его ко всем чертям пошлет, а дочку не
    отдаст. Так и шло время. Да вот однажды пришла дураку в голову хорошая
    мысль. Помял он кошель, вызвал карликов и приказал королевскую дочь к нему
    принести. В один миг карлики с девицей тут как тут.
    - Послушай, милая, - говорит дурак, - а не пойдешь ли ты за меня? Я
    знаю, что отец не даст согласия, да ведь надо старого уломать. Не ему весь
    век со мной жить, а тебе. Так чего же ему противиться?
    - Ладно, ладно, паренек, - отвечает королевна, - попробуем отца
    уговорить. Вот тебе мой перстень в знак того, что я согласна. Авось да и
    удастся нам пожениться. А теперь мне надо спешить, неровен час, отец
    хватится.
    - Спеши, спеши, милая. Только надо же и тебе что-нибудь подарить ради
    сговора. Вот что, возьми-ка ты этот кошелек. Только запомни: очень-то его не
    мни, а не то явятся три карлика и станут просить работы.
    Королевская дочка думала незаметно к себе пробраться, но не тут-то
    было! Заметил король, что дочка у дурака была. И пошло, и поехало! . .
    - Где была? Что это за кошель? Где его взяла?
    - Батюшка милый, батюшка хороший, с этим кошелем нельзя шутить: если
    его помять - явятся карлики!
    - Давай сюда, хочу сам увериться! Делать нечего, подала дочка кошель.
    Помял его король - явились карлики. Что, дескать, прикажешь?
    - Приказываю занести дурака на середину моря и засадить в башню без
    окон, без дверей!
    В один миг готова деревянная башня, и дурак в ней сидит. Королевская
    дочка плачет-заливается, да делать нечего.
    Вот попал дурак в этакую беду. По если головы не терять, мозгами
    пошевелить, - из любой беды можно выпутаться. Так и с дураком вышло.
    Прикинул он так, прикинул этак, наконец достал свой ножичек и начал стену
    ковырять. Ковырял, ковырял, глядь - на третий день проделал такую дырку, что
    мизинец можно просунуть. Еще три дня возился - уже голова пролезает. Наконец
    на девятый день большущая дыра готова. Свил он веревку из простыней да из
    одеяла и спустился к самой воде. А только теперь куда податься? Некуда. Да
    тут на заре рыбаки сети выбирать подплыли. Увидал их дурак, завопил во все
    горло, чтобы сжалились над ним. Рыбаки - люди добрые, взяли они дурака и
    отвезли на берег. И хотя земля та была чужая, незнакомая - ладно и то, что
    на суше.
    "Чем песок здесь зря топтать, - - думает дурак, - пойду-ка лучше в лес,
    хоть ягод насобираю".
    В лес, так в лес. Идет туда - ну и чудеса! - кто это там ссорится?
    Пригнул один куст, раздвинул другой, подошел поближе, видит: четыре
    приятеля - медведь, пес, птица и муравей - схватились из-за добычи.
    - Разве так меж добрых приятелей водится?! - кричит дурак.
    - Да как же нам быть, - отвечают те, - коли некому между нами добычу
    разделить?
    - Экое диво, давайте-ка я поделю!
    Начал дурак делить добычу. Медведю дал самые большие кости, псу - ноги,
    птице - мясо, а муравью - череп, чтобы было куда в ненастье спрятаться.
    Приятелям такой дележ пришелся по душе. Съели они каждый свою долю и
    говорят:
    - Хотим мы тебе, парень, за такой справедливый дележ отплатить. Так
    вот, ежели тебе когда-нибудь в жизни понадобится стать медведем, только
    крикни: "Медведь, сюда!" - и тут же обернешься медведем. Понадобится стать
    псом, крикни: "Пес, сюда!" - и тут же обернешься псом. Понадобится стать
    птицей, крикни: "Птица, сюда!" - и тут же обернешься птицей. Понадобится
    стать муравьем, крикни: "Муравей, сюда!" - и тут же обернешься муравьем.
    А дураку только этого и надо было. Тут же крикнул он:
    "Пес, сюда!" - и обернулся собакой. Добежал псом до моря и крикнул:
    "Птица, сюда!" Тут же пес превратился в птицу; перелетела птица через море,
    села под окном королевской дочери и поет, и поет, да так сладко, что та
    поневоле окно раскрыла. А как раскрыла окно, так птица влетела в комнату и
    обернулась человеком. Тут и рассказал дурак все, что с ним было, как он из
    заточения спасся. Услыхала об этом королевна, страх как обрадовалась. Да не
    долго пришлось им радоваться. Один подлый королевский слуга подслушал у
    дверей и рассказал королю, что дурак птицей прилетел. Король от злости
    позеленел, призвал людей и приказал поймать птицу, даже сам взялся помогать.
    Что ж, пришлось дураку свою силу показать. Крикнул он: "Медведь, сюда!" - и
    принялся всех по очереди отделывать. Под конец сгреб самого короля и пытает:
    - Отдашь дураку свою дочку или нет?
    - Отдам, отдам, только отпусти живым! Обернулся опять дурак человеком и
    требует, чтобы завтра же свадьбу справили.
    Делать нечего, пришлось королю согласиться.
    Но как только свадьбу сыграли, король стал новые козни строить.
    Связался он с чертом и начал его подбивать, чтобы тот его зятя извел. Черту
    такие штуки всегда по душе, его хлебом не корми, а дай таким делом заняться.
    Дня не проходит, чтобы черт королевскому зятю не насолил. Наконец не
    выдержал дурак и говорит своей жене:
    - Если сегодня опять притащится черт, так уж ты к нему подладься,
    разговорись полюбезнее, да и выпытай, где у него сила хранится. А я внесу в
    комнату три палочки и спрячусь за ними, в муравья обернувшись, - и все
    подслушаю.
    Ладно. В полдень черт приплелся. Где муж?
    - Нет его сегодня дома.
    Не поверил было черт, а потом, как огляделся, поверил. Начала королевна
    разговор вести о том да о сем, чтобы выпытать, где у черта сила. Да все зря.
    Наконец говорит она:
    - Сказывали мне, будто ты свою силу за пазухой прячешь. И ежели кто эту
    силу из-за пазухи вытащит, тут тебе и конец. Правда это? А? Так оно?
    - Нет, - черт отвечает, - моя сила не за пазухой, а в костях. А кости
    мои только медведь может сокрушить. Больше никому не дано.
    "Медведь, сюда!" - крикнул муравей в углу. Тут же муравей обернулся
    медведем и задрал черта.
    - Не говорил ли я, что все у нас образуется, - молвит дурак своей
    жене. - Только вот еще какое дело надо уладить: проберусь-ка я опять
    муравьем к твоему отцу и заберу свой кошель. Он же мой, чего ради я его
    отдавать буду?
    Так и сделал. А потом забрал жену, отправился к своему родному отцу,
    поведал ему обо всем, что довелось пережить, как женился. Потом помял кошель
    и приказал карликам:
    - Дворец мне постройте красивый и денег на всю жизнь припасите!
    Карлики свое дело сделали и исчезли. И зажил дурак со своей женой
    счастливо.

     

    Старый солдат

    Отслужил старый солдат своему государю двадцать пять лет и пошел домой.
    Всю дорогу у пего па душе радостно. А чего ж не радоваться? Рожок
    нюхательным табаком набит, да еще три новеньких дуката в кармане! Разве ж
    мало этого человеку, чтобы веселым быть?
    Идет он густым лесом, вдруг встречается ему седой старичок и просит
    подаяния.
    - Давать так давать, скупиться не стану! На тебе целый дукат. У меня
    еще два останется.
    Дал солдат старичку убогому дукат и пошел весело своей дорогой.
    Прошел немного, и опять такой же старичок навстречу идет и снова
    подаяния просит.
    "Ежели бы я замешкался где-нибудь, так впору подумать, что это все тот
    же старик, что одним дукатом уже разжился, - бормочет солдат про себя. - Да
    ведь не может того быть!" А вслух говорит:
    - Вот тебе дукат! Бери себе, у меня еще один есть! Пошел солдат дальше,
    на душе еще легче. Идет он, идет, понюхает табачку и дальше шагает. Только
    видит - опять ковыляет ему навстречу такой же старичок, с длинной белой
    бородой, большая клюка в руке. Солдат уже заранее вытянул из кармана
    последний дукат и протягивает убогому:
    - На, да только это последний. Правда, зато у меня рожок с табаком еще
    есть.
    - Сторицей воздастся, - говорит убогий и подает солдату кожаный
    мешок. - Это тебе за твои три дуката. Только скажи: "Прыг сюда!" - и все
    твои недруги в мешке окажутся и выбраться не смогут, покуда ты их сам не
    выпустишь.
    Не хотел было солдат брать, а потом подумал: "Как знать, а вдруг да и
    пригодится часом этакий мешочек!" - и взял. Взял и опять подумал: "Кабы
    раньше у меня этакий мешочек был, так я бы любую вражью рать в него запихал.
    А нынче у меня таких недругов нет. А взять - оно, конечно, можно. Чего ж не
    взять? Кто знает, откуда недруги могут свалиться".
    Закинул солдат мешок за спину и двинулся дальше. Под вечер подходит ко
    дворцу одного короля и просится переночевать. А король упирается:
    - У меня тут у самого такая беда, что не знаю, как выпутаться, а тут
    еще разные прохожие суются. Последний час на исходе, приходится мне родную
    дочь посылать в старый замок, и никто не берется ее сторожить, хоть я и
    полцарства за это обещал.
    - А чего там сторожить? Давай я возьмусь! - Наш солдат на все готов.
    Принялся король свою беду выкладывать:
    - Пришел мне от черта приказ, что должен я всех своих трех дочерей одну
    за другой отвезти в старый замок, куда черт за ними явится. Я уж пообещал
    полцарства и одну из дочерей в жены тому, кто выручит их из чертовых когтей.
    - Так согласен, если я пойду сторожить? - спрашивает солдат.
    Король вот до чего рад, спрашивает, какое солдату оружие нужно?
    - Давай воз свечей! - говорит солдат и идет в замок. Зажег все свечи и
    расставил на окнах. В полночь приезжает черт на трех черных конях со сворой
    разной челяди. У самого черта три громадные страшные головы. Увидал он, что
    в замке столько света, посылает кучера поглядеть, кто там.
    Подбегает кучер, стучит, а двери и не думают открывать. Спрашивает
    кучер, кто это там столько свечей зажег, а изнутри ему отвечают:
    - Старый солдат.
    - Ну, коли старый солдат, так пусть эту ночь остается, - сказал черт и
    укатил.
    Приходит король поутру поглядеть, остался ли кто в замке жив. Выходит
    ему навстречу солдат, улыбается.
    Ничего ему черт не сделал, только на следующую, ночь посулился опять
    приехать.
    На следующую ночь взялся солдат вторую королевскую дочь сторожить.
    Заранее приказал привезти два воза свечей и вытесал здоровую рябиновую
    дубину.
    Только полночь ударила, как черт явился - шестиголовый, на шести черных
    жеребцах. А замок так и переливается огнями. Посылает черт узнать, кто там.
    - Старый солдат, - отвечают.
    - Ну, коли старый солдат, так пусть спит, завтра приеду. - И уехал
    черт.
    На другое утро король боится пойти поглядеть, живы ли, здоровы солдат и
    дочка. Глядь, а они сами навстречу идут, улыбаются. Опять черт ничего им не
    сделал, пообещал завтра приехать.
    На третью ночь взялся солдат сторожить младшую дочку. Приказал он
    привезти в замок три воза свечей, целый вечер их палил. А сам стоит с
    кожаным мешком посреди комнаты, дубину в руке держит.
    В полночь приезжает девятиголовый черт на девяти черных жеребцах. Сам
    тут же направился в замок, хочет солдата разодрать. А тот только сказал: -
    "Прыг сюда!" - и черт в мешке оказался. Ну, а теперь-то уж что его жалеть?
    И принялся солдат дубиной мешок охаживать. Поначалу терпел черт, только
    фыркал, а понемногу начало его пронимать да зудить - ой! вроде бы уж и в
    костях ломота началась!..
    Взмолился черт:
    - Слыхивал я про старых солдат, а такого не ждал. Слушай, брат, отпусти
    меня, поделимся: бери себе замок. а я возьму принцессу.
    - Нет, брат, - говорит солдат, - ты у меня не вылезешь, покуда не
    пообещаешь весь замок золотом завалить и больше в этот край носу не совать.
    А не то я тебя отвожу так, что и ноги протянешь!
    - Только выпусти меня, а там все что хочешь пообещаю, только выпусти,
    братец! - молит черт.
    Выпустил его солдат, а черт опять разошелся: все девять пастей разинул
    и на солдата бросается. Тот еле вымолвил свое: "Прыг сюда!" - и вот опять
    черт в мешке, а солдат его тузит изо всей мочи.
    Наконец все же сговорились: черт останется в мешке, покуда весь замок
    не будет золотом засыпан, а солдат до той поры не волен драться. Ох ты!
    Сколько же тут чертенят сразу сбежалось! Кишат, снуют, как в муравейнике.
    Шум, визг стоит. Деньги так на глазах и прибывают. А старый черт из мешка
    еще подгоняет, чтобы торопились, поживей ворочались, как бы до петухов все
    успеть.
    Взялись чертенята, только пыль столбом! Солдат надивиться не может:
    этакие крошечные чертенята, а какие огромные мешки волокут!
    Вот уже замок почти полон, только в одном углу еще не хватает, а тут
    уже и первый петух пропел. Один из чертенят шепчет старому черту, что больше
    в пекле денег нет. Девятиголовый прямо из кожи вон лезет:
    - Торопитесь, ребята, как только можете, у меня дома в подвале еще
    шесть бочек дедовых денег, тащите и их! Да поскорее!
    Умчались чертенята вихрем и тут же, вернулись с деньгами.
    Уже второй раз петух пропел, когда черт на свободу вырвался. В один миг
    все черти убрались, чтобы до третьих петухов в пекле очутиться.
    А король ночью слышит, что в замке шум стоит да деньги звенят, и от
    страха его в нот бросает: вот, думает, сейчас его дочку и старого солдата на
    куски раздирают.
    Чуть свет он уже на ногах, бежит к замку поглядеть, что там случилось.
    И не сказать даже, до чего король обрадовался, когда увидел свою дочь и
    солдата живыми и здоровыми. А тут еще полон замок золота!
    В тот же день сыграли пышную свадьбу. Женился старый солдат на
    королевской дочери и взял в приданое полцарства. Да только недолго пришлось
    ему царствовать, на третий же день после свадьбы умер старый солдат.
    Явился он к господу, просит дело какое-нибудь дать. Господь и говорит:
    - Чего ж еще старому солдату делать, как не у ворот на часах стоять!
    Так и стал старый солдат у господа бога привратником. Является смерть
    работу спрашивать и хочет пройти к господу. А солдат не пускает: "Тебя,
    этакую тварь вредную, и пускать-то нельзя. Погоди здесь, я сам спрошу и тебе
    передам".
    Приходит старый солдат к господу и говорит, что так, мол, и так, там за
    воротами смерть ждет, что же ей эти три года делать?
    - Пусть стариков косит! - отвечает бог. Идет солдат к воротам и думает:
    "Как же быть? А вдруг она скосит старого короля, что своей и моей половиной
    царства правит? . . Погоди, а скажу-ка я ей, чтобы она старые дубы грызла".
    Как решил, так и сделал. Выходит за ворота и говорит:
    - Господь наказал, чтобы ты три года одни старые дубы грызла!
    Скривилась смерть, ушла и принялась положенный срок старые дубы грызть.
    Через три года опять пришла работу спрашивать. А на кого похожа-то!
    Тощая, высохшая, глядеть не на что. Солдат живо к господу, так, мол, и так,
    что другие три года смерти делать?
    - Коли всех стариков скосила, пускай средних лет людей косит!
    Идет солдат назад, думает: "Коли передам это, так ведь и моей жене, и
    братьям, и сестрам - всем не жить. А, скажу, пускай средние дубы грызет".
    Ладно. Вышел за ворота и говорит смерти:
    - Следующие три года грызть тебе средние дубы. Поморщилась смерть и
    ушла положенное ей дело делать. Через три года опять приходит работу
    спрашивать. А выглядит и вовсе страшно: глаза чуть не в самый череп
    провалились, щеки совсем пропали, кожа к костям приросла, только языком еле
    шевелит. А работу все спрашивает.
    Струхнул солдат - где же ее в таком виде к господу пускать?! Пошел он к
    нему опять сам - что, дескать, смерти три следующие года делать?
    - Коли сделала все, что ей положено, пускай прибирает младенцев!
    Солдату -это опять не по. нраву: "Может, у моей молодой жены сынок
    народился. Каково же ей будет, коли помрет он! И у братьев моих и у сестер
    вон сколько детишек, так что же всем им умирать?! Нет, шалишь!" - Сказал
    господь, чтобы ты три следующие года молодые дубки грызла.
    Ух, как смерть перекосилась, но все же пошла три года молодые дубки
    грызть. Прошел срок, опять она является к воротам работу спрашивать. А у
    бедняги только длинные зубы да кости остались, кожи - и той не стало уже.
    Идет солдат к господу. Тот говорит:
    - Коли всю работу справила, так и людей, надо быть, больше не осталось.
    Пускай сама идет сюда!
    Вот тут-то старый солдат и попал впросак! Входит смерть, а господь ее и
    не узнает.
    - Ты кто такая? - спрашивает.
    - Смерть я.
    - Смерть? - дивится господь. - Да ты что ж это, матушка, одни кости мне
    являешь? Плоть-то твоя где?
    - Где же ей быть, коли девять лет дубы грызла, - отвечает смерть
    сердито.
    - Какие дубы? .. - Тут только дошло до господа, что за штучки старый
    солдат вытворял. - Ну, так не прощу же я ему этого. В наказанье носить ему
    теперь тебя по земле три года, а тебе - скосить, промеж прочих, и всю его
    родню!
    Где же станешь с господом спорить? Вскинул солдат смерть на загорбок и
    потащил по свету. Первым делом пришлось принести ее в отчий дом, где его
    братья и сестры со своими домочадцами жили. Угодили туда как раз под вечер.
    Замерзли оба крепко, сели к печке погреться. Все домашние при смерти лежат:
    стонут, иной еле жив, иной уже смертным потом покрылся.
    Даже суровую солдатскую душу проняло, - эх, табачку бы понюхать! Вынул
    солдат свой рожок, постучал о печку, сыпнул табачку на ямку подле большого
    пальца и - швырк! швырк! - втянул в обе ноздри. Поглядела смерть, как солдат
    табак нюхает, страсть как ей тоже захотелось. Просит солдата: "Дай
    понюхать!" Не дает солдат.
    - Господь того не сказывал, чтобы я тебе еще и табачку давал. Только
    носить должен.
    - Так ведь по-приятельски-то и можно бы. Одним путем-дорогой ходим, уж
    как тут не понюхать одного табачку. Ну, дозволь, - канючит смерть,
    Согласился солдат.
    - А куда же я тебе насыплю? Руки-то у тебя дырявые, одни кости.
    Долго ломали они голову, как бы смерти табачку нюхнуть. Да тут пришло в
    голову солдату:
    - Коли уж ты в дверную щелочку да в замочную скважину пролезаешь, так в
    мой рожок тебе легче легкого забраться.
    Смерть согласна. Да как только забралась в рожок, так солдат и закрыл
    его, не желает смерть выпускать. Смерть и добром и худом просится оттуда, а
    солдат не выпускает. Так и осталась смерть в рожке.
    Как только угодила смерть в рожок, так и все больные на поправку пошли,
    не прошло и много времени - один за другим подниматься стали. Все
    выздоровели.
    Целых три года держал солдат смерть в своем рожке. Кончился срок,
    выпустил он ее, взвалил на плечи и понес к господу. Спрашивает господь:
    - Ну, всех скосила?
    - Да где же мне было людей косить, коли этот кремень меня в табакерку
    загнал.
    И рассказала смерть все, что случилось с нею. Разгневался господь,
    выбранил солдата и прогнал его с глаз долой. А смерти наказал:
    - Чего это тебе каждый раз спрашивать, что делать? Знай: ты - смерть,
    вот и делай свое дело. Нынче людей столько народилось, что ты со старой
    косой и не управишься. Возьми вот новую. А спрашивать больше не являйся:
    "Что мне делать? Что делать?" Знай коси, кого хочешь, старый ли, молодой,
    большой ли, маленький, богатый ли, бедный. Так-то вот!

     

    Ступай туда- неведомо куда, принеси то- неведомо что

    У одного короля был очень преданный слуга.
    Однажды король купил необъезженного коня. И кто только ни пробовал его
    укротить - все напрасно, конь каким был, таким и оставался. Вот король и
    говорит слуге:
    - Попытайся теперь ты совладать со злодеем! Ладно. Слуга подпрыгнул
    ловко, вскочил на коня верхом и думает про себя, мол, теперь-то я ему
    покажу, как бесноваться! Да где там! - шарахнулся конь, как ужаленный, и
    понесся ветром - только пыль заклубилась. Долю скакал он так по лесам да по
    болотам, давно уже в чужие земли заехали, куда слуга на своем веку ни разу и
    ногой не ступал, а конь все скачет и скачет. Тут, наконец, попадаются на
    счастье два больших дерева, рядом растут, между ними жеребец с разбегу-то и
    застрял, словно как в тиски попал. Казалось бы, оно и хорошо, однако тоже не
    велика радость - спешился слуга, огляделся, думает - чужая сторона, не
    поймешь, где солнце встает, где садится. Делать нечего - пойдет он на
    авось - прямо, куда глаза глядят, неужто людей нигде не повстречает?
    Идет, идет, до поля дошел, а на поле избенка стоит. Заходит в избушку,
    находит в ней дряхлого старичка седого. Старичок ласково поздоровался с ним
    и спрашивает:
    - Куда, сынок, путь держишь?
    Так, мол, и так, заблудился, притомился, просит дорогу домой показать.
    - Эх, сыпок, отдохнуть надо с устатку-то; что тебе дома делать? Погости
    немного у меня!
    Ладно. Поблагодарил слуга за доброту и остался. А при избушке был
    большой красивый сад со множеством разных ворот. Охота слуге по саду
    погулять, но старичок говорит:
    - Постой, постой, не ходи! Вот тебе связка ключей, отмыкай любые ворота
    и гуляй где вздумается; только не открывай те ворота, что лыком завязаны, и
    не заходи в них.
    В первый день погулял слуга по саду, но до лыком завязанных ворот не
    дотронулся, другой день погулял по саду, до лыком завязанных ворот не
    дотронулся, а на третий день подумал: "Что бы там, однако, могло быть?
    Повсюду можно заходить, только сюда нельзя! Вот нарочно возьму да и
    посмотрю".
    Тут он и развязал лыко. Ворота распахнул, увидел поле широкое, а
    посреди поля тихое озеро поблескивает. Подходит к озеру, малость полюбовался
    и уже хочет назад воротиться, как вдруг слышит: что-то прошелестело в
    воздухе, глядит: три белые утки как раз только что опустились на берег озера
    и в трех красавиц превратились, разделись и заходят в воду купаться. Слуга
    думает: "Ах, чтоб им пусто было! Никогда еще таких не видывал. Пойти, шутки
    ради, поближе на их одежку поглядеть".
    Вот подобрал слуга одежу одной девицы, крутит в руках, разглядывает, не
    наглядится никак. А та девица, чью одежу он поднял, видит - худо ее дело;
    подплывает к берегу и просит его жалобно:
    - Добрый молодец! Не потешайся надо мной; положи одежку на место.
    Как тут быть? Положил на место. Да в тот самый миг обернулись девицы
    утками, а его голубем сделали; утки тут же улетели, а голубь только вслед им
    поглядел. Вот тебе и на!
    Пришел вечером старичок, заглянул во двор, на колу голубь сидит. Он-то
    сразу смекнул, что случилось. Побранился, побранился и превратил голубя
    обратно в человека.
    На другой день старичок снова уходит и оставляет слугу дома одного. Вот
    ходил слуга по саду, ходил, напоследок не утерпел, развязал лыко на воротах
    и опять идет на берег озера. Пришел, поглядел и хотел было назад идти, как в
    воздухе зашелестело, и снова белые утки прилетели, скоренько красавицами
    обернулись и заходят в воду купаться. Слуга думает: "Ах, чтоб вы
    провалились! Нечасто таких увидишь. Пойти, шутки ради, поближе на их одежду
    поглядеть".
    Вот подобрал слуга одежку одной девицы, вертит в руках, разглядывает,
    никак не наглядится. А девица вскоре заметила, что плохо ее дело. Подплыла
    она к берегу и просит жалобно-прежалобно:
    - Добрый молодец! Не потешайся надо мной; положи одежу на место, где
    она лежала.
    Как тут быть? Попросила - он и положил. Да в тот самый миг обернулись
    девицы утками и улетели, а слуга превратился в свинью и только им вслед
    поглядывает.
    Вечером старичок приходит и видит - свинья посреди двора. Тут он сразу
    смекнул, что случилось. Делать нечего, сделал он свинью снова человеком и
    говорит так:
    - Коли тебе так полюбилась та девица, тогда уж, бог с тобой, женись на
    ней.
    - Да, поди-ка женись! Не остается она со мной, как только одежу отдаю,
    так сразу улетает.
    - Не остается? Чего ж ей оставаться! Зачем отдаешь одежу, зачем на
    уговоры поддаешься? Не отдавай одежу до тех пор, пока клятву не даст
    остаться с тобой.
    Ладно. На следующий день старичок снова уходит, оставив слугу одного.
    Вот отвязывает он лыко на воротах, идет к озеру и поджидает на бережку белых
    уток. Вскоре прилетают утки, оборачиваются девицами, раздеваются и идут в
    озере купаться. А он тем временем берет одежу той, что приглянулась ему,
    вертит в руках, глядит - наглядеться не может: "Вот одежка, так одежка!" А
    девица подплывает к берегу и давай его упрашивать:
    - Добрый молодец, не потешайся надо мной, положи одежу на место, где
    она лежала!
    - Проси сколько угодно - не положу; поклянись стать невестой моей и не
    улетать от меня, тогда отдам одежу, иначе ни за что.
    Уж она и так его уламывала, и этак, да ни в какую он ей не поддается;
    под конец все же говорит она "да" и клянется, что никуда не уйдет, как бы
    сестры ее ни уговаривали.
    Тогда отдал слуга одежку. Она оделась скорехонько, пошла вместе со
    слугой на двор к старичку, там они и поженились; а обе сестры обернулись
    утками и улетели прочь.
    Прошло немного времени, вот слуга и говорит старичку:
    - Пойду-ка я с женой к королю, а то не знает он, куда я подевался.
    Старичок молвит ему в ответ:
    - Ступай, сынок, ступай, живи себе счастливо; только остерегайся перед
    королем хвалить жену. Оно лучше, ежели королю невдомек будет, что ты тут
    оженился.
    Ладно. Приходит слуга домой и никому ни слова о том, что на чужой
    стороне такую красавицу в жены взял; жена тоже ни королю, ни другим на глаза
    не кажется. До поры до времени все шло благополучно, но вот стал король
    примечать, что слугу у него вроде бы подменили. Где бы ни был - все только и
    норовит, как бы в свою комнатушку забиться, и пропадает там. Однажды слуга
    опять улизнул тайком от короля. А король, не будь дурак, взял да и подглядел
    в замочную скважину, чем он там занимается в своей комнате. Смотрит - а у
    слуги жена, как солнце, красивая.
    "Э, так дело не пойдет! - подумал тут король, - такие красивые жены
    только королям под стать. Да как ее отнимешь у него? Дай-ка покличу
    колдуна!" Приходит колдун:
    - Чего хорошего скажешь, король? Так и так - у слуги жена хороша, что
    твое солнышко. Как сделать, чтобы она королю досталась?
    - Как сделать? Задай слуге такую работу, какую ему не выполнить, тогда
    будет у тебя повод убить его, вот вдовица тебе и достанется. А что это будет
    за работа - то скажу тебе завтра; тут надо подумать хорошенько, дело-то
    больно уж трудное.
    Ладно. Назавтра спешит колдун к королю с советом. По дороге идти ему
    через мост, а из-под моста вылезает седой старичок и говорит колдуну:
    - Куда идешь, злодей? Ежели король не оставит слугу в покое, будет вам
    худо обоим - и тебе, и ему!
    Да разве станет колдун его слушать? Только рукой махнул: "Болтай,
    сколько угодно!" - и пошел своей дорогой. Приходит к королю:
    - Прикажи слуге принести большого льва; есть такой лев за тридцатым
    царством в сороковом. Кличет король слугу:
    - Вот тебе мой наказ! За тридцатым царством в сороковом есть лев,
    приведи его ко мне немедля; коли не приведешь - голову с плеч долой!
    Выслушал слуга наказ, приходит к жене, рассказывает про свое горе, а
    жена успокаивает:
    - Невелика беда! Ложись себе спать, набирайся силенок, а я тем временем
    сотку платочек с пестрыми узорами и соберу харчей на дорогу. И вот еще какой
    тебе от меня наказ: береги в дороге платочек пуще глаза; если потеряешь его,
    то пойдут все твои труды прахом.
    Ладно. Перестал слуга горевать и заснул сладким сном, а жена целую ночь
    ткала да расшивала платок красивый-прекрасивый, какого во всем королевстве
    еще не видывали. На зорьке платок был готов. Вот будит жена мужа и провожает
    на далекую чужбину.
    Слуга, бедняжка, идет день, другой, идет неделю, другую, и все никак не
    дойдет. На третью неделю темной и дождливой ночью заметил он крохотный
    огонек. Идет на него, приходит к избушке, стучится в дверь. Как постучал -
    вышла девица и ласково зовет его войти. Накормила девица путника, спать
    уложила, а поутру, чуть свет, уже и воды ему несет умыться, только полотенца
    не кладет. Умылся слуга, глядит по сторонам: полотенца нет. Утерся тем
    платком, что жена узорами расшила. А девица приметила красивый платок,
    бросилась к нему и просит показать ей платок,. потому, дескать, такие платки
    только ее сестра умеет ткать и вышивать. Где он такой взял?
    Так, мол, и так, - рассказывает ей слуга. - Моя жена его соткала и
    узорами расшила.
    - Стало быть, твоя жена - моя сестра. Хорошо, что узнала об этом! И,
    значит, из-за моей сестры должен ты привести королю большого льва!
    Промолвив это, девица выхватила у него платок и в дверь выбежала. А
    слуга убивается:
    - Батюшки мои! Жена-то наказывала беречь платок пуще глаза. Только бы
    не потеряла она платочка!
    Однако на сей раз зря он так напугался. Вскоре девица прибегает назад
    веселая:
    - Вот твой платок! Нашла я то, за чем ты пришел. Тут неподалеку будет
    луг большой, и на нем ты найдешь того льва, которого ищешь. На краю луга
    увидишь куст терновника, за тем терновником спит лев, а в самом кусте львята
    малые резвятся. Как отсюда будешь идти, так с этой стороны и подберись к
    кусту ползком и притисни одного львенка посильнее, чтобы он запищал, тогда
    лев бросится на тебя, а ты накинь ему на нос платок, лев тотчас станет
    покорным, как щенок, и даст повязать платок себе на шею, а тогда веди
    егокуда хочешь.
    Ладно. Так слуга и сделал - без труда льва изловил.
    Привел к королю, король велит выпустить льва в сад, а сам тут же
    колдуна кличет: что теперь заставить слугу сделать? Льва привел, расстроил
    его замысел. А колдун отвечает:
    - Жди до утра, тут надо хорошенько подумать, дело-то больно уж трудное!
    Ладно. Поутру, чуть свет, торопится колдун к королю с советом. По
    дороге идти ему через мост, а из-под моста выходит седой старичок и говорит
    колдуну:
    - Куда идешь, злодей? Ежели король не оставит слугу в покое,будет вам
    худо обоим - и тебе, и ему!
    Да разве станет колдун его слушать? Только рукой махнул: "Болтай,
    сколько угодно!" - и пошел своей дорогой. Приходит к королю:
    - Прикажи слуге принести большую яблоню в цвету; есть такая яблоня за
    сороковым царством в пятидесятом. Кличет король слугу:
    - Вот тебе мой наказ! За сороковым царством в пятидесятом стоит яблоня
    в цвету. Принеси ее мне немедля; коли не принесешь - голову с плеч долой!
    Выслушал слуга наказ, приходит к жене, рассказывает про свое
    горе-горькое, а жена успокаивает:
    - Невелика беда! Ложись себе спать, а я тем временем сотку платочек с
    пестрыми узорами и соберу харчей на дорогу. И вот еще какой тебе от меня
    наказ: береги в дороге платок пуще глаза; если потеряешь его, то пойдут все
    твои труды прахом.
    Слуга сразу горевать перестал и спать улегся. А жена целую ночь ткала
    да расшивала платок красивый-прекрасивый, какого во всем королевстве еще не
    видывали. На зорьке платок был готов. Вот будит жена мужа и провожает на
    далекую чужбину.
    Идет слуга день, другой, идет неделю, другую и все никак не дойдет. На
    третью неделю, темной и дождливой ночью заметил он крохотный огонек. Идет на
    него, приходит к избушке, в дверь стучится. Как постучал - вышла девица и
    ласково зовет его войти. Накормила девица путника, спать уложила, а поутру,
    чуть свет, уже и воды ему несет умыться, только полотенца не кладет.
    Умылся слуга, глядит вокруг: полотенца нет. Утерся тем платком, что
    жена узорами расшила. А девица приметила красивый платок и бросилась к нему:
    просит показать ей платок, потому, дескать, такие платки только ее сестра
    умеет ткать и расшивать. Где он взял такой?
    Так, мол, и так, - рассказывает ей слуга: - Моя жена его соткала да
    узорами расшила.
    - Стало быть, твоя жена - моя сестра. Хорошо, что узнала об этом! И,
    значит, из-за моей сестры должен ты принести королю яблоню в цвету!
    Промолвив это, девица схватила платок и в дверь выбежала. А слуга
    убивается:
    - Батюшки мои! Жена-то наказывала беречь платок пуще глаза. Хоть бы
    только не потеряла она платочка!
    Однако на сей раз зря он так перепугался. Вскоре девица прибегает назад
    веселая:
    - Вот твой платок! Нашла я то, за чем ты пришел. Тут же неподалеку
    цветет яблоня, которую ты ищешь. Залезь на нее и накинь платок на верхушку,
    тогда яблоня сразу станет крохотная, как цветочек, и ты снесешь ее королю
    легче легкого. А когда посадишь ее в королевском саду, то платок сними, и
    малый цветик тотчас вырастет в цветущую яблоню.
    Ладно. Так слуга и сделал - принес королю яблоню в цвету без всякого
    труда. Король увидел яблоню в саду и только диву дается, колдуна кличет: что
    теперь заставить сделать слугу? Принес слуга яблоню, расстроил его, короля,
    замысел.
    А колдун отвечает:
    - Жди до утра, тут надо подумать хорошенько, дело больно уж трудное.
    Ладно. Поутру, чуть свет, спешит колдун к королю с советом. По дороге
    идти ему через мост, а из-под моста выходит седой старичок и говорит
    колдуну:
    - Куда идешь, злодей? Ежели король не оставит слугу в покое, будет вам
    худо обоим - и тебе, и ему!
    Да разве станет колдун его слушать? Только рукой махнул: "Болтай,
    сколько угодно!" - и пошел своей дорогой.
    Приходит к королю:
    - Скажи слуге так: "Ступай туда - неведомо куда, принеси то - неведомо
    что!" Кличет король слугу:
    - Вот тебе мой наказ! Ступай туда - неведомо куда, принеси то -
    неведомо что!
    Выслушал слуга наказ, закручинился пуще прежнего и к жене приходит.
    Жена хоть и утешает мужа, однако сама не знает - то ли управится с таким
    делом, то ли нет. Наконец говорит ему так:
    - Не горюй, муженек, ступай спать, а я тем временем сотку платок вдвое
    больше прежнего, и узоры на нем будут еще красивее, и соберу тебе харчей на
    дорогу; только уж этот платок береги, как ничто другое, упаси тебя бог
    потерять его!
    Пошел слуга спать, а жена целую ночь старалась над платком, ткала да
    расшивала, и такой красивый платок сделала, какого доселе во всем
    королевстве никто не видывал. На зорьке платок был готов. Вот будит жена
    мужа и провожает со слезами на далекую чужбину.
    Только слуга в путь-дорогу отправился, как король уже кличет его жену и
    заводит с ней такой разговор:
    - Знаешь что? Все равно твой муж, наверно, больше уже не вернется, и
    куда тебе, вдовушке, деваться? А мне как раз жену надобно, так что выходи за
    меня, будешь королевой.
    Жена слуги думает: "Не стоит сердить короля, потому лучше я его обману
    и отвечу так: за честь королевскую благодарю; и я не больно-то верю, что
    вернется он на сей раз, однако для верности годок обожду; коли не придет -
    вот тогда и потолкуем".
    Ладно. На том и порешили.
    А слуга идет день, шагает другой, идет неделю, шагает другую и все
    никак не дойдет. На третью неделю темной и дождливой ночью заметил крохотный
    огонек. Идет на него, подходит к избушке, в дверь стучится. Как постучал -
    вышла девица и ласково зовет его войти. Накормила девица путника, спать
    уложила, а поутру, чуть свет, уже и воды ему несет умыться, только полотенца
    не кладет. Умылся слуга, глядит вокруг: полотенца нету. Утерся тем платком,
    что жена расшила. А девица приметила красивый платок и живехонько к нему:
    просит показать платок, потому, дескать, такие платки только ее сестра умеет
    ткать да расшивать. Где он такой взял?
    Так, мол, и так - рассказывает ей слуга: - Моя жена его соткала да
    узорами расшила.
    - Стало быть, твоя жена - моя сестра. Хорошо, что узнала об этом! И,
    значит, из-за моей сестры ты должен идти туда - неведомо куда и принести
    то - неведомо что!
    Промолвив так, девица схватила платок и выбежала в дверь. А слуга
    убивается: "Жена-то наказывала беречь платок пуще всего на свете! Хоть бы не
    потеряла девица платка!" Вот ждет ее слуга день, другой - девица все не идет
    и не идет. На третий день прибегает с платком, печальная, и говорит:
    - Послушай, что я теперь тебе скажу. Не нашла я того, за чем ты пришел.
    Три дня проискала, пробегала, совсем одурела, а нигде найти не смогла.
    Однако пойдем к старой Матери Земли, которая вот уже семь месяцев как
    померла, поцелуешь ей колени, тогда она воскреснет и управится с твоим
    делом.
    Ладно. Пришли к Матери Земли. Поцеловал ей слугаколени. А Мать Земли
    осердилась, что спать ей мешают. Тогда слуга поцеловал ей колени во второй
    раз. Успокоилась старуха, созвала всех птиц и спрашивает слугу:
    - Что тебе от меня надобно?
    - Хочу узнать, что такое: Ступай туда - неведомо куда, принеси то -
    неведомо что!
    - А ну, птицы мои! - крикнула Мать Земли, - не знаете ли вы, где найти
    такое? Птицы ей в ответ:
    - Даже и понятия не имеем!
    Тогда Мать Земли созвала всех зверей и спрашивает их, не знают ли они
    чего-нибудь про Ступай туда - неведомо куда, принеси то - неведомо что.
    Звери ответили:
    - Даже понятия не имеем!
    Тогда Мать Земли созвала всех гадов и прочих тварей и спрашивает их, не
    знают ли они, что такое: Ступай туда - неведомо куда, принеси то - неведомо
    что!
    Гады и прочие твари ей в ответ:
    - Даже и понятия не имеем!
    - Да все ли вы хоть собрались-то? - спросила Мать Земли.
    - Еще не все, хромая лягушка отстала. Прискакала хромая лягушка, Мать
    Земли сердится на нее: - Почему так поздно?
    - Что поделать, досточтимая королева, пролежала я семь месяцев хворая,
    вот ноги малость и поослабли.
    - Ну, ладно, ладно! А не можешь ли ты свести этого человека к Ступай
    туда - неведомо куда, принеси то - неведомо что?
    - Как не мочь? Могу, могу.
    - Тогда сведи.
    И тотчас запрыгала лягушка вперед, слуга пошел за ней следом. Наконец
    пришли они к маленькой избушке без окон. Перепрыгнула лягушка через порог,
    за ней и слуга входит. В углу была дырка неприметная; лягушка скок в нее - и
    исчезла, а слуга остался подле дырки и задумался: "Может, здесь оно и есть,
    что разыскиваю? Может, попробовать покликать?" Он и позвал:
    - Ступай туда - неведомо куда, принеси то - неведомо что! Иди сюда,
    коли ты тут!
    Только-то он вымолвил эти слова, как под землей сразу заиграло,
    заплясало, такой шум поднялся, что не понять - то ли гром гремит, то ли что.
    Слуга опять спрашивает:
    - Отвечай мне - ты ли то самое, что я ищу? Голос из-под земли ему в
    ответ:
    - Я и есть то самое, что. ты ищешь!
    - Ну, ежели ты и есть то самое, тогда скажи, какой дорогой мне ближе
    всего до дому дойти? За год я должен. был сюда прийти и назад воротиться.
    Голос в ответ:
    - Если пойдем прямо, то вовремя поспеем, а окольной дорогой быстрее,
    чем за год, не дойдем. Однако прямиком идти будет нелегко, лежит там на
    дороге змея преогромная. Человека она за версту к себе жалом притягивает и
    проглатывает.
    - А скажи мне, нельзя ли как-нибудь совладать со змеей?
    - Как нельзя! Можно! Посули змее самую вкусную на свете еду и скажи,
    что пока она будет лакомиться, вокруг будет пляс стоять и музыка играть,
    тогда она тебя не проглотит. А где взять такую еду - не твоя забота, я
    добуду любую, только прикажи. Как только змея тех яств отведает и еще
    музыкой и плясом потешится, то от радости она не будет знать, что и делать.
    Вот тогда не будь дураком и проси у змеи, чтобы отдала за твои яства да за
    пляс и музыку ту коробочку, что у нее под грудью спрятана. Змея отдаст, вот
    поглядишь, недаром говорят - кто весел, тот щедр.
    - Ладно, - соглашается слуга, - тогда в путь; чему быть, того не
    миновать.
    И ушли они вдвоем - слуга впереди, волшебный голос за ним. Шли, шли,
    вдруг голос и молвит:
    - Теперь уже недалеко, сейчас тебя змея притянет! И впрямь притянула и
    пасть уже разинула, хочет проглотить слугу, а слуга давай ее просить:
    - Не глотай, не глотай сырой кусок - лучше дам тебе съесть вместо себя
    самые вкусные на свете лакомства. Когда их едят, вокруг еще веселый пляс
    стоит и музыка играет.
    Змея не стала его заглатывать, а слуга крикнул:
    - Ступай туда - неведомо куда, принеси то - неведомо что!
    Только он эти слова вымолвил, как тут же накрылись столы и задымились
    на них самые вкусные на свете яства; к тому же еще так приятно заиграло и
    так весело заплясало, что любо-дорого послушать да поглядеть. Вот змея
    отведывает кушанья, а сама все веселеет. Слуга смекает про себя: "Ну, теперь
    пора!" И заводит разговор: не хочет ли она оставить эти лакомства у себя
    навсегда, а вместо них отдать ему маленькую золотую коробочку, ту, что у нее
    под грудью поблескивает?
    - Ладно, сейчас дам, - ответила змея, - по сравнению с такими
    лакомствами коробочка - сущий пустяк!
    Забрал слуга коробочку и торопится домой. По дороге вздумалось ему
    открыть коробочку и поглядеть, что в ней такое. Открыл и - боже милостивый!
    Как зашагают из нее солдаты, словно саранча - и не перечесть, не оглядеть!
    Мигом луг широкий ими битком набился, повернуться негде.
    "А-а! - думает слуга, - вот когда мне повезло, приду к королю важным
    барином".
    Приходит к королю с войском огромным, а жена выбегает навстречу
    заплаканная' - Муженек, муженек! Вот хорошо, что ты вовремя воротился! А то
    донимает меня король-лиходей, домогается, чтобы к нему шла, дескать, ты уже
    помер; и колдун проклятый его еще подзадоривает.
    Услышав такое, рассердился слуга и спрашивает короля, зачем он так
    поступал.
    А король тоже войско свое созвал и советуется с колдуном, как слуге
    ответить.
    Колдун говорит:
    - Отвечай, что хочешь!
    Король так и ответил, а слуга войну с ним затеял. Долго воевали,
    наконец король пал, за ним колдун и все войско королевское.
    Вот стал слуга вместо короля править королевством и зажил с женой
    счастливо.
    Безрукая королева.
    Жили-были брат с сестрой. Душа в душу жили. Но вот как-то стали люди
    брату говорить, что пора бы ему и жениться.
    - А чего мне жениться? У меня сестра за хозяйку!
    - Сестра сестрой, а жена - женой!
    Вечером рассказывает брат сестре, что люди советуют.
    Сестра отвечает:
    - Женись, братец, женись. И впрямь уже подошло время. Только я с тобой
    жить не стану. Поставь мне за полем маленькую избушку, чтобы могли мы
    рядышком как прежде по-хорошему жить.
    Ладно. Поставил братец сестре маленькую избушку и вскоре женился. Да
    вот несчастье - взял он за себя ведьмину дочку. Вот ведь до чего чудно!
    Сестра прямо как предчувствовала это. Значит, сердце ей подсказало от брата
    отделиться!
    Время идет. Живет братец со своей ведьмой, а сестру по-прежнему любит:
    и утром к ней завернет, и вечером ее навестит. А ведьме не по нутру, что
    братец вечно у сестры сидит.
    Вот как-то утром брат опять к сестре направился, а ведьма даже от
    злости зубами скрипит.
    - Ну, покажу же я тебе! - не выдержала подлая. Побежала в хлев,
    прирезала всех коров. Муж приходит, а она к нему:
    - Ступай, ступай опять к своей золотой сестрице ни свет, ни заря!
    Погляди, что она этой ночью натворила! Всех твоих коров зарезала! Ведь ты ж
    как дитя малое ! .. Все только ей да ей, а вот видишь, каким добром она тебе
    отплатила! Слепец ты этакий!
    Пока она этак голосила, муж схватил кошель с деньгами и побежал, ни
    слова не говоря, на базар - коров покупать. Идет мимо избушки, выходит
    сестра.
    - Братец, куда торопишься? Что так грустно глядишь?
    - А! Разве все горести расскажешь!
    - Ты же всегда рассказывал. Отчего сейчас таишь?
    - Ничего, ничего! Другим разом расскажу! - отмахнулся братец и дальше
    пошел.
    Вот опять проходит время. Брат все забыл, снова начал к сестре
    захаживать. Ведьма все зубами скрежещет. И вот как-то утречком, когда брат у
    сестры был, взяла ведьма и прирезала всех овец. Приходит муж, а ведьма давай
    голосить:
    - Опять к сестрице побежишь? Погляди, что она этой ночью у нас
    натворила! Всех овец прирезала! Хоть из дому беги, если ты еще ей спускать
    будешь!
    Пока она вопит, брат взял кошель с деньгами и на базар - овец покупать.
    Идет мимо избушки, выходит сестра:
    - Братец, куда торопишься? Что так грустно глядишь?
    - А! Разве все горести расскажешь?
    - Так ведь ты всегда рассказывал. Отчего сейчас таишь?
    - Ничего! Другим разом расскажу! - отмахнулся братец и дальше пошел.
    Вот опять проходит время. Брат все забыл, снова начал к сестре
    захаживать. Ведьма все зубами скрипит да голову ломает, как бы заставить
    мужа с сестрой расправиться.
    "А возьму-ка я да убью своего младенца, а потом скажу:
    "Когда тебя дома не было, прибежала твоя сестра с ножищем и порешила
    нашу дорогую крошку". Тут-то уж он не вытерпит!" Так и сделала. Уехал муж
    дрова рубить, а ведьма зарезала своего ребенка и ждет мужа. Приехал тот - о,
    господи! - и пошли слезы да причитанья.
    - Дорогой наш малютка - нету его в живых, нету! Пока я в хлеву была,
    прибежала твоя сестрица ненаглядная, словно зверь какой, вот с этаким
    ножищем и зарезала ребенка нашего в колыбельке! Все она, сестра твоя! Ой,
    горе мне! Что же делать, как же мне быть? У самого нашего двора убийца
    живет, мужа моего опутала - тот уж и мне больше не верит. Кончится тем, что
    и меня скоро убьют!
    Упала ведьма на землю, катается, а в дом входить не хочет. Пошел муж
    туда, увидал ребенка - и кровь у него закипела. Вышел он к жене, слезы
    утирает, советуется, как дальше быть.
    - Как быть? Возьми топор, отруби ей обе руки. Тогда пусть живет рядом с
    нами. Без рук-то уж не сможет она худа чинить. А уж так это дело оставить,
    дорогой мой муженек, нельзя!
    Тяжело у брата на сердце, но взял он топор и пошел делать то, на что
    жена подбила. Как только отошел подальше, жена вмиг вспорхнула бабочкой и
    плакать перестала, даже на ворота еще забралась, чтобы увериться, пойдет ли
    муж к сестре в избушку.
    Пошел он. Навстречу сестра выходит:
    - Что ты, братец, плачешь?
    - Беда-то какая! Пойдем со мной! Сестра подумала: верно, ведет свою
    беду показать. И пошла с ним. Подходят в лесу к кривой березе. Остановился
    брат.
    - Вот это и есть твоя беда? - спрашивает сестра.
    - Она самая, - отвечает брат. - Положи руки на березу, тут тебе моя
    беда и явится!
    Положила сестра руки. Как ударит по ним брат топором - и, не глядя,
    домой скорей бежать. Застонала сестра,, запричитала: "Кровушка, не теки!
    Красота, не пропади!" И вот диво! Кровь не течет, а личиком сестра краше
    солнца стала.
    Долго бедняжка безрукая по лесу бродила. И вот как-то ночью вышла к
    замку одного короля. У замка был большой яблоневый сад и в самой середине
    его стояла алмазная яблоня с золотыми яблоками. Сам король ее оберегал.
    Вошла сестрица потихоньку в сад и стала, как могла, ртом яблоки прямо с
    ветки есть. Наконец увидала алмазную яблоню, подошла к ней. Все так и
    засияло! Светится алмазная яблоня, светится сестрицын лик, светятся золотые
    яблоки. Одно яблоко сестра прямо с ветки съела. А потом опять в лес ушла.
    Утром старый король прибегает к сыну.
    - Сынок, ступай этой ночью яблоню стеречь - одно золотое яблоко
    пропало!
    Пошел ночью королевич яблоню стеречь. Ждал, ждал - никто не идет.
    Только вдруг глянул - в терновнике, недалеко от яблони, что-то светлое
    шевельнулось. Подошел поближе, глядит - человек. Девица. И личиком, точно
    солнышко, светится. А ну-ка вылезай оттуда! Что ж, она согласна, только если
    ей за это золотое яблоко дадут. Подает ей королевич яблоко - бери, дескать.
    А как его взять? Рук-то нет. Так прямо ртом и взяла. Взяла яблоко, и опять
    хочет уйти, а королевич говорит:
    - Не уходи! Коли дал я тебе золотое яблоко, так будь моей невестой.
    Она бы с охотой, только пусть он хорошенько подумает - куда ему такую,
    безрукую?
    - Нет, нет, мне твоя красота дороже твоих рук! - говорит королевич и
    ведет ее к отцу. Король не противится:
    "Бери, если нравится, не беда, что. рук нет".
    Ну и сыграли свадьбу.
    На другой год пошел молодой король с отцом на войну. А в ту пору
    родился у безрукой королевы сын, такой же красивый, как и она сама, только
    еще с золотыми волосами. Все дивились на такого ребенка. А у королевы душа
    не на месте. Надо же короля известить о такой радости.
    Ладно. Тут же пишут письмо, так-де и так, родился у королевы сын, точно
    ясное солнышко, да еще златокудрый. И повез гонец письмо королю. Королева
    ему перед тем наказала:
    - Спеши, не останавливаясь. Если уж вовсе из сил выбьешься, так на
    полдороге увидишь избушку, где я раньше ютилась. Заверни в нее отдохнуть
    либо переночевать. Только не доверяй никому из тех, кто туда войдет!
    Скакал, скакал гонец - на третий вечер, с заходом солнца, из сил
    выбился. Немного погодя увидал избушку. Заходит в нее - там ни души. Чего
    ждать? Закрыл дверь и улегся. А братнина жена, ведьма, услыхала, что дверь
    хлопнула, затопала, заковыляла скорее поглядеть, что там - золовка
    вернулась, либо кто чужой забрел? Глядит - нет, не золовка, чужой парень.
    - Чего тебе здесь надобно?
    - Зашел переночевать.
    - Куда скачешь?
    - К королю на войну.
    - Вести какие-нибудь новые есть?
    - Есть и новые, есть и старые - какие хочешь!
    - Что ж это ты с такой дороги на голом полу спишь? Погоди, сейчас я
    тебе мягкую постель взобью!
    Парень согласен - худо ли! Спасибо! Притащила она ему перину, взбила
    ее, а сама домой не уходит, ждет за углом, пока он уснет. И только он уснул,
    ведьма потихонечку прокралась, так что и дверь не скрипнула, и давай по его
    карманам шарить. Нашла письмо и узнала из него, какая у золовки радость.
    "Ладно, - думает ведьма подлая, - это письмо я себе оставлю, а вместо
    него напишу так: "Родился у королевы сын, ни с кошкой не схож, ни на пса не
    похож, не поймешь, что".
    Так и сделала ведьма. Гонец даже и не догадался. Привез письмо королю.
    Король плечами пожал от такого известия. Однако ответил, чтобы ждала его
    домой и воспитывала сына, каков бы ни был, - хоть на пса похож, хоть на
    кота, там видно будет. Поскакал гонец с этим письмом назад, да как на беду
    опять в ту же избушку завернул переночевать. Услыхала ведьма, что дверь
    стукнула, живо прибежала туда.
    - Ой, да что же ты на полу спишь? Сейчас перинку взобью!
    Парень согласен. А ведьма подождала, пока он заснул, и обшарила
    карманы. Нашла письмо А там сказано - воспитывать ребенка до возвращения
    короля.
    "Ну, нет! Возьму-ка я лучше напишу так: "И видеть не хочу твоего
    ребенка! Погуби его. как можно скорей!" Так и написала ведьма, ухмыляясь.
    Привез гонец это письмо. Королева прочитала - убивается. Что. же теперь
    делать?
    Проплакала день, другой, третий, но делать нечего - отдала младенца
    служанкам. А что служанкам делать? Жаль им королевы. Решили кинуть его в
    конюшню к лошадям, будь что будет. Кинули, а лошади подобрали младенца и
    давай баюкать:
    Спи. дитя, без матушки, Дожидайся батюшки!
    Пришли служанки утром поглядеть - ребенок жив-здоров. Решили в хлев его
    кинуть. А быки да коровы давай его на рогах качать да баюкать:
    Спи, дитя, без матушки, Дожидайся батюшки!
    Пришли служанки утром поглядеть - ребенок жив-здоров. Ну и принесли его
    обратно королеве. Взяла та сына, еще пуще плачет. Наконец сказала она так:
    - Даже скотина моего ребенка пощадила, как же я от него откажусь?
    Привяжите мне младенца на спину, уйду я в лес, скроюсь от мужниных глаз.
    Коли умру, так умру вместе с сыном. А выживу, так вместе с ним выживу!
    Ушла королева и стала бродить по лесу. На третий день захотелось ей
    есть, и ребенок от голода плачет. Что же делать? Рук нет, даже ребенка со
    спины снять не может. Как его покормишь? Плачет, бедная, горючими слезами.
    Вдруг по лесу какой-то звон пошел. Подняла она глаза и видит - с неба
    спускается к ней седой старец и кличет:
    - Бери, бери!
    - Да что же я возьму?
    Не успела она договорить, как упали сверху две руки и приросли к
    плечам, а в одной руке мешочек зажат. Как развязала его, так посыпалось
    оттуда золото. Сыплется - не унять. Королева прямо языка лишилась от такого
    чуда. А старец говорит:
    - Бери все, что я тебе даю, а младенца своего мне отдай! Все равно ты
    его в лесу не убережешь. Придет время - отдам его тебе!
    Королева думает: "Если он мне руки вернул, то и ребенка вернет. Пусть
    берет!" Взял старец ребенка и исчез, как в воду канул. А королева пошла,
    пошла, сама не зная, куда. Через несколько дней лес кончился, потянулись
    поля да усадьбы. Зашла королева в один дом и просит, чтобы приютили
    странницу. Те давай выпытывать, кто она такая.
    - Сказительница я, хожу по свету да сказки рассказываю.
    Приютили ее. Прожила она там несколько дней, видит - хозяева к пей с
    лаской. Вот как-то ночью оставила королева развязанный мешочек посреди
    двора. К утру полон двор золотом завален. Хозяева дивятся, а сказительница
    им говорит:
    - Не дивитесь, а берите-ка лучше это золото., постройте из него дворец
    и принимайте в нем любого путника, как меня приняли!
    Ладно. Построили они дворец. Сверкает дворец, издалека его видно.
    Тем временем с войны вернулся молодой король с отцом. Рассказали им,
    что тут случилось. Ах ты, господи! Король с горя чуть не заболел. Как гонец
    смел такое натворить? Гонец клянется, божится - ничего не помогает. Бросили
    его в тюрьму. И тут же пустился король свою жену искать. Хоть до конца века
    своего буду искать, говорит, домой не вернусь, а найду, - вот как поклялся.
    Идет, идет, бедняга, день, другой, третий. Через болота бредет, лесами
    продирается - нигде следа отыскать не может. И вот как-то вечером, солнце
    уже зашло, кругом тьма спускается, а в одном месте верхушки деревьев
    светятся. Чудеса! Что это там сверкает? Пойти поглядеть. Шел, шел - приходит
    к золотому дворцу. Заходит туда, нельзя ли, дескать, передохнуть? А отчего
    же нет? Этот дворец для усталых путников выстроен. Пусть усаживается, сейчас
    ему и стол накроют. А королева уже об ужине позаботилась, несет его на стол.
    "Ей-же-ей, - думает король, - не будь у нее рук, я бы сказал, что это
    моя жена: такой же светлый лик, такой же голос, все точь-в-точь такое же".
    Вот поел он.
    - Ну, что теперь будешь делать? - спрашивает королева. - Спать ли
    пойдешь, либо побеседовать хочешь?
    - Нет, нет, спать мне еще не хочется. Расскажи мне что-нибудь.
    - Ладно! - говорит королева. - Расскажу я сказку.
    - Сказку, так сказку, я и сказки люблю.
    - Так вот, - начала королева. - Жила-была безрукая королева ...
    Насторожился король.
    - И у той королевы, пока король на войне был, родился сын, будто
    солнышко, кудри золотые. А король возьми да и пришли приказ, чтобы младенца
    погубить.
    Король даже рот раскрыл.
    - Тогда унесла мать младенца в лес. А там объявился седой старец. Тот
    вернул матери руки, а ребенка взял с собой, пообещав воспитать его и потом
    вернуть. Теперь мать живет в золотом дворце. Как-то завернул в тот дворец
    король и свою жену не узнал ....
    - Не рассказывай дальше! - крикнул король и обнял свою жену. - Теперь я
    тебя узнал!
    От радости оба больше ни слова не могли вымолвить - заплакали.
    Через неделю король с королевой вернулись домой. Старый король на
    радостях тут же устроил большой пир, полсвета пригласил. Когда пир уже вовсю
    шел, приоткрыл старый король дверь, внес две корзины, одну полную орехов,
    другую - пустую, и задал такую задачу:
    - Кто может орехи в пустую корзину парами переложить и сказать, что
    какая пара значит?
    Все плечами пожимают, так думают и этак прикидывают - ничего придумать
    не могут. Тут распахивается дверь, входит старец с подростком и говорит:
    - Где вам такую задачу решить. Пустите моего мальца, он справится.
    Ладно. Пусть мальчик разгадывает. Взял мальчик пару орехов, положил в
    пустую корзину и говорит:
    - Была у одного брата любезная сестрица - вот одна пара. А тот брат
    женился на ведьминой дочке - вот вторая пара. Возненавидела ведьма сестру и
    подговорила мужа, чтобы тот отрубил сестре руки за то, что она ее ребенка
    убила, - вот третья пара. А ведьма-то все наврала и мужа обманула - вот
    четвертая пара. Пришла сестра в королевский сад, стала с алмазной яблони
    золотые яблоки есть - вот пятая пара. Королевич ее увидал и женился на ней -
    вот шестая пара. Пока король был на войне, королева родила сына, но ведьма
    выкрала у гонца из кармана письмо и написала, что у королевы родился уродец,
    ни в кошку, ни в собаку - вот седьмая пара. Пришел король с войны и бросил
    гонца в тюрьму, а тот вовсе невиновен - вот восьмая пара. А королева тем
    временем отдала своего сына старцу на воспитание - вот девятая пара. А
    старец его привел, чтобы вернуть, - вот вам и десятая пара . ..
    Не дали ему досказать - узнали король с королевой своего сына, не
    знают, что и делать от радости. А старец исчез, как в воду канул.
    Тут уж король такой пир устроил, каких еще не видывали. А после пира
    говорит своему войску:
    - Идемте ведьму казнить!
    Пришли туда. Выходит ведьма со своим мужем, братом королевы, и
    спрашивает, что войску надобно?
    - Отплатить тебе по заслугам! - говорит король и тут же приказал
    схватить обоих и разорвать конями. Но в тот миг бежит королева, задыхаясь,
    потому что от самого дома бежала, и кричит:
    - Не трогайте братца! Он хоть и виноват, а все же я его простила!
    Делать нечего - разорвали одну ведьму, а брата в живых оставили. И
    гонца из тюрьмы выпустили. Словом, все опять уладилось.

     

    Ведьмина осина

    Пошли два брата на охоту. Встречают они в лесу собаку. Старший брат
    спрашивает младшего:
    - Пристрелить, что ли?
    - Не стреляй ты меня! - просит собака. - Дам я каждому из вас по три
    щенка: у обоих первых кличка Хватай, у вторых Ломай, у третьих Железоглодай.
    Когда первые хватают, то пыль столбом; когда вторые ломают, то треск стоит;
    когда третьи гложут, куски летят.
    Ладно. Немного погодя встречают они волка. Старший брат спрашивает
    младшего:
    - Пристрелить, что ли?
    - Не стреляй ты меня! - просит волк. - Я дам вам каждому по. волчонку.
    Чутьем они будут сильны.
    Ладно. Немного погодя встречают они медведя. Старший брат спрашивает
    младшего:
    - Пристрелить, что ли?
    - Не стреляй ты меня! - просит медведь. - Я дам вам каждому по
    медвежонку. Лазать они будут ловко.
    Ладно. Немного погодя встречают они рысь. Старший брат спрашивает
    младшего:
    - Пристрелить, что ли?
    - Не стреляй ты меня! - просит рысь. - Я дам вам каждому по рысенку.
    Царапаться они будут горазды.
    Ладно. Немного погодя встречают они лису. Старший брат спрашивает
    младшего:
    - Пристрелить, что ли?
    - Не стреляй ты меня! - просит лиса. - Я дам вам каждому по лисенку.
    Лекари они будут знаменитые.
    Ладно. Немного погодя встречают они оленя. Старший брат спрашивает
    младшего:
    - Пристрелить, что ли?
    - Не стреляй ты меня! - просит олень. - Я дам вам каждому по олененку.
    Носильщики они будут славные.
    Ладно. Немного погодя встречают они косулю. Старший брат спрашивает
    младшего:
    - Пристрелить, что ли?
    - Не стреляй ты меня! - просит косуля. - Я дам вам каждому по козленку.
    На ноги они будут скоры.
    Ладно. Немного погодя встречают они зайца. Старший брат спрашивает
    младшего:
    - Пристрелить, что ли?
    - Не стреляй ты меня! - просит заяц. - Я дам вам каждому по зайчонку.
    Убегут они от кого угодно.
    Вот забрали братья свое зверье, помощников своих, и решили разделиться.
    Но прежде чем расстаться, условились они вонзить в большой дуб каждый по
    ножу: если который из двоих вернется и увидит, что нож брата заржавел, то,
    стало быть, плохи у брата дела; коли блестит - стало быть, лучше некуда.
    Старший брат идет кругом, младший - прямо.
    На другой день случилось старшему брату к замку выйти. Замок словно
    весь вымер: кроме одной девицы, нет более ни души.
    - Девица-сестрица, где же все люди?
    - Все люди побежали за белым оленем, да в камни обратились; так и отец
    мой пропал.
    - Так, так, девица, они без помощников побежали, а у меня их хоть
    отбавляй; не уйти от меня оленю.
    Выходит из замка. А тут и белый олень мимо замка пробегает. Старшой
    бросился за ним со своими помощниками. Но белый олень мигом скрылся.
    Поднимает старший брат глаза и видит: на старой осине сидит препоганая
    ведьма.
    - Слазь на землю, старая ведьма, не то пошлю за тобой своего медведя,
    чтобы снял тебя оттуда честь по чести!
    - Слезу, слезу! Только дозволь мне стегнуть твоих товарищей этим
    прутиком, чтобы они меня не покусали. Он и дозволил. Да только стеганула
    ведьма прутиком, как все звери, все помощники, вместе со старшим братом в
    камни превратились.
    Не скоро возвратился младший брат к дубу, а когда пришел, то увидел:
    нож брата совсем ржавый. Он тотчас снова в путь, отправился брата
    разыскивать.
    Приходит к тому самому замку, где одна-единственная девица осталась.
    - Сестрица-девица, где же все люди?
    - Все люди побежали за белым оленем и в камни обратились. Приходил тут
    как-то один молодец с разным зверьем - помощниками своими - и собирался
    поймать оленя. Но куда там! - тоже окаменел.
    - Это брат мой, это брат мой, как мне избавить его от беды?
    - Брата ты не избавишь! Лучше сам беги отсюда и меня с собой забери.
    Ты, паренек, не знаешь, что за ведьма на той осине сидит: скажет словечко,
    палочкой разок махнет и превратит тебя, меня и зверей твоих в вечные камни.
    Да она еще мстить будет, коли разузнает, что я тебя здесь приютила. Бежим,
    паренек, пока не поздно.
    Вскакивает младший брат волку на спину, подхватывает девицу на колени -
    и ходу! Вдруг загудела земля - мчится за ними ведьма.
    Видит младший брат - на волке не убежать; волка оставляет,
    перескакивает с девицей на медведя. А ведьма следом, все ближе и ближе.
    Вскакивает младший брат с девицей на оленя. А ведьма за ними - все
    ближе и ближе.
    Заяц улепетывает что есть мочи; косуля скачет, сколько силенок хватает.
    Волчонок, медвежонок, лисенок несутся с кочки на кочку; рысенок, кривоногий,
    спотыкается, кувырком летит. А Хватай, Ломай, Железоглодай зубами скрежещут.
    Да где ж им, одним! в конце концов и олень-носильщик видит, что ведьма
    порезвей их всех будет. Говорит он младшему брату:
    - Потри-ка мне правый рог, выйдет из него гребешок. Перекинь этот
    гребешок через левое плечо, только назад не оглядывайся.
    Младший брат перекинул гребешок через левое плечо, и глядь! - позади
    лес дремучий стеной встал. Однако продралась сквозь него ведьма.
    Тогда говорит олень младшему брату:
    - Потри мне правый рог, выйдет из него оселок. Брось этот оселок через
    левое плечо, только назад не оглядывайся.
    Младший брат перекинул оселок через левое плечо, и глядь! - встали
    позади горы-утесы шириной широки, высотой высоки. Однако ведьма и через них
    перевалила.
    Тогда говорит олень младшему брату:
    - Потри мне правый рог, выйдет из него платок. Брось этот платок через
    левое плечо, только назад не оглядывайся.
    Младший брат перекинул платок через левое плечо, и глядь! - разлилась
    позади река огненная. Не перебраться ведьме через эту реку.
    Слез младший брат с оленя, дух переводит. Да нельзя долго отдыхать,
    надо избушку строить, где ночь переспать. Теперь все за работу взялись. Ну и
    быстро же тут дело пошло: один носит, другой бросает, третий поднимает,
    четвертый тянет, пятый укладывает, шестой кроет.
    Когда все уснули, выводит олень младшего брата на волю и говорит:
    - Теперь убей меня и закопай мою голову под порогом, мое туловище под
    полом. Теперь вот тебе приевит, храни его пуще глаза. А когда будешь уходить
    из этой избушки, то покрути приевит трижды справа налево, привяжи им мою
    голову к туловищу, и я снова оживу.
    - Да как же, оленюшко, милый, убивать я стану тебя, спасителя своего?
    - Не мели глупости, разве я научу тебя худому; для твоей же пользы все.
    Выполнил младший брат наказ и положил приевит на окно.
    Наутро вздумалось ему пойти со своими зверями-помощниками на охоту,
    чтобы голодать не пришлось. Девица в избе осталась и увидала приевит. Вот
    она и подумала:
    "Не дело добро так разбрасывать: подвяжу-ка я им чулок".
    А когда чулок-то подвязывала, покрутила она приевит слева направо. В
    тот самый миг перекинулся через огненную реку мост железный, ведьма - раз, и
    через реку!
    Набросились тут звери, набросились помощники на ведьму. А она поделать
    ничего не может - забыла впопыхах прутик на осине. Да разве такая попадет
    впросак! Раз-два! - готова глубокая яма, и какой зверь ни подбежит - так в
    яму и проваливается.
    Как только все в яму попадали, так толстенных тридевять дверей железных
    сверху и захлопнулись, и конец всему!
    Попались теперь младший брат с девицей. Ведьма только посмеивается и
    велит им баню затапливать, отмываться обоим добела, чтобы на завтрак их
    проглотить.
    Топят они баню, а ведьма разлеглась на солнцепеке. Полок и самую
    малость еще не нагрелся, как является оленья голова и говорит:
    - Куда вы, глупые, так торопитесь с топкой! Хватай, Ломай, Железоглодай
    еще только через три железные двери прогрызлись - помешкайте, пока они все
    двери прогрызут.
    Только успела голова скрыться, как ведьма подскакивает:
    - Лежу, лежу, дождаться не могу. Скоро ли истопите?
    - Для одного наполовину вытоплена, чтобы двоим париться, надо еще
    подкинуть.
    - Ну, коли так долго ковыряетесь, то не надо мне на завтрак двоих.
    Промолвив это, хватает ведьма девицу и вырывает у нее передний зуб,
    тот, что из чистого золота. Зуб этот был подарен самой матерью Лаймой, и
    когда во рту его нет - тут девице и смерть настает.
    Так оно и было: зуб у девицы изо рта долой - девица и померла.
    Укладывает ведьма девицу в железный гроб и зарывает на распутье дорог.
    Пока ведьма возилась, оленья голова снова подоспела.
    - Хватай, Ломай, Железоглодай еще три двери прогрызли!
    Схоронила ведьма девицу, прибегает голодна пуще прежнего. Как
    прикрикнет:
    - Топи живо! Коли скоро не будет, съем тебя немытого!
    - Скоро будет, скоро, только вода- чуть подогреется. Улеглась ведьма на
    солнцепеке, оленья голова снова является:
    - Хватай, Ломай, Железоглодай последнюю дверь ломают. Теперь дожидай
    подмогу!
    Вскоре все помощники подбежали. Каждый на своем месте притаился:
    зайчонок под лавкой, косуля под полком, лиса под крыльцом, волк в ушате,
    медведь за печкой, рысь в придушине, Хватай, Ломай, Железоглодай и младший
    брат под печью.
    Немного погодя приходит ведьма и как заорет:
    - Скоро ль, наконец?
    - Готово уже - заходи!
    Скрип! - отворяется дверь, вползает ведьма.
    Вот где было на что поглядеть: Хватай хватает, Ломай крошит,
    Железоглодай гложет, медведь колотит, волк дерет, лиса кусает, рысь
    царапает, косуля копытом бьет, зайчонок носится, а младший брат ковшом
    ведьму охаживает.
    Однако совсем добить ведьму им не удалось, потому что дверь бани
    осталась открытой, она и удрала.
    То-то ликованье было! Только когда младший брат стал про девицу
    рассказывать, сразу все опечалились и кинулись ее разыскивать. Заяц поскакал
    впереди, волк и собаки - следы разнюхивать и - глядь! - нюхали, нюхали и
    нанюхали.
    Рысенок и косуля тотчас вырыли гроб железный, медведь вытащил, Хватай,
    Ломай, Железоглодай крышку железную отломали, а лиса-лекарь нашла зуб
    золотой в изголовье.
    Младший брат вставил зуб, откуда он был вырван, и глядишь - жива
    девица, здоровехонька. Теперь еще оленя приевитом оживили и той же дорогой
    ко дворцу помчались.
    По дороге лиса, умная голова, говорит:
    - Все мы вынюхать можем, да все же сразу не унюхали, что ведьма свой
    прутик на осине забыла. Разве была нужда так далеко убегать?
    - Ничего, ничего, - олень ей в ответ. - Теперь прикажем ведьме без
    прутика с осины слезать, а коли не послушается, тогда повалим осину на
    землю.
    Ладно. Приходят они к осине. Сидит ведьма, нахохлилась и стонет:
    - Холодно мне, зябко мне! Пусти меня на землю погреться, а чтобы звери
    твои не покусали, дозволь мне их легонько прутиком стегануть.

     

    Волшебное зеркало

    Досталось одному парню от родителей богатое наследство, да он его
    вскорости промотал. Только и остались у него, что сабля отцова на боку, соли
    горсть на столе да кот-мышелов под столом. Что нищему делать? Взял свои три
    сокровища и пошел по свету счастья искать. Шли-шли, а пути ни кот не знает,
    ни сам не ведает. Забрели в лес. А в лесу шум стоит. Пошли на шум, глядят -
    вот так диво! Огромный страшный лев с чертом сражается. Что делать? Хотел
    было парень удрать, а лев ему кричит:
    - Не удирай, выхватывай саблю, пособи черта одолеть: и тебе прок будет,
    и мне.
    Послушался парень, и вдвоем они без труда с чертом справились. Лев
    доволен-предоволен. Говорит:
    - Знаешь, что я тебе скажу? Ты мне удружил, и я тебе услужу; тут сразу
    за лесом - королевский дворец. Тамошний король тягается с таким же вот
    чертом, как наш был. Но плохо королю, бедняге, приходится: сколько за ночь
    войска наберет, столько черт за день перемелет. Боюсь, как бы и самому
    королю черту в лапы не угодить. Так как ты думаешь, не пойти ли нам вдвоем
    вызволять короля? Ведь одного черта мы с тобой одолели, второй-то сильнее
    первого не будет? Вот ты и выйдешь в люди. Я, вишь, знаю: у этого короля
    дивное такое зеркало есть о четырех винтиках. Как первый винтик покрутишь -
    тотчас духи тут как тут. Второй покрутишь - другие объявятся. Третий -
    третьи духи прилетят. Четвертый - еще другие. Ну вот. Как черта одолеем,
    король тебя и спросит: что, мол, тебе в награду дать? А ты говори в ответ:
    давай зеркало о четырех винтиках. Он отдаст - вот ты и на коне. Ну как? Не
    струсишь?
    - Чего трусить? Пойдем. Что будет, то будет.
    Пришли к королю. Король рад-радешенек избавителю, да сомневается:
    - Как же ты один с чертом справишься, если вчера да позавчера целая
    тысяча его одолеть не смогла?
    А парень в ответ:
    - Это не твоя забота, сам знаю, что делаю.
    - Ладно, сынок, быть по-твоему. Одолеешь черта, проси" что хочешь, все
    тебе дам.
    Взялись парень со львом за дело. Немало им пришлось повозиться, шутка
    ли - этакий черт! По правде сказать, они его больше хитростью одолели,
    нежели силою: лев к черту сзади подкрался, вскочил ему на загривок и
    опрокинул навзничь. А парень с саблей - тут как тут, рубит, куда попало.
    Думал - велика ли мудрость лежачего зарубить! ан, не так-то оно и просто:
    черт ведь огнем плюется, вот в чем дело-то. Однако все же победили они
    черта. Пришел парень к королю просить награду - зеркало о четырех винтиках.
    Нахмурился король: как раз зеркало ему подавай! Но перечить не стал - уговор
    дороже денег.
    Пошел парень дальше по свету бродить, гордый-прегордый: в руках
    зеркальце, по одну сторону - лев шагает, по другую - кот, сбоку сабелька
    острая - загляденье!
    Шли, шли, поднялись на вершину горы, видят - роща березовая меж двух
    рек.
    - Стой, - сказал парень, - вот славное местечко, тут и передохнуть
    можно.
    Проголодались все трое в пути, а хлебушка - ни крошки. Как быть?
    - Вот тебе и на, - смеется лев, - сидим верхами, а коней не примечаем:
    зеркало-то на что? Нам ли о хлебе тужить? А ну-ка покрути винтик.
    Ладно. Покрутили. Первый дух в человечьем обличье тут как тут: чего,
    мол, прикажете?
    - Нам всем троим покушать. Вот и все. Дух умчался сломя голову. Вскоре
    разные яства появились. Наелись все трое.
    Назавтра парень не знает, что делать со скуки.
    - Вот тебе и на, - говорит лев, - а зеркало на что? Тебе б о крове над
    головой подумать пора. Где жить-то станем? Покрути второй винтик.
    Ладно. Покрутили. Второй дух в человечьем обличье тут как тут: чего,
    мол, прикажете?
    - Дворец для нас для троих. Вот и все.
    Дух умчался сломя голову. Вскоре с неба спустился распрекрасный
    алмазный дворец - прямо на гору, промеж двух рек. Парень пошел во дворец
    отдыхать, лев у ворот сторожить остался, а кот на печку прыг - дом стеречь.
    Так все чудесно, просто диво!
    Но наутро парень заскучал. Не знает, что делать.
    - Что делать? - говорит лев, - а зеркало на что? Вокруг дворца саду
    положено быть, вот ты о чем подумай.
    Ладно. Парень покрутил третий винтик. Третий дух в человечьем обличье
    тут как тут: чего, мол, прикажете?
    - Сад чтобы был вокруг дворца.
    Дух умчался сломя голову. Вскоре по воздуху прилетели деревья - и
    такие, и сякие, - да сами в землю вкопались. Всякие птицы певчие поналетели,
    звери лесные сбежались. По-иному жизнь пошла: птицы поют, звери рычат,
    деревья цветут - не наглядеться, не наслушаться.
    Но наутро снова заскучал парень: чем скуку разогнать?
    - Чем разогнать? - удивляется лев, - знаю, чем. На что у тебя зеркало?
    Жениться тебе пора, вели себе жену принести: жить - так в полную силу. У
    реки да возле моря король живет, при нем дочка - красавица писаная, краше не
    сыскать. Вот тебе и суженая. Прикажи принести.
    Покрутил парень четвертый винтик - прилетел четвертый дух в человечьем
    обличье: чего, мол, прикажете?
    - У реки да возле моря король живет, при нем королевна-краса. Неси ее
    мне в жены.
    Умчался дух сломя голову. Раз-два! И королевна тут как тут. Взял ее
    парень за себя, и зажили они в полном согласии.
    Но старый король сильно тужил по дочери. Разослал он корабли по рекам
    да по морям, разослал гонцов по суше - ищут, ищут, да ни с чем возвращаются.
    Делать нечего, пошел король к ведьме. Гадала ведьма, гадала, дозналась:
    королевна на крутой горе, во дворце в алмазном, при муже живет.
    - Дай мне корабль с прислугою: поднимусь по реке, верну тебе дочь.
    Король в ответ:
    - Что толку в одном корабле? Да и что ты, женщина, одна сделаешь? Пошлю
    войско, сотру алмазный дворец в порошок.
    А ведьма: нет, мол, лев тот дворец охраняет, он сам-один целое войско в
    клочья раздерет.
    - Уж ты, - говорит, - позволь мне схитрить, вот увидишь, что будет.
    - Что ж! Будь по-твоему, - ответил король и дал ведьме корабль с
    прислугой. Поднялся корабль вверх по реке, но к самому дворцу не причалил:
    оставила ведьма корабль поодаль, у подножия горы, сама оделась побирушкой и
    пошла во дворец. И бог ее ведает, как это она сделала, но покуда она
    бережком шагала, королевна во дворце занемогла. Парня-то о ту пору дома не
    было, он со львом да с котом на охоту вышел. Конечно, в такое время ведьме и
    сподручно во дворец пробраться. Зашла к хворой, а та охает да стонет. Ведьма
    к ней: что, мол, стряслось?
    - Ох, тяжко да муторно ...
    - Да это пустое, - говорит ведьма. - Мало ли я, нищая старуха, по свету
    мыкаясь, больных выходила? Дай поглажу чуток - оно и полегчает.
    И вправду: чуть погладила, больная и поправилась.
    Говорит королевна:
    - Бог мне тебя послал. Оставайся ночевать, не уходи, на ночь глядя. Муж
    вернется, он тебя, благодетельница, озолотит. А ведьме только того и надо,
    чтобы на ночь остаться, для того она хворобу и напустила и сама же сняла,
    чтобы прослыть благодетельницей да во дворце хоть ненадолго прижиться.
    Вернулся вечером муж, жена к нему:
    - Муженек, муженек, пока тебя дома не было, я чуть не померла ...
    Спасибо, тут нищенка случилась, хворобу как рукой сняла. Пусть зато погостит
    у нас. Ладно?
    - Пускай живет. Разве я добрым людям в почете отказываю?
    Осталась ведьма в алмазном дворце.
    Утром муж снова ушел на охоту, а ведьма весь день дворцом любуется, обо
    всем выспрашивает. А под конец говорит, словно ненароком:
    - Бог ведает, откуда такой дворец? Много я дворцов перевидала, но этот,
    ей-же-ей, не людских он рук дело. Ты ведь жена, не сказывал тебе муж ничего?
    - Нет, не знаю. Да спрошу я вечером, что ж в том дурного?
    Вечером пришел муж, жена к нему:
    - Вот ты какой, муженек! Столько времени живем вместе, а ты мне и не
    сказал, откуда у тебя такой дворец? Старая нищенка думает, что он с неба
    свалился. Может ли это быть?
    - При чем тут небо... Есть у меня такое зеркальце. Как покрутишь
    винтик, тотчас духи налетают, и что ни пожелай - все принесут. Они-то мне
    дворец и доставили.
    - Вот оно что, - удивилась жена.
    А ведьма все подслушала.
    Утром парень снова ушел на охоту. Только отошел подалее - ведьма хвать
    зеркало! Покрутила один винтик, другой, третий... Три духа разом слетелись:
    чего прикажете?
    - Несите алмазный дворец прямо на королевский двор, на реку да возле
    моря.
    Тем же часом алмазный дворец - с женою да с ведьмою - взвился в воздух
    и полетел, как мотылек, прямо к королю во двор.
    Парень на охоте невзначай поглядел на небо - видит: дворец по небу
    плывет.
    Испугался он. А лев и говорит:
    - Это все старая побирушка наделала. Зачем позволил ей во дворце
    оставаться? Теперь только хитростью и спасешься. Переоденься-ка ты чужаком
    да и ступай берегом прямо к тестю. Там, должно быть, и дворец свой найдешь.
    Я тут останусь сад стеречь и тебя с дворцом да с женой дожидаться.
    Ладно. Парень переоделся чужаком и пошел с котом вдоль бережка вниз. За
    лесом, чуть пониже горы, видят они - корабль стоит. С корабля окликают: не
    встречали ль побирушки? Обещалась возвратиться, а ее все нет и нет.
    - Чьи вы люди? Зачем спрашиваете?
    - Мы люди королевские - с реки, что возле моря.
    - Вот ладно-то. Мне как раз к вашему королю и надобно. Я знаменитый
    повар. Прослышал я, что в вашей стране никто толком обеда сготовить не
    умеет. Вот и надумал к королю в повара наниматься. Довезите меня.
    Побирушка-то ваша давно ушла, зря вы ее ожидаете.
    - Все бы ладно. Да ты, коли повар, сготовь нам обед.
    А не то - не верим тебе.
    Хорошо. Парень давай обед готовить. А он знал, что в стране тестя не
    умеют пищу солить. Вот и приправил он свой обед чуток солью. Ест корабельная
    прислуга обед, наесться не может. А парень, знай, уговаривает:
    - Ведите корабль к дому да ешьте по пути на доброе здоровье, чтобы
    времени не терять. Говорил я вам, что я повар знаменитый. Верите ли мне
    теперь?
    - Верим, верим, - закричали люди и повернули корабль домой.
    Приплыли к тестю - видит повар: стоит его алмазный дворец рядышком с
    королевским дворцом, а жена сидит на пороге, льет горькие слезы. Муж
    побоялся, как бы жена, его завидя, не окликнула: узнают люди, кто он, - все
    пропало. Придумали так: муж на бережку посидит, а кот к жене проберется, все
    ей поведает да узнает, куда зеркало девалось.
    Ладно. Кот все сделал и вскоре вернулся с таким ответом: зеркало-де
    ведьма к рукам прибрала, а сама она нынче у себя дома. Король сердитый - ему
    и слова наперекор не скажи. К ночи, как все лягут спать, жена к мужу на
    крыльцо выйдет.
    Ладно. Это дело - одно.
    Пока парень прохлаждался на бережку, корабельная прислуга доложила
    королю, что привезли ему знаменитого повара. Король позвал повара во дворец
    и приказал готовить себе обед. Повар сварил суп на свой вкус - приправил
    обильно солью - и поднес королю. Отведал король одну ложку, отведал другую -
    да-а! вот это повар так повар! Никуда, мол, такого не отпущу.
    Но недолго тешился король: уж на другой неделе люди приметили, что
    новый-то повар - что ни ночь - к королевской дочери в алмазный дворец
    пробирается. А кот па страже стоит.
    Услыхал король про такое дело, рассвирепел, хочет повара в клочья
    изодрать. А люди ему говорят:
    - Такая легкая смерть - пустое дело. Лучше повара с его котом в крысью
    яму бросить, пускай их подольше мучаются.
    Ладно. Бросили их. Крысы и мыши, ясное дело, набросились на парня,
    хотят его грызть. А кот радуется - есть ему где разгуляться. Давай ловить
    крыс и мышей, навалил их целую груду. Не стерпели они, побежали к королю
    крысиному жаловаться: мол, сам черт к ним в яму спустился, всех его
    подданных изничтожает. Вылез крысиный король из своей норы и спрашивает
    парня:
    - Зачем ты черта на моих подданных напустил? Зачем он нас губит?
    - Да, мой черт - он вас всех изведет. И тебе несдобровать. Но коли
    сделаете одно дело - никого больше не тронет. А должны все твои крысы и мыши
    утащить из ведьминого логова мое зеркало.
    - Ладно, - говорит крысиный король, - это они могут. На другую ночь
    пошла вся тьма крыс и мышей войной на ведьму. Нетрудно им было ее одолеть,
    напали на нее, на сонную, загрызли - одни кости остались, а зеркало
    приволокли к парню. Обрадовался парень, покрутил винтик и приказал духу:
    - Неси меня к жене, в алмазный дворец.
    А там другой винтик покрутил и велел духу нести дворец на прежнее
    место, где лев сад охраняет.
    Раз, два! Все исполнилось.
    С той поры парень зажил счастливо со своей женой, со львом да с котом.

    Одураченные

    Жили-были пастор и помещик. Были они братьями. Пастор был очень
    богобоязненным, однако со своим братом помещиком никак поладить не мог.
    Помещик страсть как любил, чтобы ему сказки рассказывали. Он всегда
    держал только тех слуг, которые знали много сказок. Когда у одного слуги все
    сказки кончались, нанимал другого. Однажды помещик прогнал старого слугу и
    хотел взять другого, который знал бы сказок побольше, а заодно был бы и
    ночным сторожем. Раз пришли к нему трое наниматься слугами. Взял их помещик
    всех.
    Но один из них был особенный мастер на сказки. Рассказывает он,
    рассказывает, а когда барин заснет, выходит усадьбу обойти. Потом вернется
    и, если барин проснулся, опять рассказывает. Рассказывая сказки, заметил он
    под кроватью у барина сундучок с деньгами. На другой день рассказывает он
    помещику про воров, да в конце и спрашивает напрямик:
    - Что бы вы, барин, сделали, если бы кто- украл ваш сундук с деньгами?
    - Я бы дал ему второй такой же впридачу. Рассказал об этом слуга
    товарищам. На другой день, сказки рассказывая, выдвинул он ногой сундучок
    из-под кровати и задвинул под свой стул. Едва барин заснул, как слуга подал
    знак товарищам. Те пришли и забрали сундучок. Убежал с ними и рассказчик.
    Спустя немного времени вычитал он в газете, что помещик просит прийти к
    нему человека, укравшего его сундук с деньгами. Обещает он за это дать вору
    второй такой же. Вот приходит слуга к помещику. Тот дает ему второй сундук,
    однако просит, чтобы сыграли какую-нибудь шутку с пастором. Пусть и он в
    дураках останется.
    Взялся слуга за дело. Пошел он на реку, наловил раков, свечей купил по
    две штуки на рака. Потом пошел к органисту и достал у него ключи от церкви.
    Купил он себе еще белый халат и пришил к нему крылья. Тогда сунул каждому
    раку в клешни по свече и зажег их. К полуночи и люстру зажег в церкви.
    Увидел органист свет в церкви, испугался и бегом к пастору, говорит -
    привидения в храме божьем. Пастор схватил библию - и в церковь. Выходит к
    нему ангел и говорит:
    - Ну, пастырь душ человечьих, настал твой час на небеса отправляться.
    Только забирай с собой все свое добро.
    Приходит пастор домой, укладывает добро на телегу и едет в церковь. А
    пока пастора не было, сообщники слуги сшили кожаный мешок и подвязали на
    длинной веревке к колокольне. Приехал пастор. Помогли ему забраться на
    колокольню и велят лезть в мешок. Сперва он заартачился, но в конце концов
    залез. Вот спустили они мешок, привязали к телеге и волокут по земле, а
    сундук с деньгами на воз поставили и поехали.
    Едут, едут, к озеру приехали. Дорога петляет вдоль берега озера. Решили
    на одном повороте отпустить веревку подлиннее и протащить мешок по воде. А
    пастор спрашивает:
    - Где мы теперь?
    - В чистилище!
    Так они ехали, пока не приехали на усадьбу. Тащат мешок через
    свинарник. Свиньи: "Хрю-хрю!" Пастор снова спрашивает:
    - А здесь что такое?
    - Здесь самый ад!
    Потом тащат его в птичник к гусям. Он опять спрашивает:
    - А здесь что такое?
    - Это сонм ангелов!
    На усадьбе стояла высокая арка. Подтянули на нее за веревку пастора на
    самый верх и оставили там, а сами уехали с деньгами.
    Утром помещик спрашивает:
    - Как же это ты, братец, вперед меня на небо попал? Освободил он
    пастора из мешка. Видит пастор - вконец его одурачили и оставили без гроша.
    Может, он еще и поныне деньгу себе сколачивает.

     

    Отцовское добро

    У одного очень богатого хозяина было три сына и две дочери. Когда он
    состарился и силы стали покидать его, он передал свое хозяйство старшему
    сыну. Пожил у него отец, да потом старшему сыну надоело с ним возиться.
    Советует он ему идти пожить у братьев - они, дескать, давно его дожидаются.
    Отец послушался и ушел к среднему. Подержал тот у себя отца, да уже через
    пару месяцев стал выпроваживать к младшему сыну. Поселился старик у
    младшего, с месяц пожил, и этот давай упрекать, отчего отец не живет у
    своего любимца, старшего сына, которому отказал все свое добро и дом.
    Отправился теперь старик к дочерям. Пожил у них недель восемь, надо и оттуда
    убираться.
    Была у старика привычка по воскресеньям ходить в церковь. Однако теперь
    пришлось ему от нее отказаться, потому что не было хорошей одежды. Старая
    уже совсем поизносилась. И все же в одно воскресенье собрался он с духом и
    пошел, как был, в старенькой, которую каждый день носил. В церкви встретил
    его старый приятель. Он спрашивает:
    - Ты чего, сосед, такой оборванный? Ведь был ты богатым человеком,
    исправным хозяином?
    Тут старик все и рассказал, как было. Слишком рано отдал сыну дом,
    добро поделил, а теперь самому приходится ходить, как нищему, с сумой от
    двери к двери.
    Чужими стали милые дети, жестокими. Скорее собаку накормят, чем
    старику-отцу дадут кусок ...
    - Ладно. Только впредь, гляди, будь поумней, и дела твои поправятся.
    Послушайся моего совета: пойдем ко мне, есть у меня старый сундук, я тебе
    его отдам. Только сделай к нему столько ключей, сколько у тебя детей, а
    когда придешь к ним, то постарайся, чтобы они у тебя в руках ключик
    заметили. Если спросят, что это за ключ, правду не говори, а скажи, что это
    ключ от добра твоего припрятанного. Когда будешь умирать, тогда, дескать, ты
    его им отдашь... Ладно. Надо попробовать. Приходит отец к старшему сыну,
    достает блестящий ключик и вертит в руках. Сын заметил и спрашивает, что за
    ключ у отца.
    - А-а, это ключ от моего добра. Вот умру, тогда оно вам достанется.
    Ключик хоть сейчас могу тебе отдать, а когда стану помирать, тогда и скажу,
    где мое добро хранится.
    Узнав об этом, сын сразу подобрел к отцу, стал обходительным, каким и
    должно быть сыну со своим отцом. Когда в воскресенье отцу захотелось пойти в
    церковь, старший сын дал ему свое новое платье и отвез, словно барина.
    Заметили это два других сына и дочери. Думают: "А отец-то, видать, вовсе не
    нищий, неспроста старший брат дал ему свою лучшую одежу и возит, как
    барина".
    Подскочили они все к отцу, здороваются с ним, .каждый к себе приглашает
    пожить ... Пошел отец к другим сыновьям, им тоже рассказал про свое
    припрятанное добро.
    Теперь старику недостает разве что птичьего молока. Сыновья делают все,
    что только его душе угодно, и просить ни о чем не надо. Живет у них как у
    Христа за пазухой. Как-то раз встречают его дочери и говорят:
    - Загордился отец, к нам даже и зайти не желает... Младший сын велел
    сшить для отца новое платье, а средний - сапоги новые отцу справил, теперь
    старик с головы до ног во всем новом и ест досыта.
    Так прошло много лет, и вот старик занемог. Привели пастора. Отдал
    старик пастору все ключи, чтобы тот передал их детям после его смерти. Когда
    отец умер, дети устроили ему богатые похороны. Потом пастор отдал детям
    ключи. Каждый радуется про себя. Позвали судейских, писаря, волостного
    старосту, и сами явились, каждый со своим ключом, а пристав и урядник с
    шашками наголо подле сундука встали, чтобы все было разделено по честному.
    Открыли сундук и видят, что он совсем пуст. Лежит в нем только старый посох
    и бумажка, на которой написано: "Отлупить надо старого палкой, чтобы загодя
    не раздавал детям своего, добра".

     

    Поп, дьячок и лавочник

    Однажды жили бедный поп и бедный лавочник. Попу его церковь давала так
    же мало дохода, как лавочнику его. лавка, потому что вокруг жили одни
    бедняки.
    Задумался однажды поп над своей нуждой и пошел к лавочнику потолковать
    о трудных временах.
    Лавочник говорит:
    - А знаешь, надо нам сделать одну штуку, вот тогда у нас обоих дела
    пойдут в гору, в два счета разбогатеем, - и стал рассказывать, что он
    придумал, с чего надо начинать, даром времени не теряя. Пускай поп идет
    домой и прикинется совсем хворым. Потом пусть велит дьячку ближе к ночи
    вынести икону девы Марии и положить ее в родничок, что у попова сада.
    Как лавочник придумал, так все и было сделано. На другое утро поп
    рассказывает служанке, что видел во сне, будто исцеление ему принесет только
    вода из родника, который около сада.
    Пошла служанка за водой да от удивления так и села.
    Дева Мария вышла из церкви и в родник залезла! Пустилась баба бегом
    домой рассказать попу про чудо.
    Выпил поп родниковой воды, умылся ею и говорит, что полегчало ему,
    сон-то оказался в руку.
    Вечером поп уже совсем здоров и велит трезвонить в церковный колокол.
    Народ не знает, зачем звонят, бежит к церкви. В церкви поп с дьячком молятся
    и прихожанам рассказывают про чудесное исцеление и как деву Марию в роднике
    нашли.
    Вот отправились все с хоругвями служить молебен у родника, где
    по-прежнему так и лежала дева Мария. Поп признал родник чудотворным и велел
    снести икону обратно в церковь. А дьячок еще два раза носил ее тайком к
    роднику и уж никто в том не сомневался, что место это святое.
    Тогда велел поп собирать деньги на постройку часовни над родником.
    Кое-что прихожане дали, помог и лавочник.
    Вскоре часовня была готова, икону поставили под стекло и надпись
    сделали: "Кто желает избавиться от недуга, пусть прочтет молитву и положит
    20 копеек серебром пред ликом девы Марии".
    Лавочник с попом еще и в газете написали про свершившееся чудо, про.
    целебную воду.
    Вот стал хворый люд отовсюду наезжать, - и мужчины, и женщины, - поп с
    дьячком деньги собирать не управляются. И у лавочника покупателей
    полным-полно. Там и едят, и на ночлег устраиваются.
    Через год поп, дьячок и лавочник не знают, куда деньги девать. Однажды
    явился к ним издалека болящий со своей женой. Зашли они в лавку подкрепиться
    с дороги и завели разговор про чудотворную воду.
    Лавочник говорит:
    - Как другим - не знаю, зато троим эта вода здорово помогла - лучше
    некуда!

     

    Рябая свинья

    Жил в старину один богатый барин. Была у барина здоровенная рябая
    свинья, и паслась она в поле. Однажды барин глядит - бедняк встал на колени
    и отвешивает свинье поклоны. Барин спрашивает:
    - Зачем ты моей свинье кланяешься? Бедняк говорит в ответ:
    - Прошу ее ко мне сегодня прийти, я на вечер гостей назвал - Ну тогда
    забирай ее с собой, - сказал барин.
    Взял бедняк свинью и увел. Барин ждал, ждал, когда бедняк приведет
    свинью обратно, и, не дождавшись, поехал за ней сам Приехал к бедняку и
    просит отдать свинью. Бедняк говорит, что теперь, мол, свинья у соседа, у
    него тоже гости Пошел бедняк за свиньей, да вскоре вернулся, просит у барина
    лошадь, потому как сосед богатый и совестно идти к нему пешком Дал барин
    лошадь. Проехав полпути, бедняк смекает, что надо бы попросить у барина и
    одежу получше Сказано - сделано. Бедняк вернулся, и барин дал ему одежу.
    Вот едет бедняк барином к соседу за свиньей, а барин, напялив ветхую
    одежонку бедняка, дожидается его, да тот и не помышляет возвращаться.
    Прождал барин до вечера, окоченел от холода и пошел в свою усадьбу.
    Заметила барыня мужичка в драной одежке, приняла его за нищего и велела
    поколотить как следует, чтобы ему неповадно было на барскую усадьбу
    соваться.
    Слуги, когда били, хоть и признали барина, да рады -были свести с ним
    счеты.
    Барыня только тогда узнала своего мужа, когда он стал звать на помощь,
    однако было уже поздно - сама ведь приказала поколотить его.
    Понял теперь барин, как надул его бедняк. А тот живет себе и в ус не
    дует, держит барскую свинью, лошадь и в барской одежде щеголяет.

     

    Смекалистый Андритис

    Было это еще в те времена, когда господа могли все что угодно с мужиком
    делать. Жил в одной волости бойкий мужичок - Андритис. Вот решил барин
    насильно женить его на своей горничной.
    Только Андритис отказывается:
    - Ну нет, коли сам барин ее не берет, так куда уж мне?
    Только барин не слушает - приказал в следующее воскресенье свадьбу
    сыграть.
    "Ладно! - думает Андритис. - Если уж тебе так загорелось, так и мне
    надо поторопиться. Слыхал я, в Курземе новую волость ставят, всяких людей в
    нее берут. Сбегу в субботу, вот тогда и посвистывайте со своей горничной".
    Ладно. Да только на другой же день кто-то донес барину: Андритис в
    субботу сбежать хочет. Барин сейчас же на коня - и к Андритису:
    - Ты что, в бега собираешься? Что это ладишь, никак посох в дорогу?
    - Помилуйте, барин! Да это же кол!
    - Ежели это кол, так почему у него оба конца затесаны?
    - А тут, видите ли, такая штуковина. Я за один раз все сделал. Сгниет у
    кола нижний конец, я его выдерну и другим концом воткну, ни топора, ни обуха
    не понадобится.
    - Долго же ты, Андритис, здесь жить собираешься. коли думаешь
    дождаться, пока кол сгниет!
    - А вот уж этого мы не можем знать, все под богом ходим!
    Барин думает: "Чего только шептуны не наболтают? Нет, этот не убежит. А
    все-таки для пущей верности дай-ка я их лучше в субботу повенчаю".
    Ладно. Приходит суббота. Андритис махнул в Курземе. Встречается ему по
    дороге пастор:
    - Куда идешь?
    - В церковь! - нашелся Андритис.
    - Вот те раз! А отчего же не в имение? Мне твой барин говорил, что тебя
    в субботу в имении, а не в церкви, должны повенчать!
    - Да какая же сегодня суббота? Сегодня воскресенье, потому и иду в
    церковь.
    - Да нет же, Андритис, сегодня суббота, суб-бо-та!
    - Да что вы, преподобный отец! У меня каждый день на памяти: в
    понедельник козу колол, во вторник обдирал, в среду варил, в четверг ел, в
    пятницу баню топил, в субботу парился, сегодня воскресенье, вот и иду в
    церковь. Прощайте!
    И убрался Андритис в Курземе, поселился там и зажил беспечально. А
    барин, как узнал об этом, так и завопил:
    - Ах ты, Андритис, Андритис, кому же я теперь свою горничную сбуду!

     

    Сказка о мудрой жене

    Как-то раз, в стародавние времена, один мужик не исполнил приказания
    барина, вот и решил барин сурово наказать его за это. На третий день должны
    были мужика повесить возле риги в назидание другим, чтобы усердно выполняли
    барскую волю. Жена мужика совсем извелась от горя. Под конец надумала пойти
    в имение просить - может, барин сжалится и помилует ее мужа. Сбирается она в
    дорогу. А было у нее еще дитя грудное. Дома его не оставишь - взяла с собой.
    Идет, идет - зашла в лес. Сама уморилась, и еще младенец разревелся.
    Думает баба, надо бы сесть где-нибудь под елкой, самой передохнуть и дитя
    накормить. Хорошо. Как надумала, так и сделала. А самой тоже захотелось
    есть, вот и жует она помаленьку хлеб, что прихватила с собой из дому.
    Поглядела баба вверх и видит - в еловых ветвях птичка птенцов своих кормит.
    Поглядела баба на землю - муравьи у нее под ногами тоже едят. Передохнула,
    младенца накормила и пошла дальше.
    Приходит в имение и начинает упрашивать барина, чтобы не вешал мужа,
    отпустил домой. Как с малым дитем без мужика прожить? Пообещал барин
    отпустить мужика домой, если она загадает ему загадку, какую он не сможет
    отгадать. Подумала баба малость и говорит, что загадает ему такую загадку.
    Барин был большой мастер загадки разгадывать и потому только посмеивается.
    Вот какую она загадала ему загадку: "Я ем, от меня ест, надо мной ест и подо
    мной ест".
    Думал барин, думал, да так и не смог разгадать такую чудную загадку.
    Бабе-то пришло в голову рассказать, как она в лесу, под елью, сама ела, от
    нее дитя кормилось, птенцы над ней ели и под нею ползали и ели муравьи. Ни
    за что не отгадать барину такой загадки, и пришлось ему отпустить мужика на
    волю, потому что слово надо было сдержать. А мужик от радости не мог
    нахвалить женину мудрость, не знал, чем и отблагодарить ее.

     

    Сказка путника

    Ехал путник зимой через лес и заблудился. Проплутал до самого вечера, а
    тут метель началась.
    Долго еще он ехал, пока добрался до какого-то дома. Зашел, просится на
    ночлег. А хозяева только тогда дозволили ему остаться, когда он пообещал
    рассказывать всю ночь сказки. Усталый путник малость обогрелся, а все
    домочадцы уселись вокруг него слушать.
    - Только уговор такой, - начал он, - никому меня не перебивать,
    вопросов не задавать, пока не кончу рассказывать. Как только кто перебьет,
    так сказкам конец - иду спать.
    Все согласились, и путник начал рассказывать:
    - Шел я раз лесом, дремучим лесом. Да, шел я, значит, через
    густой-прегустой лес. Тут вдруг летит ворона. Да, летит, значит, ворона,
    черная ворона. Вот летит ворона, летит, не спускается, а так - все летит и
    летит, то повыше, то пониже, и все летит, летит эта черная ворона, не
    спускается ...
    - Ну, а другого-то ничего не будет? - спросил его кто-то.
    - Раз вы мне мешаете, тогда, как уговорились, сказке моей конец, -
    ответил путник, улегся на теплую лежанку и проспал спокойно до утра.

     

    Смекалистый паренек

    Однажды барин, гуляя, увидал свинопаса и спрашивает:
    - Эй, парень, что твой отец делает?
    - Отец мой две дороги в одну прокладывает!
    - Две? .. В одну? . . Это как так можно?
    - Вот ведь глупый барин! Не знает, что значит две дороги в одну
    прокладывать.
    - Ах, пашет !.. Ну а что твоя мать делает?
    - Она сейчас съеденный хлеб отдает.
    - Съеденный хлеб? .. Да как это можно?
    - Вот ведь глупый барин? И этого не знает. Что вчера взаймы взяла,
    сегодня отдает.
    - Ах, отдает!.. Ну, а сестра твоя замужняя что делает?
    - В прошлом году радовалась, нынче горюет.
    - Горюет нынче?.. Отчего?
    - Вот ведь глупый барин! И того не знает. В прошлом году у нее двойня
    родилась - как же не радоваться? А нынче есть-то нечего - вот и горюет.
    - Смекалистый ты паренек. А только за то, что ты меня глупым барином
    честил, отправишься сейчас в имение и там тебя выпорют.
    Ладно. Идет паренек, насвистывает. Заходит в имение. Барин злится: как
    это, мол, у него перед самым носом свистят! Пусть-ка слуги проучат наглого
    парня - собак на него спустят. А у паренька как раз за пазухой был зайчишка.
    Как только собаки на парня накинулись, он того зайчишку возьми да и выпусти.
    Ох ты батюшки! Что тут началось - собаки, как оголтелые, за зайцем
    припустили, а паренек знай посвистывает себе. Еще пуще барин разозлился.
    Приказал бросить паренька в погреб и держать там, пока розги не припасут.
    Бросил слуга паренька в погреб и побежал в рощу за розгами. А парнишка
    только посвистывает. Вынул он из громадной бочки с вином затычку -
    захлестало вино на землю. Прибегает слуга, увидал такую беду, заткнул дыру
    пальцем и кричит:
    - Подай скорей затычку! Подай затычку! А паренек взвалил на спину
    окорок, накинул сверху кафтанишко - и бежать. Смотрит барин в окно, как
    бежит парнишка с горбом на спине, смеется во все горло:
    - Ишь как тебя разукрасили - даже скрючило!

     

    Как работники старосту проучили

    В крепостные времена был в одном имении очень жестокий староста.
    Всячески измывался он над крестьянами, барщиной изводил. В тот год был
    сильный недород, и когда на усадьбе шла молотьба, барщинники приносили с
    собой из дому маленькие торбочки, насыпали в помещичьей риге зерно и таскали
    домой. А староста пронюхал об этом и стал по ночам подкарауливать их за
    ригой. Кого поймает, тому субботним вечером по двадцать палок всыпали.
    Наконец один дюжий мужик надумал проучить старосту. Схоронился он
    неподалеку от риги и поджидает старосту. Другие молотильщики на гумне уже
    посад настелили и начали молотить. Вскоре приходит староста и по своему
    обычаю стережет за углом. Мужик тихонько подкрался к старосте сзади, схватил
    его за шиворот, взвалил себе на спину и пустился что было мочи к озеру.
    Когда прибежал на берег, петух прокричал. Мужик поднатужился и бросил
    старосту в озеро. А сам, даже не перекрестившись, побежал назад в ригу.
    На другой день уже вся усадьба знала, как прошлой ночью черт унес
    старосту из риги и бросил в воду. Мужики, что отбывали барщину у помещика,
    смеялись, а дворовые поверили.
    С той поры староста никогда не подкарауливал мужиков по ночам за ригой.

     

    Староста и черт

    Шел староста к работникам и повстречал на дороге незнакомого человека;
    тот спрашивает:
    - Куда идешь?
    - К работникам иду! А ты что будешь за барин, что осмеливаешься меня
    спрашивать?
    - Я сам черт!
    - Вон оно как - тогда другое дело! - ответил староста и зашагал рядом с
    чертом.
    Прошли они немного, видят - боров в горох забрел, топчет. Пастух
    заметил старосту, испугался и бегом выгонять борова:
    - Проваливай прочь, скотина! Чтоб тебя черт забрал? Только горох
    травит!
    - Слышишь: борова тебе отдает - бери же! - подзадоривает староста
    черта.
    А черт ему в ответ:
    - Так уж и брать? Со зла чего человек не наговорит; потом одумается,
    пожалеет.
    Шагов тридцать прошли, баба, работница, старосту заметила, младенца от
    груди отняла и скорей за работу. А дитя плачет, аж посинело; баба на него
    кричать:
    - Чтоб тебя черт забрал! Только покормила - уже снова орет!
    - Слышишь, младенца тебе отдает - бери же! - подзадоривает староста.
    - Так уж и брать? Со зла многое наговорят, потом жалеют.
    Прошли еще немного, видят гору, а там работники только было присели
    передохнуть, да, заметив старосту, повскакали на ноги, бранятся:
    - Гляньте, опять староста на нашу голову! Хоть бы свернул ему черт шею!
    Услышал черт и хвать старосту за чуб, шею свернул и уволок прямо в
    пекло.

     

    Судьба богатого скупца

    Скряги, которые всю жизнь только и делают, что богатство копят,
    напоследок так и умирают на своих деньгах.
    Один хозяин был очень богат и скуп. Брал он ото всех много, а сам
    платить другим не хотел. Деньги он хранил в подвале и каждый день спускался
    в него посидеть возле своего золота. Стал он побаиваться, как бы воры не
    взломали замок подвала и не украли деньги. Пошел к кузнецу и велел выковать
    такой замок, который и запирать не надо, сам запирается. Вот сделал кузнец
    замок, какой велено, и еще строго-настрого наказал хозяину не забывать
    снимать Замок каждый раз, когда будет заходить в подвал, не то сам останется
    взаперти. Но. однажды хозяин забыл про наказ. Зашел в подвал, а замка не
    снял. Защелкнулся замок, и пришлось хозяину помирать на своих деньгах.

     

    Не взаправду ели, не взаправду и работали

    Один хозяин повез в бочонке путру косцам на луг. Путра
    плескалась-плескалась, хозяин даже не заметил, как она вся из бочонка
    выплескалась.
    Приехал на луг и уговаривает косцов:
    - Ешьте, братцы, ешьте, да только не взаправду, - расплескалась вся
    путра по дороге!
    Делать нечего - поели не взаправду. Когда подошло время опять за косьбу
    браться, взяли они косы и машут ими по воздуху. Закричал на них хозяин:
    - Вы почему не косите?
    - Не взаправду обедали, не взаправду и сено косим! - ответили ему
    косцы.

     

    Хорошее средство

    Жил в старые времена один богатый барин. Работать он никогда не
    работал, вот и раздобрел так, что чуть не лопается. И никакое лекарство ему
    не помогало. Хоть и скуп он был донельзя, но все-таки решился оповестить
    всех, что даст меру золота тому, кто с него лишний жир сгонит.
    Ладно. День за днем проходит, а лекарь не является. Но вот как-то
    приходит к барину бедный мужичонка по имени Янис и говорит:
    - Я тебя, барин, вылечу, только ты за это отвалишь мне три меры золота
    да еще свою дочку за меня выдашь.
    Барин сперва было заартачился, потом начал торговаться - нельзя ли-де
    подешевле как-нибудь, да только Янис не уступает. Ну, коли нельзя дешевле,
    так что же поделаешь - пообещал барин Янису три меры золота и свою дочку в
    жены. Вот наказывает Янис, чтобы барин с вечера явился к нему в домишко, там
    он его и лечить станет.
    Ладно. Еще только вечереет, как барин свое толстое брюхо уже к Янису на
    двор ввозит. Янис его тут же в дом ведет, за стол сажает, потчует чем бог
    послал. А в еду Янис подмешал сонного зелья. Только барин поел, так его и в
    сон начало клонить. Постелил ему Янис на лавке, барин и захрапел. Янис мигом
    стянул с него нарядную одежду, переодел в лохмотья, сапоги сдернул, обул в
    лапти.
    А у Яниса отец был углежогом и смолокуром. Взял Янис барина, стащил к
    смолокурне и бросил - отсыпайся пока! На зорьке переоделся Янис в господскую
    одежду и поднимает барина.
    - А ну хватит валяться, пора за работу, а то и без куска хлеба
    останешься!
    Продрал барин глаза и ничего не понимает, да Янис как вытянул его
    кнутиком, барин так и взвился. Заставил его Янис печь топить.
    Сперва не возьмет барин в толк, что с ним приключилось, - в драной
    одежонке, на ногах лапти, печь зачем-то топить приходится. Потом смекнул,
    что, значит, он вчера преставился и в ад попал, а тот, кто им помыкает,- не
    иначе как черт.
    Идет день за днем. И никого-то барин не видит, кроме надсмотрщика в
    господской одежде. А тот только работать заставляет да хлебом и водой
    кормит - больше ничего не дает.
    Прошел год. От барского пуза и следа не осталось. Такой барин стройный
    да шустрый стал, что и не узнать.
    Вот как-то вечером Янис опять подмешал ему в еду сонного зелья; поел
    барин и свалился. Стащил Янис с него драную одежонку, переодел в господскую
    и отнес в свою лачугу.
    И все там устроил так, как было в тот вечер, когда барин впервые к нему
    явился.
    Не успел барин утром глаза продрать, как Янис его уже тормошит:
    - Поднимайтесь, барин, вроде бы уже изрядно изволили вздремнуть? Не
    довольно ли?
    Таращит барин глаза, ничего не понимает. Спрашивает, долго ли он спал?
    Янис отвечает, что барин изволил поспать очень даже изрядно, он, Янис, за
    это время успел в лес сходить и метелок нарубить. Долго сомневался барин,
    под конец все-таки поверил.
    Приглашает Янис барина к столу. Поднимается тот - и себя не узнает:
    тоненький да стройный на диво! Нарадоваться барин не может. Позавтракал и
    направился к себе в имение. Так заработал Янис три меры золота и барскую
    дочку за себя взял.
    Уж потом только Янис барину рассказал, как он его лечил, как жир с него
    согнал. Долго еще барин жил и уж хорошо знал, каково своим трудом хлеб
    зарабатывать.

     

    Умный батрак

    В старину жил один хозяин, и был у этого хозяина батрак. Чего только
    хозяин не выдумывал, чтобы заставить батрака работать побольше, а кормить
    старался похуже. Работал хозяин вместе с ним и звал батрака поесть только
    тогда, когда у самого брюхо подводило от голода. Ел хозяин один хлебный
    мякиш, а батраку отдавал корки. Но батрак, не будь глуп, придумал, как про
    учить хозяина.
    Однажды, наработавшись изрядно, хозяин говорит батраку:
    - Есть мне охота!
    А батрак отвечает:
    - Вот чудно! А мне так нисколечко!
    - Это как же так получается? - спрашивает хозяин.
    - Я корок здорово наелся, - отвечает батрак,- пока корки в брюхе не
    размокнут, до тех пор есть неохота.
    "Хорошо, что я узнал про это, - думает хозяин, - теперь сам буду есть
    корки, чтобы подольше голода не чувствовать, а мякиш пусть ест батрак".
    И точно! С той поры хозяин стал кормить батрака мякишем, а сам ел одни
    корки. Так и шло у них до поры до времени. Но однажды, наработавшись, хозяин
    опять говорит батраку.
    - Есть мне охота!
    А батрак отвечает:
    - Вот чудно! А мне так нисколечко!
    - Это как же так получается?- спрашивает хозяин.
    - Я мякиша здорово наелся, - отвечает батрак, - хлебный мякиш залепил
    брюхо, как глина; пока не разойдется, человек и сыт по горло.
    "А-а, тогда понятно, - думает хозяин. - Самое выгодное - есть все
    вместе - мякиш с коркой".
    И с тех пор хозяин больше не старался давать батраку кусок похуже.

     

    Это и есть второй индюк!

    Раз один помещик послал с мужиком пастору пару индюков. Приложил он и
    письмо. По дороге мужик завернул с индюками в трактир, где встретил
    приятелей. Одного индюка уплели под водочку. Когда индюк был уже съеден,
    мужик понял, что натворил, но плюнул и пошел к пастору. Приходит к пастору,
    отдает ему индюка и письмо, а сам в сенях остался. Малость погодя выходит
    пастор и кричит:
    - Где второй индюк? В письме тут прописано, что барин мне двух индюков
    посылает!
    - Это и есть второй индюк, - отвечает мужик.
    - Я тебя спрашиваю, где второй индюк?
    - Да это и есть второй индюк, господин пастор! Пастор так разозлился,
    что выгнал мужика в шею. Мужик тут же обратно в трактир отправился. Приятели
    удивляются, как это пастор с него шкуру не спустил. А мужик говорит:
    - Он, как дурак, твердит свое: где второй индюк? А я говорю - это и
    есть второй. Ему бы спросить, где первый, было бы другое дело!

     

    Как бедный брат правым остался

    Жили-были два брата: один богатый, а другой - беднее некуда. Вот пришел
    бедняк к богачу за помощью, а у того на ту пору одна корова издыхала. Все
    равно, видно, пропадать ей, вот богач и отдал ее бедному брату:
    - На! Да отвяжись от меня! Только шкуру, гляди, не вздумай зажилить,
    потом отдашь!
    Бедняк думает: "И то хлеб. Шкуру ему верну, так хоть мясо мне
    останется". Взвалил он коровенку на сани, привез домой да и подумал: "А ну,
    как я ее выхожу?" Стал он ее выхаживать. Уж так он ее кормил, так с ней
    возился - отошла коровенка, поправилась, в тело пришла. Да такая дойная
    оказалась, что молоком хоть залейся!
    Жалко богатому брату стало - ведь подумать только, невезение какое!
    Что ни день, то тащится к бедняку и канючит одно и то же:
    "Отдай шкуру, отдай коровью шкуру!" Бедняк и говорит:
    - Так ведь она жива и шкура при ней. Вот погоди, сдохнет - тогда и
    шкура тебе достанется!
    Богатый брат никаких уговоров слушать не хочет, подавай ему шкуру - и
    весь разговор. Видят, добром дело не кончить, пошли в суд. Пришли. Один одно
    толкует, другой - другое.
    Вот судья и говорит:
    - Задам я вам каждому по три вопроса. Кто правильно на них ответит -
    того и дело правое.
    Ладно. Вот спрашивает судья в первый раз.
    - Что самое сладкое?
    Богач отвечает:
    - Мед в моих ульях.
    - Вовсе нет! - говорит бедняк. - Сон!
    - Верно! А кто самый шустрый?
    - Тот, кто быстрее всех деньги копит!
    - А вот и нет! - говорит бедняк. - Ум завистника. Он ни днем, ни ночью
    покоя не знает.
    - Верно! А кто самый несчастливый?
    - Да тот, кто вроде меня просчитался: лучшую дойную корову
    брату-мошеннику своими руками отдал!
    - А вот и нет! - смеется бедный брат. - Тот, кто сам перед судьей
    проговорился, что отдал брату не коровью шкуру, а дойную корову.
    Вот судья и говорит:
    - Ты, бедный брат, правильно ответил, - твоя и корова!

     

    Чик

    Как-то раз у одного барина сломалась в дороге карета. Хорошо еще, что
    нашелся поблизости кузнец. Велел ему барин починить карету, и кузнец
    запросил с барина за работу целый рубль. Делать нечего - хочешь не хочешь, а
    платить надо. Но по пути домой стала барина разбирать досада: "За такую
    пустяковину содрал целый рубль! Много ли он там работал? Выходит, кузнец
    зарабатывает больше, чем барин, который в карете ездит. Ежели прикинуть, то,
    пожалуй, и я могу кузнечным делом заняться да набивать карманы рублями.
    Постой, постой, надо со стороны приглядеться, как мой кузнец работает, и
    после Юрьева дня прогнать его - буду сам в кузнице работать".
    Ладно. Дома стал барин каждый день похаживать в свою кузницу. Придет и
    давай кузнеца о том о сем расспрашивать да рассказывать ему всякую всячину,
    а сам тайком знай подглядывает, как работает кузнец. Так он и выучился
    кузнечному ремеслу глазами, а потом прогнал кузнеца из кузницы - проваливай
    на все четыре стороны.
    Заделался барин кузнецом, взял кучера к себе в подручные: барин будет
    ковать, а кучер - меха раздувать.
    Ладно. На другой день приходит из соседней волости хозяин с большим
    куском железа - надо ему лемех выковать. Барин с важным видом взял железную
    болванку, положил в горно, поверх большущую кучу углей насыпал и говорит:
    - А ну, кучер, наддай жару!
    Вот кучер, бедняга, раскачивает меха изо всех сил, пока железо добела
    не раскалилось. Бросил барин болванку на наковальню и говорит хозяину: "Бей,
    давай!" Взял хозяин кувалду и принялся бить со всего маху, только искры
    сыплются. Бьет, бьет - совсем болванка уже расплющилась, а кузнец не
    вмешивается - дескать, знай куй, пока не остыло. Наконец почернела железина.
    Делать нечего - снова в горно кладет ее, углем обсыпает и наказывает:
    - А ну, кучер, наддай жару!
    Кучер, бедняга, тужится у мехов, пока опять железо добела не
    раскалилось. Кует хозяин, кует, надоело ему, вот он и говорит:
    - Мы скоро совсем сожжем эту железину - тут уже не хватит на лемех.
    - Как так не хватит? Хватит на лемех, только ты, дурак, ковать не
    умеешь, как надо. Кучер, ступай сюда, у тебя ладней получится - куй!
    Взялся за дело кучер - ковал, ковал, да никак лемех не выходит.
    - Болванка твоя ни на что не годна: не выйдет из нее лемеха - лучше
    откую тебе топор.
    - Ну, откуйте топор, и он в доме пригодится. Опять раскалили железку и
    куют, куют почем зря. Малость погодя барин видит - маловато железа осталось.
    - Вишь, хозяин, какое дело, топора тоже не выйдет - откую тебе ножик.
    - Откуйте хоть ножик, и он в доме пригодится. Опять раскалили железку и
    куют, куют почем зря. Малость погодя барин видит - совсем мало осталось
    железа.
    - Вишь, хозяин, какое дело, и ножика тут не выйдет - откую тебе шило.
    - Откуйте хоть шило, и шило дома пригодится. Опять раскалили железку и
    куют, куют почем зря. Малость погодя барин видит - совсем железка крохотная
    стала.
    - .Знаешь, хозяин, и шила не выходит - откую тебе чик.
    Сказав это, взял барин с наковальни то, что осталось, раскалил добела и
    кинул в воду.
    Чик! - прошипела железка в воде - вот и чик готов.
    Сделал барин чик и просит заплатить ему за работу как следует - целый
    рубль. Хозяин на это отвечает:
    - Денег у меня нет, да есть дома пшеница. Приезжайте, господин кузнец,
    заплачу я вам по заслугам.
    Поехал хозяин домой, а барин тут же велел кучеру заложить карету и
    поехал за хозяином, чтобы быстрее получить заработанное. По дороге барин
    учит кучера:
    - Слышь, я сам пойду с мешком в клеть, мне виднее, сколько взять за
    работу, а ты останься на дворе и слушай. Как хозяин крикнет "Довольно!", так
    ты скажи: "Всыпь и мою долю тоже - тяжело мне было бить!" Ладно. Приехали к
    хозяину. Ведет хозяин нового кузнеца в клеть. А за дверью схоронились двое
    здоровенных батраков; сгребли они кузнеца, повалили на землю, и принялся
    хозяин охаживать его лозиной, в горячей золе распаренной. Барину неохота,
    чтобы кучер слышал, как ему трепку задают, вот он стиснул зубы и терпит.
    Отлупив как следует барина, хозяин говорит батракам: "Довольно!", а кучер
    отвечает со двора:
    - Всыпь, всыпь и мою долю - тяжело мне было бить!
    Хозяин говорит батракам:
    - Мне-то что - дадим еще!
    Сгребли батраки барина по второму разу, и дал ему хозяин за чик
    кучерову долю.
    Когда домой поехали, барин и говорит кучеру:
    - Чтоб тебя черти побрали! Зачем крикнул, чтобы еще всыпали?
    - Да вы же, барин, сами так велели; я всегда вашу волю выполняю.
    - Ну да, это верно! А только как домой приедем, так спали ты эту
    окаянную кузницу. Не стану я больше кузнечным делом заниматься.

     

    Каравай

    Был у одного отца сынок, который в шесть-семь лет нипочем не желал сам
    ходить: лодырь такой, не приведи господь. Прямо смех берет, да что
    поделаешь. Сделал отец коляску, посадил в нее сына и стал таскать за собой,
    нищенствуя.
    Раз в одном доме некий благодетель положил на стол каравай и говорит:
    - Ты, отец, не смей брать каравай. А ты, сынок, если можешь, возьми, а
    коли не можешь и не хочешь, сиди голодом!
    Сынок в тот день был очень голоден. Долго ерзал он в своей коляске,
    пока не спустил на пол сперва одну ногу, за ней вскоре и другую.
    "Вот, слава богу, хоть из коляски вылез", - прошептал отец чуть слышно.
    - Ну, отдохни, отдохни, сынок, после первого шага, а то как бы брюхо не
    надорвал! - смеются остальные. Малость погодя сынок уже и у стола.
    Однако какая-то невидимая сила утаскивает каравай все дальше и дальше,
    сынок все за ним да за ним, пока оба за дверью не очутились. На дворе сынок
    думал каравай бегом нагнать, но озорной каравай так умучил мальца, что у
    того спина взопрела. А потом каравай и вовсе пропал, словно в воду канул.
    Отец обрадовался, говорит:
    - Это был добрый дух, он тебя от лени вылечил! С того дня сын стал
    ходить сам, научился работать к в конце концов вырос дельным человеком.

     

    Кудахтина война

    Была у одного крестьянина придурковатая жена. Однажды нашел он большой
    горшок золота, а жена по глупости разболтала про деньги барину. Велит барин
    крестьянину явиться на другой день с горшком золота в имение.
    - Ах, чтоб тебе пусто было! - бранится крестьянин и ломает голову, как
    из беды выкрутиться. Наконец додумался: говорит жене, что, дескать, сегодня
    после обеда надо ожидать кудахтину войну. Ладно.
    Услышала об этом жена и перепугалась до смерти:
    - Что, кудахтина война? Боже ты мой!
    - Чего там "боже ты мой!", - отвечает ей муж. - Отсидишься в
    картофельной яме, накрою тебя шкурой, вот и уцелеешь.
    - Ой, муженек, а ты как же?
    - Обо мне не горюй, я повоюю!
    Вот отвел муж жену в яму, накрыл высушенной коровьей шкурой, поверх
    насыпал гороху и кур на него выпустил. Подняли куры на шкуре драку, шум
    стоит словно на войне; а муж еще схватил палку и давай колотить по углам -
    лишь бы шуму побольше было. Наконец выпустил жену на волю и говорит:
    - Вылезай, кончилась кудахтина война.
    Поутру запрягает крестьянин лошадь, сажает впереди себя на телегу жену
    и едет к барину.
    А по дороге муж потихоньку вытащил из кармана крендель и бросил его
    жене через плечо прямо на колени. Она спрашивает:
    - А это откуда?
    - Экая ты дура! Так ведь мы уже дожили до того времени, когда булки с
    неба валятся.
    Едут дальше. Попался у дороги сарай, блеет в нем козел. Жена
    спрашивает:
    - Кто там орет?
    - И этого не знаешь. Ну и дуреха! Там черт нашего барина мучит!
    Приехали в имение, барин спрашивает:
    - А деньги где?
    - Какие такие деньги? - дивится крестьянин.
    - Прикидываться еще будешь? Твоя жена сама сказывала, что ты горшок с
    золотом нашел.
    - Так с жены и спрашивай, мне откуда знать. Зовет барин к себе жену:
    - Говори, когда твой муж деньги нашел?
    - Да вроде бы за неделю до кудахтиной войны.
    - Это когда же была такая кудахтина война?
    - Да вроде бы когда булки с неба валились.
    - Что валилось? Когда валилось?
    - Да вроде когда тебя черт в сарае мучил. Уж мне так тебя было жалко!
    Ты там как козел не своим голосом орал.
    - Провались ты сама, полоумная, ко всем чертям!- заорал на нее барин и
    выгнал обоих за ворота.
    Такой хитростью уберег крестьянин найденный клад.

     

    Как управителя проучили

    Показалось как-то управляющему имением, что работники на ночной
    молотьбе больше по овину слоняются да бока отлеживают, чем работают.
    Пробрался он в овин, пока работники еще не пришли, и спрятался под навесом в
    солому. Да один работник это заметил и рассказал овинщику. Тот и решил злого
    управителя хорошенько проучить. Вот велел он одному из молотильщиков
    спрятаться, пока работать не начали. А сам кричит:
    - А ну, за работу скорее! Все собрались? Может, кого не хватает? Ну да,
    так и есть, не хватает одного. Куда бы это он задевался? Верно, забрался в
    солому, бездельник, и дрыхнет. Эй, Длинный Карлис, пошли, поищем!.. Вот ведь
    шельма - еще работать не начали, а он уже дрыхнуть!.. Ну погоди, мы тебя
    проучим!
    Пошли искать. Сперва в других местах поискали, а потом под навесом
    давай шарить. Вот Длинный Карлис наткнулся на кого-то в темноте и кричит:
    - Вот он где дрыхнет!..
    Овинщик и давай управителя по спине колотить:
    - Ах ты, бездельник, шельма этакая! Ты тут будешь под навесом
    отсыпаться, пока другие работают! ... Вот тебе, вот тебе!..
    Наконец управитель завопил, что это он, а не кто иной.
    - Ох, барин милостивый! Да кто бы мог подумать! .. - принялся овинщик
    оправдываться.
    С той поры управитель и не думал больше за работниками подсматривать и
    ночью - в овин ни ногой.

     

    Мудрая барыня

    Одному овинщику никак не удавалось просушить хлеб в риге. Вот однажды
    снова собрались молотильщики:- садиво сырое - молотить нельзя, выходит,
    опять по домам расходиться. А поместьем тогда правила барыня, барин умер.
    Велит она позвать к себе овинщика и спрашивает его что ни на есть строго,
    почему он хлеб высушить не может.
    Овинщик отвечает:
    - Что я могу поделать, барыня, - огонь-то больно уж стар у нас! Совсем
    больше не сушит.
    - Вот оно что! А где ж нам взять другой, получше?
    - Где взять? Есть тут, у корчмаря, новый, крепкий огонь, да он ведь
    мужик хитрый, без трех пур пшеницы не отдаст.
    - Стало быть, надо дать! - ответила барыня и велела отмерить из клети
    овинщику три пуры пшеницы.
    С того дня сушка пошла в риге такая, что только держись. Да и как тут
    не сушиться - ведь за три пуры пшеницы можно поддать жару покрепче, чем без
    трех пур.

     

    Мачатынь

    Жил-был в одной избушке смекалистый мужичонка по имени Мачатынь. Барина
    своего он одурачивал, как ему вздумается. Однажды барин, возвращаясь с
    охоты, завернул к Мачатыню отдохнуть. Мачатынь знал, что барин простак,
    потому сварил в котле кашу, снял с огня, принес в избу и поставил посреди
    комнаты на пол, а тогда и говорит барину:
    - Гляди, гляди! Ты видывал такой котел, чтобы в нем каша посреди избы
    без огня кипела? А я всегда так: воды налью, крупы засыплю, поставлю на пол,
    он знай себе варит.
    Поглядел барин - правда ведь, бурлит вовсю. Да только невдомек ему, что
    всегда каша, снятая с огня, еще продолжает бурлить.
    - Знаешь что, Мачатынь? Я дам тебе тридцать три пурвиеты земли около
    самой твоей избенки, только отдай мне котел!
    Ладно. Барин, дуралей, принес котел домой, положил в него зайца, пусть
    варится. Да без огня разве что сварится? Смекнул барин, как надули его
    ловко, и велит позвать Мачатыня на усадьбу, чтобы почесать ему спину палкой.
    А Мачатынь заранее знал - не миновать ему порки. Однако, чтобы подшутить над
    барином, он налил кровью телячьи кишки и привязал себе на спину. Как ударил
    барин дубиной, так кровь и брызнула во все стороны. Вытянулся Мачатынь на
    земле и стонет:
    - Убил, убил, сам своего Мачатыня убил! Барин увидел Мачатыня всего в
    крови, побежал к дворовым мужикам и наказал им под шумок Мачатыня в мешке
    утопить в проруби. Принесли его мужики к озеру. А прорубь замерзла; надо за
    топором идти. Пока мужики топор искали, Мачатынь вылез из мешка и набил его
    камнями. Утопили мужики камни.
    Дня через два-три снова идет барин на охоту. Еще зайца не подстрелил,
    как вышел тут Мачатынь из избушки и давай кидать в его шавок сосновые шишки.
    Глядит барин на Мачатыня и удивляется:
    - Ты откуда взялся? Чем в моих собак кидаешь?
    - Теперь я во всех собак деньгами бросаю, а когда деньги кончаются, то
    стоит только в прорубь залезть, как гребу их там кучами. Только не говори,
    барин, своим работникам, не то они тоже пронюхают дорожку к моим деньгам на
    дне озера.
    Барин, услыхав такое, заторопился, вроде бы домой, а сам - к озеру,
    прыгнул в прорубь и пошел на дно топором, только пузыри забулькали. Он и по
    сей день ищет там деньги Мачатыня.

     

    Волшебная птица

    Жили-были умный барин с умной барыней. Уж такие они были до птиц
    охочие; что, заслышав, как поет какая-нибудь птаха, с утра до вечера сидели
    и слушали.
    Однажды среди зимы вышел барин в сад и. слышит - птичка поет, и до того
    хорошо, до того сладко поет - заслушаешься. Бежит он на радостях к барыне и
    не переводя духу говорит: - Надевай шубу, идем послушаем: жиг, жаг, жиг,
    жаг! - птичка за садом все поет! Накинула барыня шубу, побежали оба слушать.
    А там что было? У поленницы мужики дрова пилили, вот пила и распевала - жиг,
    жаг!

     

    Как хорек святого духа съел

    Как-то раз один пастор стал распускать среди прихожан слухи о своей
    небывалой святости. Чтобы доказать ее, выдумал он такую штуку: велел служке
    поймать голубя, связать ему крылья и отнести на чердак церкви. В козырьке
    над кафедрой заранее проделали дыру, через которую потом выпустить голубя.
    В одно из воскресений возгласил пастор с кафедры, что в следующее
    воскресенье его посетит святой дух и кто хочет сам в этом убедиться, пусть
    приходит в церковь.
    На следующее воскресенье церковь битком набита.
    Еще бы!
    Не успел пастор взойти на кафедру, как уже стал хвастаться своей
    святостью. Наконец произнес он проповедь, и тут должен был явиться святой
    дух. Последнее слово пастор тянул сколько мог, и ждал, что служка выпустит к
    нему голубя. А голубя-то нет.
    Видя, что святой дух сам не идет, пастор давай его звать:
    - Святой дух, явись, святой дух, явись!
    А его все нет и нет. Попал служка впросак - голубя ночью хорек задушил.
    Кричит служка пастору, что, дескать, святого духа хорек съел, а тот не
    слышит и знай зовет все громче:
    - Святой дух, явись, святой дух, явись!
    Не вытерпел служка, собрал голубиные перья вместе с трухой и скинул их
    на пастора, а сам кричит:
    - Говорят же тебе, что святого духа хорек сожрал!
    Видят прихожане - голубиные перья летят по воздуху и уже было поверили
    в святость пастора, да тут начал он клясть служку на чем свет стоит и сам же
    себя этим выдал и посрамил.
    Тогда увидели все, какова святость пастора, и с той поры ему больше
    никто не верил.

     

    Ленивая жена

    У богатых родителей росла единственная дочка, была она очень красива и
    избалована. Но при всей красоте и богатстве никто не хотел на ней жениться,
    потому что люди поговаривали, будто есть у нее такая болезнь - "норов"
    называется: когда девице в чем-нибудь не угодят, она тотчас все дела
    бросает, ложится в постель и лежит до тех пор, пока ее желание не исполнят и
    не задобрят ее. Как-то раз опять приехал к ней жених свататься - молодой,
    зажиточный хозяин. Мать расхваливает на все лады свое холеное чадо, жаль,
    говорит, с дочкой расставаться, тяжко будет жить без нее; а отец, человек
    простодушный и честный, говорит жениху прямо:
    - Коли нравится тебе моя дочь, тогда бери ее, раз уж Лайма послала, но
    чтобы ты меня лихом не поминал, скажу тебе заранее: мучит ее одна хвороба -
    "норов" называется.
    Молодой человек подумал малость и говорит:
    - Ладно, будь что будет, возьму ее: где найдешь человека, чтобы уж
    вовсе без недостатков; на меня самого тоже другой раз находит тяжкий недуг.
    - Что ж это за недуг?
    - Ежели мне случится натощак холодной воды испить, то становлюсь
    бешеным до тех пор, пока не поем.
    Вот рядились они да сговаривались о том, о сем, наконец порешили, что
    девице с "норовом" и парню с "бешенством" надо пожениться.
    Поженились они и зажили ладно - в мире и согласии. Прожили этак с
    месяц, когда жене вдруг захотелось поехать к матери. Муж толкует ей, чтобы
    потерпела пару деньков, теперь, мол, самая горячая пора, пахать надо, не
    разгибая спины. Сказал он ей так, позвал батрака и ушел с ним пахать. Тут
    молодица и захворала "норовом":-улеглась она в кровать, и нет ей до
    хозяйства никакого дела. Приходит девка-батрачка и говорит - пора готовить и
    нести полдник пахарям, а хозяйка лежит в кровати и только шипит как змея,
    слова не вымолвит. Девка перепугалась, шмыгнула вон из избы.
    Пашут хозяин с батраком, пашут да полдника дожидают, однако понапрасну,
    никто не несет. Тут хозяину и пришло на ум - не слегла ли его жена в
    "норове". Вот он и говорит батраку:
    - Будем пахать, пока не подойдет время полдничать, а тогда пойдем
    домой; ежели дома еда не сготовлена, тогда делай, что я тебе буду говорить,
    а когда, схвачусь тебя колотить, то хоронись под кроватью.
    Ладно. Поработали, приходят домой и видят: лежит хозяйка в постели,
    едой и не пахнет. Хозяин говорит батраку:
    - Притомился, а есть неохота, подай мне кружку холодной воды напиться;
    передохну, пока лошади едят.
    Жена это услыхала, и со страху ее даже в дрожь бросило, вспомнила про
    "бешенство" мужа; она бы и рада вскочить с постели, да ведь тогда в другой
    раз муж не поверит в ее болезнь. Так и осталась лежать в кровати, - незачем
    потакать мужу.
    Хозяин отпил из кружки и давай ходить по избе, посвистывать. Ходит и
    приговаривает:
    - Есть мне нечего, а почему? - разве такой уж я бедный? Разве работать
    ленюсь? Или уж и сварить в доме стало нечего? А ну, малый, подай-ка мне еще
    воды!
    Пьет хозяин воду, выпил всю и тут как хватит кружку об пол, только
    черепки во все стороны полетели. Заходил по избе еще быстрее, заговорил еще
    громче:
    - Ну и паскуда ты, парень, моя жена в норове лежит, а он даже обеда мне
    сварить не может - вот я тебя, душегуба, проучу теперь!
    Тут хватает он с крюка кнут:
    - Проучу я тебя, дубину стоеросовую! Моя жена в норове лежит, а ты
    обеда мне сварить не можешь? Да? - и пошел на парня с кнутом.
    Тот, не мешкая, забился под кровать. А "бешеный" хозяин огрел кнутом по
    постели так, что у жены с одного удара почти весь "норов" вылетел. Но
    "бешеному" хоть бы что: стащил он жену с кровати, бросил посреди избы и
    охаживает ее кнутом почем зря, приговаривая:
    - У меня жена в норове лежит, а ты, чертово отродье, и поесть не мог
    сготовить! Теперь держись, проучу я тебя!
    Жена и орала и причитала, но муж драл ее до тех пор, пока не посулилась
    навсегда отделаться от своей хворобы. Только тогда отпустил хозяин хозяйку,
    бросил кнут, сам грохнулся наземь и захрапел, вздрагивая во сне. Жена тут же
    бросилась огонь разводить и готовить мужу вкусный полдник. Тогда и батрак
    вылез из-под кровати. А хозяйка всхлипывает и говорит ему шепотком:
    - И дернуло же тебя под кровать спрятаться, не мог разве в дверь
    выбежать?
    - Да мне, хозяюшка, невдомек было, что он станет так беситься!
    - Это с ним от холодной воды. Зачем ты ему подал?
    - Так нас обоих жажда томила, но раз ты знала про это, то зачем же
    дозволила мне напоить хозяина холодной водой!
    А тут и хозяин проснулся. Голову поднял и говорит, озираясь по
    сторонам:
    - Ох и трещит же моя головушка! Малый, подай-ка воды напиться!
    Жена сразу подскакивает:
    - Да не пил бы ты холодную воду, муженек! Лучше вот выпей теплого
    молочка; ступай к столу, у тебя сегодня во рту, поди, ни крошки не было!
    Поднялся муж, сел к столу, наелся досыта и ласково благодарит жену за
    хороший полдник.
    С тех пор на хозяйку больше ни разу не находил "норов" и она всегда
    заботилась о своем муже, чтобы не пил он холодной воды натощак.

     

    Мужик и пастор

    Однажды пришел мужик в церковь. Слышит он, как пастор проповедует:
    "Церкви отдай последнее. За то господь воздаст вдесятеро".
    Пришел мужик домой и рассказывает жене, какую он слышал проповедь.
    Потом и говорит:
    - Я думаю, надо нам завтра отвести пастору нашу последнюю коровенку. А
    жена ему в ответ:
    - То ли ты сегодня чересчур поумнел, то ли совсем одурел, но, вижу,
    зашел у тебя ум за разум. Муж говорит:
    - Ни поумнел, ни поглупел. Пастор сказал, что бог за отданное ему
    воздаст вдесятеро. Стало быть, если я отдам одну корову, то вместо нее бог
    десять пошлет.
    Жена говорит:
    - Как хочешь, так и делай, только гляди, не пришлось бы детишкам с
    голоду помирать.
    Думал-думал мужик, а утром все же отвел последнюю корову к пастору.
    Пришел домой и ждет не дождется, когда господь воздаст ему вдесятеро.
    В один прекрасный день глядит мужик - забрели в его загон одиннадцать
    коров. Мужик выбежал, затворил ворота загона и стал разглядывать коров.
    Среди них он приметил и свою пеструху - ту, что к пастору свел. Обрадовался
    мужик и рассказывает о своем счастье жене:
    - Гляди, женушка, сбылись слова пастора.
    Немного погодя прибегают пасторовы работники и велят мужику отдавать
    коров. Мужик не отдает:
    - Ведь в воскресенье пастор сам сказал, что бог вдесятеро. воздаст. Я
    отвел пастору одну корову, и теперь у меня десять новых, а одиннадцатая -
    моя, старая. Ни одной лишней нет.
    Видят работники, добром от мужика ничего не добиться.
    Пошли и рассказывают пастору - дескать, не отдает мужик коров. Вот
    приходит к мужику сам пастор и спрашивает:
    - Отдашь ты моих коров или нет?
    Мужик отвечает:
    - Нет у меня ваших коров. Есть только те, которых бог послал. В
    воскресенье вы сами сказали, что бог воздаст вдесятеро. Я отвел вам одну
    корову, а теперь вместо нее у меня одиннадцать. Пастор спрашивает:
    - Ты отдашь мне коров или нет?
    Мужик отвечает:
    - Хочешь, чтобы я тебе своих коров отдал, да?
    - Ладно. Тогда я подам на тебя в суд, - и с этими словами пастор ушел.
    А в суде в старину было заведено так: кто первый приедет к мировому,
    тот и выиграл дело.
    Вот подает пастор на мужика в суд. Мужик думает, как бы ему попасть к
    мировому судье первым. Он знает, что просто, так судья его первым к себе не
    пустит. Будет дожидаться, пока пастор подъедет.
    Думал, думал и придумал. Напялил на себя рубище, обвесился торбами и
    идет словно нищий. Мировой, ничего не подозревая, пустил его в дом
    переночевать. Мужик обрадовался, думает про себя: "Уж теперь-то я с тобой
    потягаюсь!" Улегся мужик, но не засыпает. Прислушивается ко всему, что
    вокруг говорят. К полуночи слышит мужик стук в дверь. Выходит сам мировой и
    впускает пришельца. Мужик по голосу узнал, что пришел пастор. Мужик все и
    подслушал, о чем они говорили.
    Поутру мужик встает и выходит во двор. Близится время суду начинаться.
    Пастор говорит мужику ехидно:
    - Теперь придется тебе отдать мне коров. Я первый пришел к судье.
    Мужик отвечает:
    - Нет, первым был я. Я тут еще с вечера. Слышал, о чем мировой судья с
    женой разговаривал, слышал и когда ты приехал, и о чем вы говорили.
    Так пастор потерял своих десять коров, а мужик, довольный, отправился
    домой.

     

    Как мужик гуся делил

    Жил когда-то один старый крестьянин. Изба у него совсем сгнила, и
    надумал он поставить новую, да лесу нет. Ломает голову, где бы достать. А в
    те времена крестьяне лес на новые постройки только у барина могли получить.
    Вот он и думает, как бы ему к барину подъехать. Понес он своего гуся барину
    с барыней на угощенье. Допустил его к себе барин. Рассказывает крестьянин,
    что, мол, лесу ему на новую избу надо, старая, дескать, совсем сгнила. Потом
    вспоминает про гуся, что с собой принес, подает его барину. А барин поглядел
    и говорит:
    - Нас ведь пятеро, как же мы разделим одного гуся на всех?
    - Ничего, барин, велите мне, я разделю.
    - Ну-ка покажи, как это делается!
    Когда гуся ощипали, взялся старый за дележку: отрезал голову с шеей и
    подает самому хозяину:
    - Вам, как главе всех почтенных господ, - всю мудрость и власть над
    этой малой тварью.
    Потом отрезал оба крыла, дает их барыне с дочкой и говорит:
    - А это вам с красавицей-дочкой, чтобы ваши душеньки могли в небесах
    порхать.
    Потом отрезает обе ноги и дает обоим барчукам:
    - А это сыновьям барина, чтобы были прилежными да ловкими. А остаток
    мне за дележ.
    Барин с барыней только дивятся - до чего ловко разделил старик гуся! И
    на радостях дают ему леса сколько угодно. Крестьянин - не будь дурак -
    закатил себе избу, что твой господский дворец: две трубы, окна высокие,
    двери широкие. Соседи глядят и допытываются, как он смог такие хоромы
    выстроить, когда у самого гроша ломаного за душой не было. Оказалось, все
    это добыто за одного гуся. Вот одному старикашке тоже взбрело в голову:
    "Постой, а у меня-то ведь шесть гусей, ежели их снести, то и мне барин лесу
    даст".
    Принес он к барину всех своих гусей и просит леса на новый хлев.
    - Ладно, ладно, да только как же нам быть, милейший? У тебя шесть
    гусей, а нас-то пятеро!
    Задумался старик, не знает, бедняга, что ему делать. А барин вспомнил,
    что был у него недавно один крестьянин,. который так чудно делил гуся,
    однако все довольны были. Велел призвать его к себе. Вот приходит тот
    старик, и велят ему шесть гусей разделить поровну на пятерых человек.
    Поглядел крестьянин, долго раздумывать не стал и говорит:
    - Подсоблю, коли нужда в том есть. Вот как будем их делить! Разберем
    все по тройкам. Вы, барин с барыней и один гусь - тройка. Вы, оба сына и
    опять же один гусь - тройка, и эти оба гуся с барышней - тоже тройка. Только
    два гуся осталось! Сделаем так! Я да их двое - тоже тройка. Вот всем поровну
    и досталось.
    Все рты поразевали. За такую ловкость дал барин леса не тому, кто
    просил, а тому, кто делил, - за смекалку. Теперь этот мужик и хлев себе
    новый выстроил, а другой так и остался ни с чем.

     

    Барин и нищий

    Заходит один нищий к барину и просит хлеба кусочек. Барин велит повару
    налить миску супа и дать нищему, пускай поест. Съел нищий целую большую
    миску супа.
    Барин спрашивает:
    - Может, еще хочешь? Нищий в ответ:
    - Спасибо, барин, наелся.
    Велит барин дать нищему большой кусок жаркого. Съел нищий и мясо.
    Барин спрашивает:
    - Может, еще поешь?
    Нищий отвечает:
    - Делай, барин, что хочешь, а больше невмоготу!
    Наливает барин полную тарелку сладкого и подает нищему. Тот съел.
    Треснул его барин по уху и говорит:
    - Чего же ты мне врал - говорит, наелся, а сам ест, только подноси ему!
    На дворе стоял ящик. Нищий навалил в него камней доверху и спрашивает:
    - Ну как, барин, полон ли ящик?
    Барин отвечает, полон. Нищий насыпает туда песку и спрашивает:
    - А теперь полон?
    Барин отвечает:
    - Чай, и сам видишь, что полон.
    Тогда нищий берет целое ведро воды и его тоже вливает в ящик, а потом -
    бац! барина по уху и говорит:
    - Получай-ка сдачи! Ты ведь не мог разобрать, когда ящик полон, так и я
    не мог разобрать, когда наелся!

     

    Как мужик работником в пекле был

    Жил однажды смелый Мужик. Как-то бродил он по лесу, да и заблудился.
    Откуда ни возьмись, черт выскочил и давай его уговаривать:
    - Иди ко мне в работники!
    - А чего ж не пойти? Поладили.
    Тут же черт завел его в свое пекло и показывает на три котла с
    крышками:
    - Огонь под ними круглый день поддерживай. Только больше двух поленьев
    не подкидывай, крышку ,не поднимай, а внутрь и подавно не заглядывай.
    Вот первый день - покамест черта невесть где носило - делает мужик свое
    дело да думает: "А чего бы не посмотреть, что в этих котлах варится?" Поднял
    крышку у первого котла - вот диво-то! - там его барин - преет, в три
    погибели скорчившись.
    "А-а, это ты, старый пес! - думает мужик. - Ну, так тебе и третье
    поленце не лишнее!" - И подкинул третье полено под котел.
    Примчался вечером черт.
    - Это с чего под котлом три полена?
    - Да в этом котле у меня одна тварь знакомая, надо же ее ублажить,
    недаром она меня в свое время в овине черенком от вил ублажала.
    Второй день мужик свою работу справляет, а сам думает:
    "Надо бы и во второй котел заглянуть". Поднял крышку - батюшки! - а там
    баринов управитель. Этому подкинул четыре полена. Примчался черт:
    - Зачем дрова переводишь?
    - Да вот решил угостить управителя, как он меня угощал.
    Третий день мужик за огнем смотрит. "Э! - думает, - дай погляжу, а кто
    в третьем котле?" Поднял крышку - от радости дух перехватило: в котле сам
    староста варится. Тут же подкинул под этого пса шесть поленьев, да еще
    поворошил хорошенько, чтобы получше горело.
    Вернулся черт:
    - Ух ты, сколько дров спалил! У нас такого уговора не было. А ну
    полезай к своему старосте!
    - Я что - я мигом. Только крышку подыми. Стал черт крышку поднимать, а
    мужик тем временем ухитрился схватить черта за пятки, да и бух его в котел к
    старосте.
    - Ну вот, пускай теперь два черта вместе варятся! Посмеялся мужик и
    отправился домой.

     

    Вор-благодетель

    В одном поместье овинщик вечно крал хлеб. Барину всегда казалось, что
    мало зерна намолачивают. Подумал он - не ворует ли хлеб овинщик? И стал за
    ним подглядывать. Однажды осенним утром еще затемно подъезжает овинщик с
    подводой к помещичьей риге; насыпал он со своим мальцом три мешка ржи, два
    уже на воз взвалили и собрались третий подымать. А тут откуда ни возьмись
    барин нагрянул. Овинщик мигом развязал мешок и высыпает зерно.
    - Вы что тут, канальи, делаете? - закричал барин, позеленев от злости.
    - Да что делать, ваша милость? Вы же завсегда жалуетесь, что мало
    намолачиваем. Вот я и привез из дому несколько пур ржи.
    Овинщик жил тут же неподалеку.
    - Чего? Ты, скотина, вздумал из своего дома в мою ригу хлеб возить!
    Нужен мне твой хлеб! Клади его в телегу и уезжай, чтобы духу твоего тут не
    было!
    - Как прикажете, барин, ежели велите, то уедем. Янка, а ну давай
    подымем мешок на подводу!
    Досыпали мешок дополна, на воз положили и уехали.
    С той поры помещик никогда не говорил, что мало хлеба намолачивают.

     

    Все господа - дураки

    Однажды пошел мужик в лес по дрова. Едет мимо барин и спрашивает
    мужика:
    - Скажи-ка, много ль на свете дураков среди вашего брата?
    Мужик отвечает:
    - Половина на половину, а вот господа так все дураки.
    Осерчал барин и уехал, но дорогой злость 6 нем так разгорелась, что
    велел он кучеру поворачивать и ехать назад к мужику, чтобы как следует
    проучить его за такие речи.
    А мужик-то был не дурак. Увидев, что барин едет обратно, повалил он
    поперек дороги здоровую березу, вершиной упер в другое дерево, и сам встал
    под нее, будто на себе держит. Подъехал барин и, не узнав за ветвями мужика,
    спрашивает:
    - Не видал ли ты тут одного мужика?
    Тот отвечает - не видал, дескать.
    Тогда барин говорит мужику:
    - А не поищешь ли ты его? Может, он в болото забежал?
    Мужик согласился, да только с уговором, что барин все это время будет
    держать березу на плече. Барин согласился, а мужик, когда передавал ему
    вершину, столкнул ее с другого ствола, так что барину держать ее было очень
    тяжело.
    Вскоре прибегает мужик обратно и говорит:
    - Барин, дай-ка мне пару коней, тогда я догоню его, а то больно далеко
    он удрал.
    Одного коня барин дает, а другого давать не хочет. Мужик и говорит:
    - Как же мы вдвоем на одном коне поскачем, давай обоих!
    Нечего делать барину, приходится отдавать. Забрал мужик лошадей и
    ускакал к себе домой, оставив барина березу держать.
    Барин ждет, ждет, никак не дождется. Велит он кучеру держать березу. А
    тот отказывается, говорит, брюхо у него болит; оно и правда, со смеху-то у
    него живот разболелся.
    Разозлился барин и, не дождавшись мужика, сам впрягся в коляску и повез
    домой.
    Дома кучер говорит барину:
    - Ну, теперь вспомни, не говорил ли тебе мужик, что все господа -
    круглые дураки?

     

    Барин-лихоимец

    Жил в давние времена один богатый барин. Проведал он, что будет
    неурожай. Начал он скупать рожь, и никому ее не продавал, все неурожайного
    года дожидался. Вот и настал неурожайный год. И нигде люди хлеба достать не
    могут, только у богатого барина. А тот уже полтора рубля за меру заламывает.
    А неподалеку от богатого барина жил бедный мужик.
    Наскреб он полтора рубля и пошел к барину ржицы купить.
    А барин говорит:
    - По полтора рубля уже не продаю. Нынче у меня мера три рубля стоит.
    Пришел бедняк домой и не знает, что делать. Жена плачет, дети голодные
    в голос ревут. Собрал все, что продать можно было, продал, наскреб три
    рубля. Опять идет к барину ржицы купить. А барин говорит:
    - По три рубля уже не продаю. Нынче у меня мера пять рублей стоит.
    Видать, мужику с жизнью расставаться. Пойду, думает, в барский сад и
    повешусь на яблоне. Так и решил. Снял пояс, закинул на сук, петлю связал.
    Да ведь чтобы до петли дотянуться, надо на что-то влезть. Увидел он
    неподалеку от яблони камень. Вот, думает, лучше и не надо. Да только как
    своротил его, видит - под камнем котел, полон золота. Взял мужик деньги,
    пошел обратно к барину и откупил всю рожь, сколько у того в клети было.
    Привез ее к себе и оделил всех бедняков, которым есть было нечего.
    А барин тем временем решил вырученные деньги спрятать. Сосчитал их и
    идет в сад, где под камнем богатство хранил. Да как увидал отвороченный
    камень и пустой котел в земле, закричал не своим голосом, повалился и дух
    испустил.

     

    Всевидец

    Жил один старичок. Не мог он уже себе на кусок хлеба заработать, вот и
    решил заняться ворожбой. А у одного барина в той округе как раз пропал
    дорогой золотой перстень, и он разыскивал ведуна, который мог бы то кольцо
    отыскать. Прослышал барин о старике и посылает за ним слуг. Привели слуги
    старика к барину, а старик и говорит:
    - Так скоро пропавший перстень не сыщешь. Кормите меня три дня как
    следует, да еще денег отсыпьте, тогда я вам и выложу, где тот перстень.
    Согласился барин и приказал кормить старика, сколько его душеньке
    угодно. После ужина старик и говорит слугам:
    - Слава богу, один есть, да в запасе еще два. Он-то думал о хорошо
    проведенном дне, а слуги, которые в пропаже виноваты были, подумали, что
    ведун об одном из воров уже прознал.
    На следующий день старик опять славно поел и снова говорит:
    - Слава богу, два есть, да третий в запасе.
    Он опять говорил про два славно прожитых денька, а слуги еще больше
    уверились в том, что ведун уже о двух ворах прознал.
    На третий день старик снова хорошо отужинал и говорит, как будто про
    себя:
    - Слава богу, все три как есть. Теперь-то уж я знаю, что делать.
    Он-то думал ночью сбежать, а слуги совсем переполошились, собрались все
    трое и совещаются: "Прознал, верно, старик, что это мы перстень украли.
    Пойдем лучше сами к нему и посулим большие деньги, чтобы не сказывал
    барину". Пошли слуги к ведуну, рассказали ему все и просят, чтобы он их
    барину не выдавал. Старик отвечает:
    - Я ведь давно уже знал, что перстень у вас, да не хотел сразу барину
    сказывать. Ежели хорошо заплатите, то попробую скрыть как-нибудь ваш грех.
    Принесите мне этот перстень, мы его перепрячем.
    Принесли слуги перстень, сунул его старик в кусок хлеба, а хлеб скормил
    индюку.
    На следующий день зовет барин старика.
    - Ну, три дня прошли, узнал, где мой перстень?
    - Ваш перстень проглотил индюк, я сейчас покажу, который.
    Закололи индюка - и впрямь вынули из его потрохов перстень. Ой, как
    обрадовался барин! Заплатил он старику большие деньги.
    А только не совсем барин поверил старику, решил его испытать. Поймал он
    сверчка, сунул его в кружку, перевернул ее и спрашивает у ведуна, может ли
    он угадать, что под кружкой. И ведь надо же- этому мужику Сверчок было
    прозвище. Вздохнул он тяжко и говорит: "Ох, бедняга Сверчок, вот и угодил ты
    не на свой шесток!" Удивился барин:
    - Ей-ей, и впрямь ты великий ведун!
    И добавил ему награды.
    На всю округу прослыл старик невиданным кудесником. И ежели удавалось
    ему что наворожить, то все об этом узнавали, а ежели что не удавалось, про
    то и речи не было

     

    Дедов совет

    В старину был в одном краю такой обычай: стариков, которые уже не могли
    себе хлеб зарабатывать, отводили в лес и оставляли там.
    В те времена жил в этих краях один старичок, был у старика сын, и у
    сына тоже сынок. Стал сын старика примечать, что отец уже не тот работник,
    каким был прежде, что пора ему на тот свет отправляться. Заметив это, взял
    сын у сынишки санки, посадил на них своего старого отца и повез в лес. А
    внучек побежал следом за санками. Привез сын отца в лес, опрокинул санки и
    сказал:
    - Лежи тут вместе с санками!
    А сынишка, паренек смышленый, говорит:
    - Нет, отец, не оставлю я здесь свои санки!
    - На что тебе нужны такие плохонькие санки?
    - А если у меня их не будет, тогда на чем свезу тебя в лес, когда
    состаришься и зачахнешь?
    Услышав такие речи, сын старика призадумался: "Гляди-ка, - думает он, -
    собственный сын сулит мне тот же конец, какой я своему отцу учинил. Нет, так
    не годится!" Посадил сын отца обратно в санки и повез домой. Но дома он не
    смел у всех на глазах держать при себе беспомощного отца, поэтому спрятал
    старика в погреб, там его кормил и поил.
    Вскоре разразился в том краю страшный голод. Ржи ни у кого не было ни
    зернышка, и редко у кого сыщется горстка ячменя.
    Старик в погребе давно уже стал примечать, что плохи у людей дела,
    потому что сын давал ему только ячменный хлеб, да и того лишь на один укус.
    Однажды спрашивает старик сына:
    - Почему не даешь мне ни ломоточка ржаного хлеба?
    Сын отвечает:
    - Во всем краю голод страшный, ржи больше ни у кого нет ни зернышка;
    беда настала великая - не только есть нечего, но и посеять нет ни горсточки.
    - Тяжкие времена, - вздохнул старик, - однако послушай, сынок, дам я
    тебе совет, как хоть на посев зерна добыть. Раскрой половину крыши над ригой
    и вымолоти еще раз старую солому, поглядишь, сколько в ней осталось зерна.
    Сын сделал, как велел ему отец: раскрыл половину риги, снова вымолотил
    солому с крыши и собрал целую мерку ржаных зерен. Сделав это, сын опять
    пошел к отцу в погреб и рассказал, что вымолотил из старой соломы мерку ржи,
    Отец ему говорит:
    - Раскрой вторую половину крыши и обмолоти и там старую солому,
    поглядишь, сколько в ней осталось зерна. Сделал сын, как велел ему отец:
    раскрыл вторую половину риги, обмолотил еще раз старую солому с крыши и
    опять набрал целую крынку ржаных зерен. Тогда отец и говорит:
    - Теперь посей рожь!
    Сын посеял, и на другое лето у него такая тучная рожь уродилась, что
    хватило и на следующий год посеять.
    Увидев эту рожь, весь люд голодного края диву дается, откуда, мол,
    поднялись такие хлеба, если ни у кого не было ни зернышка? Прослышал об
    урожае сам помещик, приказал позвать к себе хлебопашца и спрашивает:
    - Откуда у тебя целое ржаное поле, когда во всем краю ни у кого нет ни
    зернышка ржи?
    Подумал сын малость, потом собрался с духом и рассказал всю правду, как
    дал ему старик-отец добрый совет. А помещик спрашивает:
    - Где ж он есть, твой отец, что его не видать, не слыхать?
    Сын отвечает:
    - Я его в погребе держу!
    Тут-то и помещик и все жители того края сразу поняли, что и от стариков
    есть прок, а прок этот - в добрых, мудрых советах.
    С той поры люди никогда больше не убивали своих стариков.

     

    Заветы отца

    Умирая, отец оставил сыну три завета: "Не ходи часто в гости, не то
    перестанут тебя уважать; не меняй лошадей на базаре, не то останешься при
    своих двоих; не бери жену издалека, не то попадется дурная!" Сын покивал
    головой и запомнил слова отца. Когда отец умер, сын решил проверить
    отцовские заветы.
    Ладно. Стал он в гости похаживать. Первый раз встретили его лепешками,
    на другой раз тоже всего было вдоволь, на третий раз заметил он холодок, на
    четвертый - все еще туда-сюда было, на пятый раз остался он уже ни сыт, ни
    пьян, а когда пришел в шестой раз, подали ему мякинный хлеб с путрой. Один
    ломоток еще кое-как съел, а второй принес домой и припрятал в свою укладку.
    Когда спать пошел, сын про себя думает: "Верен был первый отцов завет,
    попробую испытать второй".
    Ладно. Вот стал он ездить на базар и лошадей менять; дело кончилось
    тем, что выменял сын такую клячу, которая свалилась по дороге, и остался он
    пешим. Содрал сын с клячи шкуру и припрятал в укладку. Когда спать пошел,
    думает про себя: "Два отцовых завета оказались верными, попробую-ка проверю
    третий".
    Ладно. В следующее воскресенье собрался и пошел версты отмерять на край
    света за женой. Ищет, ищет, глядь- и нашел, да такую красавицу, что твоя
    кукла: плывет, земли не касается. Чего ж лучшего искать, пусть на следующее
    воскресенье со сватами приезжает, поглядит, как жених живет. Однако вечером,
    собираясь домой, сын подумал: "Два отцовских завета были верны; пока третий
    не оправдался, надо приглядеться получше. Воскресенье - воскресеньем, разве
    в такой день толком что приметишь, а вот в будни - совсем другое дело.
    Пойду-ка назад, тайком залезу на гумно, пересплю ночь, а тогда с утра
    погляжу, какова моя суженая за работой".
    Утром, чуть свет, старики уже в поле, а девицы нигде не видать. Экое
    диво! И полдень подошел, а ее нигде не видно - надо пойти в избу заглянуть.
    Заходит в избу: передник, что вчера на ней был, на полу валяется, а сама
    храпит за печкой, аж стены трясутся. Подхватил сын передник и ходу домой.
    Спрятал передник в клети и дожидается воскресенья. Настал воскресный день -
    приехали сваты с невестой. В один угол заглянули, в другой - всюду хорошо на
    диво; заходят в клеть, увидели укладку с отцовыми заветами - спрашивают, что
    в ней?
    - Этого показать вам не могу - тут мои драгоценности! Сваты упрашивают
    его: пусть, мол, дозволит взглянуть.
    - Ну ладно, уж так и быть! Открывают укладку - что в ней такое?
    - А мой передник как тут очутился?
    - Да, девица, храню я в этой укладке заветы моего отца: пока другие
    спят, укладка копит для меня отцовы заветы. В ней три завета - этот огрызок
    хлеба, шкура и твой передник. Первый из них учит: не ходи часто в гости, не
    то перестанут тебя уважать; второй учит: не меняй лошадей на базаре, не то
    останешься при своих двоих; третий, твой передник, учит: не бери жену
    издалека, не то попадется дурная.
    Так девица и уехала, пристыженная.

     

    Как бедняк разбогател

    Жили-были богатый барин и бедный, хилый мужичишко. Барин не знал, куда
    деньги девать, а бедняк вечно голову ломал, где кусок хлеба раздобыть. Вот
    однажды объявляет барин себе для потехи состязание - кто больше небылиц
    нагородит. Пообещал он пуру золота тому, кто его переврет. Охота и бедняку
    заработать пуру золота, явился он на состязание.
    Подошла очередь бедняка врать.
    - Ну, что скажешь, бродяга? - спрашивает барин.
    - Здравствуй, барин! - ответил бедняк и принялся врать. - Нашел я раз в
    лесу ель, на которой заместо шишек росли большие, красивые бобы.
    - Может такое быть, - согласился богатый:
    - Сорвал я один боб, принес домой и посадил перед избой. И что ты
    думаешь? Боб тут же начал расти. А как он рос-то - по пяди в минуту!
    - Такое вполне возможно, - опять согласился богатый.
    - Думал я, думал, что с ним делать, пока, наконец, не полез по бобу
    наверх. Высоко уже залез, как вдруг одна ветка подо мной обломилась и
    полетел я вниз.
    - И такое может быть, - говорит барин.
    - Падал я, падал, наверно совсем расшибся бы и никто бы об этом не
    узнал, не свались я на большую тучу. Вот еду я важным барином на туче и
    поглядываю, что другие люди на земле делают.
    - Что ж, верю я этому, - сказал богатый.
    - Вдруг увидел я небесный амбар, и когда туча над ним проходила, я на
    крышу - прыг! Проделал в крыше дыру и влез в амбар.
    - Верю, - говорит богатый, которому уже стало надоедать вранье бедняка.
    - А там на стенах развешаны все звезды и месяцы - не перечесть, сколько
    их там. Стал думать, как бы обратно на землю слезть, пока не догадался все
    месяцы концами посвязывать и по ним спуститься.
    - Может и это. быть, - пробурчал богатый.
    - Сказано - сделано. Веревка из месяцев готова, полез я вниз. Да вот,
    гляжу - до земли еще далеко, а веревка кончилась.
    - Оно, конечно, - проговорил богатый и спрашивает: - И долго еще с
    тобой все это приключалось? А то у меня времени мало.
    У бедняка тоже враки к концу подходят, и потому он, .зная спесивость
    богатого, решил выложить свой последний козырь:
    - Я поболтался еще, отпустил конец и свалился в большую пещеру...
    - Всему верю, только заканчивай быстрее! - не терпится богатому.
    - И что ты думаешь: там мой и твой отцы свиней пасут и из-за куска
    хлеба дерутся ...
    Это для богатого уже чересчур, - чтобы над его отцом так надругались.
    - Врешь! Врешь! - закричал он. - Мой отец никогда свиней не пас и
    твоего отца не знал! Врешь!
    А бедняку только того и надо было. Забрал он обещанную пуру золота и
    зажил себе припеваючи.

     

    Как барин жеребенка высиживал

    Однажды жил барин, который ничего на свете не любил, кроме лошадей.
    Только о том он и мечтал, как бы завести таких коней, каких ни у кого больше
    нету.
    Поехал раз этот великий лошадник на базар и повстречал мужика с возом
    огурцов. Барин спрашивает:
    - Ты чего там везешь?
    А мужик, не будь дурак, возьми да и скажи:
    - Яйца везу, из которых можно таких жеребят высидеть, каких еще ни у
    кого не было.
    Барин просит показать их ему. Мужик показал. Барин из этих яиц выбрал
    одно получше и спрашивает:
    - Почем такое яйцо? Мужик отвечает:
    - Триста рублей!
    Вытаскивает барин кошелек и отсчитывает три сотни.
    Мужик поехал дальше, потом оборачивается и говорит:
    - Яйцо положи в горшок, сам сядь на него и не слезай до тех пор, пока
    не высидишь. Ежели кто чего спрашивать будет, то отвечай только одно слово:
    "Тпру-у!" На том они и расстались, поехали каждый своей дорогой.
    Барин домой приехал и тотчас уселся жеребенка высиживать. Барыня
    спрашивает, почему он так долго сидит, а барин знай бурчит: "Тпру-у!"
    Разозлилась барыня на такой дурацкий ответ, но, хорошо зная своего муженька,
    решила оставить его в покое - пусть, мол, сидит - и велела подавать ему еду
    и питье и больше не говорила ни словечка.
    Барин сидел, сидел на огурце то ли три, то ли четыре недели, да так
    ничегошеньки и не высидел. Совсем он зачах сидючи и под конец не выдержал -
    надоело ему сидеть над горшком. Схватил он его, побежал в лес и в сердцах
    забросил горшок с огурцом в кучу валежника. А тут откуда ни возьмись, заяц -
    выскочил из кучи, хвостик задрал - и в лес? Барин кричит ему вдогонку:
    - Жеребчик, жеребчик!
    А заяц услышал шум и еще быстрее улепетывать, пока не исчез в лесу.
    Идет барин домой, пригорюнился. По дороге опять встречает того мужика,
    у которого купил огурец за триста рублей. Барин жалуется мужику,
    рассказывает, дескать, вот-вот уже было высидел невиданного жеребенка, да
    сам, дуралей, выбросил его.
    Мужик дослушал до конца и отвечает:
    - Так всегда получается у дураков, которые жеребенка и то высидеть не
    могут.

     

    Волшебная птица

    Жил-был слепой король. Было у него трое сыновей: два умных, третий -
    простак.
    Однажды созвал король сыновей и сказал:
    - Всего у меня вдоволь: денег, и добра, и верных подданных. Одного мне
    не хватает: слепой я, нет у меня света в очах. И ни за какие деньги нельзя
    его вернуть, ибо ни один врач не берется меня вылечить.
    - Да,-вздохнул Простак. Умные сыновья молчали. Отец же продолжал:
    - И все же меня никогда не покидала надежда. Дошло до меня, что за
    тридевять земель живет принцесса, которая семь недель спит крепким сном, а
    другие семь бодрствует. У этой принцессы есть птица, слушая пение которой,
    хромые начинают танцевать, а слепые становятся зрячими. Но принцесса свою
    волшебную птицу никому не показывает, никому ее не дает и даже пение ее
    слушать не позволяет. Поэтому птицу надо взять тайком.
    - Украсть! - воскликнул Простак.
    - Замолчи, дурак! - посоветовали умные братья.
    А король продолжал:
    - Да, нелегко добыть птицу, потому что ее крепко охраняют и каждого,
    кто приблизится к птице, убивают. Все же я надеюсь на вас, сыновья мои, и
    верю, что вы совершите подвиг и вернете своему отцу свет очей. Вы, мои
    старшие сыновья, седлайте коней, берите полные мошны денег и отправляйтесь в
    путь! Ваш младший брат, Простак, останется дома со мной. Через три года жду
    вас обратно.
    Оба старших брата оседлали удалых коней, насыпали полные мошны денег и
    отправились в путь.
    Ехали братья весело. Возле первой же корчмы они привязали коней к
    коновязи и пошли утолить жажду.
    Так пошло и дальше: где корчма, там и привязывают коней к коновязи.
    Однажды встретился им по дороге старичок с длинной белой бородой.
    - Куда, сынки, путь держите?
    Оба королевича рассердились: такой ничтожный старикашка, странник,
    осмелился назвать их сынками и выспрашивать, куда они едут!
    - Тебе какое дело? - оборвали они старика. И поехали дальше,
    останавливаясь и выпивая во всех корчмах.
    Прошло три года, прошло четыре, пять, шесть лет - от сыновей никакой
    весточки. Король опечалился:
    - Дорогие мои сыновья, худой конец пришлось вам из-за меня принять,
    убили вас стражи принцессы. Остался у меня один лишь сын, да и тот Простак.
    Какое дело с таким начнешь? Отыскался бы какой-нибудь храбрец, который
    поехал бы и привез мне вести о моих сыновьях.
    Простак очень близко к сердцу принял горе отца. Он просил отца раз,
    просил другой отпустить его разузнать, куда братья девались. Но отец все
    отказывал:
    -Выбрось из головы такие мысли! Куда ты поедешь, дурачок! Раз уж твоим
    умным братьям не повезло, то ты и пяти шагов не сделаешь, как сразу попадешь
    в беду.
    Но Простак все просил и просил. Наконец король сказал:
    - Пусть будет по-твоему. Только не вздумай брать доброго коня и много
    денег. Все равно далеко не уедешь.
    Простак рад, что получил разрешение, взял старого коня, бросил в
    кошелек два-три дуката и поехал. По дороге встретил старичка с длинной белой
    бородой. Старичок спрашивает:
    - Куда, сынок, путь держишь?
    Простак все подробно рассказал: так, мол, и так, отец слепой, ни один
    лекарь не может его вылечить, а за тридевять земель у принцессы есть птица,
    пение которой делает человека зрячим. Поэтому два умных брата уже шесть лет
    назад поехали за птицей, но еще не вернулись. Отец теперь хочет знать, куда
    его сыновья делись. Вот он, Простак, и едет их искать.
    Старичок дал Простаку клубок ниток и сказал:
    - В той корчме, где ты переночуешь, не пускайся ни с кем ни в какие
    разговоры и прямо спозаранку отправляйся дальше. Этот клубок покажет тебе
    дорогу к принцессе. Если клубок катится впереди, то не бойся, можешь идти
    смело, ни один страж тебя не увидит, а сама принцесса будет спать крепким
    сном.
    Простак поблагодарил, взял клубок и поехал дальше. Поздно вечером он
    приехал в корчму. Корчмарь уговаривал его пить и играть в карты, но Простак
    не поддался ни на какие уговоры.
    Утром спозаранку он поехал дальше. Ехал он долго и наконец счастливо
    добрался до замка принцессы. Вокруг замка стояли стражники. Простак
    остановился на опушке леса, положил клубок на землю и стал ждать, когда он
    покатится. Ждал до позднего вечера, ждал всю ночь, но клубок лежит и не
    движется.
    На другое утро клубок сначала немного покружился на месте, а потом
    покатился вперед. Простак - за ним. Клубок катится между стражами прямо в
    замок. Простак - за ним. Ни один стражник не видит его, не слышит. Клубок
    катится в замок, и Простак идет за ним вслед.
    Вошел Простак в замок и видит: принцесса спит. Она была прекрасна, как
    весеннее солнышко. Лоб белее лилии, щеки розовые, словно утренняя заря. У
    Простака занемогло сердце, и он забыл про птицу, забыл про отца и братьев,
    забыл про все на свете...
    Но клубок не оставил Простака: он начал кататься взад-вперед у Простака
    под ногами.
    Простак очнулся, снял на память перстень с пальца принцессы, взял птицу
    и поспешил за клубком вон из замка.
    Как только Простак выбежал на волю, так в замке сразу поднялась
    тревога. Принцесса проснулась и начала допрашивать стражу:
    - Кто у меня был? Кто взял птицу и перстень?
    А Простак на опушке леса подхватил клубок, вскочил на коня и пустился
    домой.
    Вечером он добрался до той же корчмы и остался там ночевать. Корчмарь
    опять звал его играть в карты. Простак не удержался и сел играть. Но сегодня
    ему всюду везло, и в картах тоже. Скоро он выиграл у корчмаря изрядную
    горсть золота. Он был не прочь и еще поиграть, но клубок вдруг начал
    толкаться в кармане.
    Простак кинул карты на стол:
    - Хватит.
    Корчмарь почернел от злости, но что он мог поделать...
    Простак выспался и спозаранку собрался ехать домой. Но тут он увидел за
    садовым плетнем двух человек, прикованных цепями к тачке. Они возили землю.
    Простак спросил, кто это такие, и узнал, что это должники корчмаря. Простак
    пожалел несчастных и выкупил их из рабства. Какова же была его радость и
    удивление, когда он узнал, что выкупил своих старших братьев! Теперь они уже
    все трое поехали в отцовский дом.
    По дороге братья остановились на опушке леса отдохнуть. Как только
    Простак заснул, старшие братья убили его, взяли волшебную птицу и помчались
    домой.
    Старый король на радостях не знал, что делать, как славить своих умных
    сыновей. Жаль ему было, что отпустил он Простака бродить по белу свету.
    - Завяз, наверно, в каком-нибудь болоте и теперь уж не вернется! Разве
    такой знает, куда ногу поставить, куда шагнуть? - сказали братья.
    Привезли братья птицу, однако свет очей к отцу не вернулся. Птица не
    пела. Братья и так и сяк пробовали заставить ее петь, но все напрасно! Птица
    не пела, и король как был, так и оставался слепым.
    А убитый Простак лежал на опушке леса. Вдруг из чащи выползла ящерица.
    Она долго бегала около Простака и все попискивала: Жив! Жив! Тут Простак и
    впрямь начал шевелиться, потягиваться, зевать. А потом встал и побрел в
    сторону отцовского дома.
    После долгого-долгого пути он пришел в отцовский замок. Но никто его
    здесь уже не узнал.
    Тогда Простак нанялся к своему отцу конюхом.
    Вместо платы он получил за работу маленького лохматого жеребенка.
    Вскоре в королевство пришла такая весть: принцесса зовет к себе того,
    кто сумел украсть ее волшебную птицу.
    Старшие братья взяли птицу и отправились к принцессе.
    - Это вы взяли мою птицу? - спросила принцесса.
    - Мы! - ответили братья.
    - А что вы еще взяли, кроме птицы?
    Умные братья не знали, что сказать. А птица сидит, нахохлилась и не
    поет.
    Видя это, принцесса велела обоих братьев строго наказать за ложь.
    Затем приехал на своем лохматом коне Простак. Лишь только впустили
    Простака к принцессе, птица сразу встрепенулась и запела. Принцесса
    спросила:
    - Что ты еще взял, кроме птицы?
    - Еще я взял перстень, - признался Простак. - Вот он.
    Принцесса обрадовалась, что нашла своего суженого. Скоро они сыграли
    свадьбу.
    После свадьбы Простак и принцесса отправились навестить слепого короля.
    Отправляясь в путь, принцесса взяла с собой каравай хлеба, который,
    сколько его ни ешь, никогда не убавляется, кружку воды, которую, сколько ни
    пей, никогда не выпьешь, и меч, которым можно победить любого врага.
    - Кто знает, какие опасности могут повстречаться в пути? А так нам не
    страшны ни голод, ни жажда, ни враги, - сказала принцесса.
    Пришлось им проезжать через разные государства. В первом государстве
    был голод. Ни у кого не было ни крошки хлеба, люди ходили еле живые.
    Принцесса и Простак начали отрезать ломоть за ломтем от своего каравая.
    И накормили всех людей. В благодарность народ признал Простака и принцессу
    правителями своей страны.
    Во втором государстве хлеба было вдоволь, но не хватало воды. Дождя не
    было очень давно, все ручьи высохли, все колодцы вычерпаны. Принцесса и
    Простак начали наливать воду из своей неисчерпаемой кружки и поить народ.
    Здесь тоже признали их правителями своей страны.
    В третьем государстве люди были в большом страхе: сильный и злой враг
    напал на них.
    Взял Простак меч, которым можно разбить любого противника, встретил
    врага и победил его. И здесь народ избрал их правителями своей страны.
    Слава о доброй королевской чете далеко опередила их. Слепой король
    вышел навстречу Простаку и его жене. Птица запела, и слепой король сразу
    прозрел.

     

    Как глупый сын ездил в Ригу

    У одного крестьянина было три сына: два умных, а третий дурак.
    Умных сыновей отец отдал учиться гончарному ремеслу. А дурака оставил
    дома - пусть на печке лежит.
    Когда отец умер, старшие братья-гончары взяли в свои руки отцовское
    хозяйство, а дурака от всех дел отстранили. Ведь он же ничего не соображает!
    Ну, не соображаю, так и не соображаю ,- думает дурак. И не спорит с
    ними.
    А умные братья взялись за дела. Мяли и трепали лен, обжигали горшки -
    от работы не отказывались, лишь бы деньги хорошие шли. И между собой
    договорились дурачку денег не давать. А работать он может и без денег, за
    харчи.
    Вот наделали братья горшков, вся изгородь горшками увешана. Пора везти
    в Ригу . Сложили они эти горшки на воз и послали младшего брата на базар.
    - Продай горшки, а деньги, смотри, все домой привези Чем больше денег
    привезешь, тем лучше. Дурак было заспорил:
    - Как же я все деньги привезу? Мне ведь тоже нужно кое-что на расходы!
    - Кто на харчи не умеет заработать, как он смеет еще и деньги
    тратить? - отвечали ему братья.- Наших денег не тронь!
    - Хорошо,- сказал дурак,- не дотронусь я до ваших денег. Даже и не
    взгляну на них!
    И уехал.
    В Риге на базаре подходят к нему покупатели:
    - Сколько просишь за горшки?
    - Что я могу просить? Мне ведено до денег не дотрагиваться. А я даже и
    смотреть на них не хочу. Берите горшки даром!
    - Эх ты, пустая голова!
    Покупатели как услышали, что горшки даровые, так и давай их тащить.
    Прямо из рук рвали. До вечера еще далеко, а воз уже пуст. И дурачок,
    посвистывая, едет домой.
    Еще не подъехал он и к воротам, а братья уже навстречу.
    - Дурачок, где деньги?
    - Где деньги? В Риге.
    - Куда же ты девал горшки, если деньги в Риге?
    - И горшки в Риге. Их там возами берут. Нарасхват. А денег не дают,
    пока все горшки не привезем.
    Братья услышали, что у рижан горшки нарасхват, больше и спрашивать ни о
    чем не стали. Грузят горшки на воз и снова посылают дурака в Ригу. Один воз
    отвезет, а у них уже другой готов. А дурачок ездит да ездит в Ригу с
    горшками. Его какое дело? Братья велят - он и возит.
    Так он возил да возил горшки все лето и всю осень. Вот уж и зима
    настала, и снегу навалило, и дурак поехал с последним возом.
    Эх, горе какое,- думает дурачок,- нынче надо привезти деньги за все
    горшки. Не привезу - братья в живых не оставят. А пожить-то на свете
    хочется!
    Едет он обратно домой из Риги - ни горшков у него, ни денег.
    И вот - счастье, откуда ты являешься? - слышит он в кустах какой-то
    шум. Подъехал поближе и видит: разбойники, грабители или кто еще они там - в
    дороге ведь всех не узнаешь! - что-то прячут в сугроб.
    Дурачок думает:
    Что мне с такими связываться? Пусть прячут. А как уйдут, настанет мой
    черед .
    Разбойники закопали что-то в снег и ушли. А дурачок пошарил в сугробе,
    смотрит - а там большая шкатулка, полная серебра. Ну что же? Взвалил
    шкатулку на сани и едет домой.
    Дурак приехал домой и насыпал братьям полные шапки серебра. А остальные
    деньги оставил в шкатулке, забросил на печку свой соломенный матрас и снова
    спит, как спал.
    Умные братья, увидев, как много денег привез им дурак, почувствовали
    себя перед ним виноватыми. И тут же разрешили ему то, на что раньше никогда
    бы не согласились: жениться!
    Ну, если жениться - так жениться. Не будет же -дурак старшим братьям
    перечить!
    И вот затеяли старшие братья свадьбу. Парят, варят, пир готовят. А что
    невесты нету, им и горя мало. Да и когда искать невесту? Надо еще в город
    Цесис съездить за маслом. Может, где по дороге найдут какую-нибудь глупую
    девчонку для этого дурака.
    Братья уехали. А дурак пошел топить баню, варить пиво. Топил-топил он
    баню, да так жарко натопил, что пиво разбушевалось, вышибло пробку в потолок
    и разлилось по всему полу. А без пива какая же свадьба? Все дело
    развалилось.
    Зато на следующую осень свадьба уже не развалилась. Дурачок сам нашел
    себе невесту и сам свадьбу справил. И потом жил так разумно, что даже умные
    братья приходили к нему за советом. Вот как бывает, когда другого глупей
    себя считаешь!

     

    Как барина проучили

    Жил в одном имении очень злой и жестокий барин: он так своих людей
    работой мучил да избивал, не приведи Господь. Как-то в праздник приказал
    барин работникам хлеб обмолотить. Делать нечего, пришлось молотить. А
    староста греется у печи в риге, дубинкой поигрывает и ехидно приговаривает:
    - А барин-то прав: в праздник молотьба лучше спорится!
    Тут, откуда ни возьмись,-седой старичок, встал рядом со старостой, тоже
    погреться захотел. Погнал староста и старичка на работу, а тот не идет.
    Разозлился староста и к барину побежал.
    Пришел барин:
    - Эй ты, иди работать!
    А старичок не идет.
    Позеленел барин от злости да как заорет:
    - Эй, староста, принеси мне розги, я ему покажу, как от работы
    отлынивать!
    - Не розги неси,- сказал старичок,- принеси-ка лучше недоуздок !
    Принес староста и розги, и недоуздок. Схватил барин розги и замахнулся
    на старичка, а старичок взял недоуздок, набросил барину на голову и
    прикрикнул, как на лошадь:
    - Тпрру! Тпрру!
    В тот же миг превратился барин в белого коня.
    Старичок тотчас же вскочил на коня, огрел его розгами и умчался словно
    ветер. А поехал он к одному крестьянину, который тому же барину принадлежал.
    Тем временем стемнело. Привязал старичок коня к столбу и пошел в избу
    ночлега просить. Хозяин пустил его ночевать и стал плакаться:
    - Подчистую разорил меня барин: все время на барщине я горб гнул, для
    себя и хлеб-то убрать не успел - так он на поле и пророс, и сена для
    скотинушки не накосил - все лошади, все коровы с голодухи пали. Вот и нечем
    мне гостя попотчевать, нечем коня его накормить.
    - Ну и пусть, не беда,- отвечает старичок,- отведи моего коня в конюшню
    да кинь ему соломы охапку, раз другого ничего нет.
    Взял хозяин фонарь и зажег лучину.
    - Неужто у тебя и свечки нет? Нельзя же в фонаре лучину жечь!
    - Нету, нету,-жалуется хозяин.-У кого овец нет, у того и сала нет, из
    чего же я свечки стану лить?
    - Как это нет, вон у тебя свечек полно на полке!
    Глянул хозяин - ну и чудо! - прав старичок: на полке свечей полно.
    Зажег он фонарь и, подивившись чуду, пошел коня в конюшню ставить.
    Вошел в конюшню - а там весь верх до самого конька сеном набит, вошел в
    хлев - по всем углам коровы стоят, пошел в овчарню - она овец полна,
    заглянул в амбар - все закрома хлебом засыпаны. Увидел все это хозяин и
    остолбенел. А старичок вышел следом и говорит:
    - Чего дивишься, заходи в избу, пора спать ложиться!
    А наутро отдал старичок своего коня хозяину и сказал:
    - Забирай мою лошадь и работай на ней целый год, не жалей ее, залежь
    подымай, поля обрабатывай. Через год я приду за своим конем.
    Так все и было: лошадь работала за троих, и хозяин на ней все залежи
    вспахал.
    Через год пришел старичок за конем, вскочил на него и поскакал прямо в
    имение, а там отпустил коня в барском саду. Вскоре увидал староста коня в
    саду и велел отвести его в конюшню. Наутро запыхавшийся конюх прибежал к
    барыне:
    - Вот диво: конь-то, которого я вчера в конюшне привязал, за ночь в
    прежнего нашего барина превратился!
    Побежала барыня поглядеть - да, так оно и есть, только так уж барин
    отощал, так похудел, что едва и узнаешь. Барыня на радостях кинулась
    обнимать его, целовать, а барин еле языком шевелит:
    - Целуй побыстрее да покорми меня: целый год я одно только сено ел!
    Скоро барин совсем оправился, и с той поры жил он со своими людьми
    лучше, чем брат родной: никого не порол, не мучил, по праздникам работать не
    заставлял.

     

    Паук и муха

    В давние времена жизнь на земле была очень трудной, потому что не было
    огня. Как только зайдет солнце, уже и не видно ничего, и холодно. Люди,
    правда, знали, что огонь есть в самой глубине адского пекла. Но никто не мог
    туда спуститься и достать огня.
    В те времена миром правил один-единственный король.
    У короля была такая власть, что его приказов слушались не только люди,
    но и все звери, насекомые и всякая другая живность, какая только находилась
    на земле и в воздухе..
    Однажды король объявил большую награду тому, кто спустится в пекло и
    вынесет огонь. Многие пытались, но ни один человек не смог достать огня.
    Все же король решил во что бы то ни стало добыть для людей огонь. Он
    созвал всех своих советников и велел им придумать еще большую награду герою,
    который вынесет на землю огонь.
    Советники долго думали и наконец решили: тот, кто принесет огонь, на
    веки вечные может бесплатно есть за любым столом.
    Гонцы разнесли эту весть по всему свету, объявили ее не только людям,
    но и зверям, и птицам, и насекомым. Много героев пускалось в опасный путь,
    но никто не мог вынести огонь из ужасной глубины.
    Но вот услыхал королевскую весть Паук и сразу решил добыть огонь. Он
    спешно принялся вить веревки, чтобы на них спуститься в преисподнюю. Когда
    веревки были готовы, Паук, не сказав никому ни слова, отправился в ад.
    Добравшись до края ада, смельчак привязал конец веревки к крепкому
    корню дуба и опустился на самое адово дно, подобрался к костру, выхватил
    горящую головешку, вихрем помчался обратно к своей веревке и благополучно
    выбрался наверх.
    Хотя Паук и умел ловко лазить, все же, поднимаясь из такой глубины, да
    еще с ношей, он сильно устал. Очутившись на земле, Паук лег немножко
    отдохнуть, а огонь положил рядом. Паук хотел лишь чуть-чуть вздремнуть, но
    его обуял сон, и он крепко заснул.
    Настала пора выгонять скот, а Паук все еще спал. И тут Мухе, которая
    летала взад-впереднеподалеку, в нос ударил странный запах. Она оглянулась
    кругом и вдруг видит чудеса в решете: возле Паука пылает огненная головешка!
    Муха поняла, что это Паук вынес огонь из ада. И что же она сделала?
    Разве такой соня знает, как с огнем обращаться? Будет спать, пока огонь
    не погаснет! А благодарность мне пригодится больше, чем ему! - решила она.
    И, быстро схватив головешку, Муха улетела.
    Она принесла королю головешку и говорит:
    - Получай, владыка, огонь! С опасностью для жизни вынесла я его из
    самого пекла. Давай обещанную награду!
    Король был очень рад. Устроил пир в честь Мухи и выдал ей такую
    грамоту: на веки вечные Муха может обедать за всеми столами.
    Паук проснулся лишь к концу дня. Глядит - пропала головешка!
    Заволновался Паук, забегал. У всех спрашивает, не видал ли кто вора. А все
    смеялись над Пауком: помешался он, что ли? Ведь уже давно известно, что это
    Муха с опасностью для жизни вынесла огонь из самого пекла.
    Услыхав об этом, Паук действительно чуть не помешался от обиды. Начал
    он кричать во весь голос:
    - Муха - воровка! Муха - воровка! Она меня обокрала! Это я вынес огонь
    из пекла, и только мне полагается обещанная награда!
    Многие поверили рассказу Паука, но только головой покачали: поздно,
    ведь Муха уже получила грамоту.
    Это еще больше разобидело Паука. Падая и спотыкаясь, еле переводя
    дыхание. Паук потащился к королю, чтобы рассказать, как Муха его обокрала.
    Муха сидела на почетном месте; по правую руку короля. Паук стал
    рассказывать, как было дело.
    - Паук все врет,- сказала Муха.- Найдется ли хоть один, кто видел бы
    Паука с огнем? Ни одного!

     

    Мужик, медведь и лиса

    Посеял мужик на опушке леса репу. Пришел медведь и говорит:
    - Отдай мне часть урожая, не то я тебя съем!
    - Ладно! - говорит мужик. - Считай, что вершки -твои.
    Пришла осень, убрал мужик репу. А медведь тут как тут - за долей своей
    явился. Продал мужик репу в городе за хорошие деньги, а медведь за ботву
    ничего не выручил. Понял косолапый, что его обманули, пришел к мужику и
    говорит:
    - Надул ты меня. На будущий год дашь мне корешки.
    - Будь по-твоему, - согласился мужик, - получишь корешки.
    Следующей весной посеял мужик пшеницу. Наступила осень. Мужик убрал
    пшеницу, обмолотил, продал зерно в городе за хорошие деньги, а медведь за
    корешки ничего не получил. Понял медведь, что его опять вокруг пальца
    обвели, рассердился, пришел к мужику и говорит:
    - Снова ты меня надул! Ну, теперь берегись: попадешь на мое подворье -
    съем тебя.
    Вот наступили холода. У мужика все дрова вышли, топить печь нечем и в
    лес ехать страшно - медведь задерет. Мерзнет он сам, и жена его мерзнет, и
    детишки. Хочешь не хочешь, а в лес надо ехать - прямо на подворье к медведю.
    Запряг мужик лошадь, захватил топор и поехал в лес. Едет потихоньку,
    старается не шуметь. Встретилась ему по дороге лиса. Спрашивает рыжая:
    - Мужик, а мужик, что ты так тихо едешь? - Чтоб медведь не услышал,
    услышит - несдобровать мне.
    Говорит ему лиса:
    - Накорми меня курятинкой - научу тебя, как от медведя уберечься.
    Пообещал ей мужик курятины, лиса ему и говорит:
    - Поезжай в лес смело, не таясь, и дрова руби так, чтоб шуму побольше
    было, пусть медведь услышит и ближе подойдет. А я в кустах спрячусь и тоже
    гвалт подниму. Медведь спросит, кто это шумит, а ты отвечай: охотники идут,
    волков да медведей бьют.
    Как лиса сказала, так и вышло. Спряталась она в кустах и подняла
    тарарам на весь лес. А мужик дрова себе рубит. Подходит к нему медведь и
    спрашивает:
    - Что это за шум такой? Отвечает мужик: - Охотники идут, волков да
    медведей бьют. Испугался медведь и просит: - Спрячь меня в своей телеге и
    попоной прикрой, чтоб охотники не убили.
    Согласился мужик. Залез медведь в телегу, и мужик накрыл его попоной.
    Подбегает лиса и спрашивает:
    - Что это у тебя в телеге? Отвечает мужик: - Бревно. Не верит лиса: -
    Если бы это бревно было, ты бы его к телеге веревкой привязал.
    Взял мужик веревку, связал ею медведя да и зарубил его топором.
    Потребовала лиса обещанных кур.
    - Ладно, - говорит мужик, - пойдем ко мне домой, там получишь.
    Едет мужик с возом дров, а лиса впереди бежит. Около дома собаки
    увидели лису и бросились на нее. Едва-едва лиса ноги унесла. Забилась в
    нору, а собаки у норы ждут ее - не выйдет ли. Отдышалась лиса и спрашивает
    свои глаза:
    - Глазки мои, глазоньки, как вы мне помогали, когда я от смерти
    бежала? - Мы тебе дорогу показывали. - А вы, ушки мои, ушеньки? - Мы все
    слушали, далеко ли собаки. - А вы, ножки мои, ноженьки? - Мы тебя от собак
    унесли. - А ты, хвост мой, хвостище? - А я под ногами у тебя путался, когда
    ты от собак убегала. Закричала лиса:
    - Так ты бежать мне мешал! Я тебя за это собакам отдам - и высунула
    хвост из норы. Вцепились собаки в хвост и вытащили лису. Тут ей и конец
    пришел.

     

    Лиса и кувшин

    Паслось однажды на поле много гусей. Проходила мимо лиса, увидела
    гусей, и захотелось ей гусятинки отведать. Подкралась она к гусаку и только
    собралась его схватить, как тут - чтоб ему пусто было! - кто-то свистнул.
    Посмотрела лиса по сторонам, что за музыкант такой выискался, и увидела
    кувшин. Дует в кувшин ветер, он и свистит.
    - Ах, вот он, великий музыкант, - воскликнула лиса, - ну, погоди ты,
    негодный, век свистеть больше не будешь!
    Подскочила лиса к кувшину, продела голову в ручку и побежала к реке
    кувшин топить. Забралась на мостки и опустила кувшин в воду. Зачерпнул
    кувшин воду и потянул лису с мостков в реку. Видит лиса, что дело плохо,
    стала кувшин просить-молить:
    - Кувшинчик, кувшинчик, я же пошутила! Что ты, шуток не понимаешь?
    Но не помогли лисе мольбы: наполнился кувшин водой, и лиса утонула.

     

    Как лиса жука жарила

    Услыхала лиса, ума палата, что жареное мясо вкуснее сырого, и решила
    это проверить. Поймала она жука и отправилась на берег реки. А на другом
    берегу, напротив того места, где лиса остановилась, костер горел - люди туда
    лошадей пригнали в ночное. Ухватила лиса жука двумя лапами и вытянула их в
    сторону костра - пусть жук поджарится. Подождала немного и принялась за
    жука. Хрустит жук на зубах, а лиса и говорит:
    - Хорош жук, жаль только - подгорел.

     

    Как старик еды себе добыл

    Жил-был один старик, который зарабатывал себе на хлеб тем, что квашни
    делал. Но как-то у старика долго не было работы, и не на что ему было купить
    хлеба. К счастью, попросил его хозяин, что по соседству жил, сделать квашню,
    а уплатить обещал хлебом.
    Ладно. Сделал старик квашню и понес тому хозяину. День выдался жаркий,
    квашня тяжелая, а сил у старика маловато: устал он и прилег в лесу под
    развесистым дубом отдохнуть, сам же квашней накрылся.
    Вдруг прискакал заяц и удивляется: откуда такой хороший столик взялся,
    да только нет на нем ничего.
    Потом лиса подошла, села на квашню рядом с зайцем и тоже удивляется: уж
    такой столик красивый, да только нет на нем ничего.
    Тут волк прибежал, и он дивится: такой столик красивый, да только нет
    на нем ничего.
    Наконец медведь пришел и тоже удивляется: больно столик хорош, да вот
    нет на нем ничего.
    Посидели они так и решили: раз стол есть, надо еды раздобыть. Разошлись
    они в разные стороны за едой.
    Через некоторое время вернулись звери с добычей. Медведь приволок улей,
    волк притащил барана, лиса принесла гуся, а заяц - кочан капусты.
    Пошел тут у зверей пир горой. Вдруг старик под квашней пошевелился.
    Удивился медведь:
    - Кто это столик качает? Никто ему не ответил. Принялись звери снова за
    еду. Тут опять старик шевельнулся. Забеспокоился волк: - Кто столик качает?
    Опять никто не ответил - все едой заняты. Но тут в третий раз старик
    пошевелился. Струхнула лиса: - Кто столик качает? Опять никто не ответил -
    все едой заняты. Но вот старик перевернулся на другой бок. Испугался заяц да
    как пустится наутек! А за зайцем другие звери разбежались. Так старику
    достались мед, мясо, капуста, да за квашню ему сосед хлебом заплатил.
    Надолго ему еды хватило. Много ли такому старому надо?

     

    Волк и мужик

    Пахал один мужик поле. Притомилась у него лошадь, еле-еле тянет.
    Рассердился мужик: - Чтоб тебя волк съел! Вдруг, откуда ни возьмись, - волк.
    Подходит к мужику и говорит: - Что ж, давай свою лошадь, я ее съем! Опешил
    мужик, вытаращил глаза, а потом отвечает: - Погоди, вот кончу пахать, тогда
    и ешь.
    Сидит волк, ждет. Только мужик пахать кончил, волк тут как тут. Мужик
    говорит ему:
    - Как же ты лошадь с шерстью есть станешь? Пойдем-ка лучше ко мне
    домой, я ошпарю ее кипятком - шерсть облезет, и мясо вкуснее будет.
    Согласился волк и пошел с мужиком.
    Пришел мужик домой и кричит:
    - Жена, неси скорее кипяток!
    Принесла ему жена кипятку. Волк сел, смотрит, как мужик будет лошадь
    кипятком ошпаривать. А мужик как плеснет кипятком волку в глаза, взвыл волк,
    только его и видели!
    Наутро мужик снова на пашню вышел. И волк туда же явился, говорит
    мужику:
    - Ну, теперь я тебя самого съем!
    - Что ж, ешь, - согласился мужик. - Только позволь мне перед смертью
    помолиться. Ты меня здесь подожди, а я на дерево залезу и там молиться буду,
    а то бог маленьких не примечает.
    Согласился волк. Залез мужик на дерево, а слезать и не думает. Ждал его
    волк, ждал, рассердился, наконец, и кликнул других волков на помощь.
    Услыхали его волки и все к дереву сбежались. Волк, что мужика съесть хотел,
    стал около дерева, второй ему на спину прыгнул, на второго - третий, и так
    все выше и выше волки забираются. Вот уже последний волк совсем рядом с
    мужиком.
    Испугался мужик да как крикнет:
    - Жена, неси скорее кипяток!
    Волк, что внизу стоял, сразу вспомнил, как его мужик кипятком ошпарил,
    и со всех ног бросился бежать. Попадали все волки на землю. Кто насмерть
    убился, а кто в лес убежал.
    Так мужик от смерти спасся.

     

    Как звери бежали да в яму угодили

    Под насестом в загородке была большая навозная куча. Разогрелся навоз в
    куче и стал дымиться. Ночью заметила курица дымок и подумала: "Батюшки! Не
    земля ли загорелась?! Вроде бы гореть больше нечему!" Испугалась курица,
    закудахтала. Проснулся петух:
    - Что за беда, что за беда? Ночью и то от тебя покою нет.
    - Брось болтать! Не видишь разве: земля горит, пропали мы! - Постой-ка,
    и впрямь дымится что-то. Слушай, жена, уж не ты ли в этом виновата?
    - Ты с ума спятил! Будешь еще виноватого искать! Бежим скорее, не то
    сгорим!
    Разбудили они цыплят и побежали все вместе. На опушке леса встретили
    зайца.
    - Куда вы в такую рань? - удивился заяц.
    - Земля горит, земля горит! Моя жена в этом виновата.
    - Да неужто правда?
    - Правда, правда! Моя жена в этом виновата.
    - Ох, братец, если так, то и я с вами побегу. Бегут они дальше,
    навстречу - лиса.
    - Куда вы в такую рань?
    - Ох, кума, земля горит, земля горит! Моя жена в этом виновата.
    - Да неужто правда? - испугалась лиса.
    - Правда, правда! Моя жена в этом виновата.
    - Раз так, мешкать нельзя. Бежим быстрее, я вместе с вами.
    Бегут они дальше, навстречу - медведь.
    - Это куда ж вы так спешите?
    - Беги скорей, беги скорей: земля горит, половина уже сгорела, а все
    из-за курицы!
    А медведь и в ус не дует, посмеивается над ними:
    - Простофили вы, простофили! Все вы друг друга стоите. Ну, показывайте,
    где горит; посмотрим, что там такое.
    Повернули все назад и повели медведя пожар показывать. Приходят на
    место, видят - прав медведь, ничего не горит: хозяин то за это время весь
    навоз вывез, только пустая загородка осталась. Курица с петухом через
    загородку перелетели, а медведь, лиса да заяц не знали, что там глубоко, как
    полезли, так - бух! - и провалились. И так и эдак пробовали они выбраться,
    видят - ничего не получается. Как на грех, все трое ужасно проголодались.
    Решили медведь да лиса зайца задрать, хочет он того или нет. Как решили, так
    и сделали: разорвали беднягу и съели. Только лиса-плутовка не все съела,
    припрятала она заячьи кишки в уголок, а сама рядом с медведем улеглась.
    Полежала лиса, полежала, потом вдруг вскочила и что-то жует.
    - Эй, ты что там ешь? Ба, да это же кишки! Где ты их взяла? Я тоже
    хочу!
    - Экий ты недогадливый! Да я брюхо себе распорола и свои кишки
    вытащила. Сделай и ты так - все лучше, чем с голоду подыхать.
    Медведь, глупец, распорол себе брюхо да тут же и околел.
    Вдоволь посмеялась лиса над глупым медведем, а там и из ямы выбраться
    сумела.

     

    Как кот зверей напугал

    Забралась однажды лиса к мужику в огород. Думала она разжиться
    курятинкой, но кур там не было, только сидит в борозде, пригорюнившись,
    старый кот.
    - Что ты тут делаешь? - ласково спрашивает его лиса.
    - Да вот сижу, кума, думаю, что мне, старику, делать, куда податься.
    Выгнал меня хозяин из дому, дескать, зря хлеб ем, стар стал, мышей ловить не
    могу, -поделился кот с кумой своим горем.
    - Не печалься, - говорит лиса. - Иди ко мне в нору жить.
    Обрадовался кот, что хоть какая ни на есть у него крыша над головой
    будет. Пошли они к лисе.
    Прошло три дня, как кот у лисы в норе поселился. Вдруг подходит к норе
    волк. Идет волк, топает, сучья под ним так и трещат. Крикнула ему лиса,
    чтобы шел потише, жениха ее не разбудил. Стал волк лису упрашивать, чтобы
    она жениха своего показала. Но лиса и не думает так просто жениха
    показывать. Нет так нет, рассердился волк и ушел. Встретил он в лесу медведя
    да кабана. Рассказал им, что за чудеса у лисы творятся. Пошли они к лисе и
    стали ее втроем просить, чтобы она им жениха своего показала. А лиса их знай
    подзадоривает: дескать, посмотреть на него стоит, только вот с пустыми
    руками пусть лучше не приходят. Принесут хорошее угощение - покажется им
    жених. Ну, медведю и волку раздобыть еду проще простого. Подкрались они к
    стаду и утащили самого лучшего быка. А кабан тем временем место выровнял,
    чтоб было где пировать.
    Велела лиса всем троим спрятаться: жених, мол, больно грозен, да и
    разглядывать его удобнее издали. А про себя она решила от лишних ртов
    избавиться, быка вдвоем с котом съесть.
    Не стали звери с лисой спорить, спрятались, как она велела. Волк в
    ивняк залез, медведь на дерево забрался, а кабан в мох зарылся. Вывела лиса
    кота. Идет кот, усами шевелит. Проголодался он у лисы в норе, увидал быка,
    набросился на еду, ест и урчит от жадности.
    - Вот зарядил: мурр да мурр, - бормочет волк в кустах. - Эдак он,
    пожалуй, всего быка один сожрет.
    Захотелось и кабану на кота взглянуть, высунул он из мха рыло. А кот,
    решив, что это мышь, цап когтями кабана за самый пятачок. Испугался кабан
    и - ходу. Увидел кот, какая огромная мышь ему попалась, с перепугу
    шарахнулся в ивняк да прямо на волка угодил. "Ну, крышка мне", - думает
    волк, и бросился наутек. Тут кот и вовсе перепугался, со страху возьми да и
    прыгни на дерево. Обмер медведь, грохнулся на землю и - дай бог ноги -
    помчался вслед за волком и кабаном. Вот и остался бык лисе да коту на двоих.
    Так старый кот, что уж и мышей ловить не мог, себе да лисе отличное
    жаркое добыл. Умный в накладе не останется.

     

    Как звери лису судили

    Однажды лев, царь зверей, созвал всех животных. Собрались все звери, и
    большие и малые, в назначенный срок, только лиса не явилась. Она по лесу
    рыскала, добычу себе искала.
    Надоели зверям проделки лисы, подняли они страшный шум и пожаловались
    на нее льву, царю зверей. Рассердился лев на лису и велел привести ее на
    суд.
    Сначала пошел за лисой заяц. Встретил он ее в большом лесу и сказал,
    чтоб она шла к царю. Посмеялась лиса над зайцем и пошла своей дорогой.
    Посрамленный заяц вернулся к царю и передал все, что лиса сказала.
    Царь еще пуще рассердился и послал за ней самого большого кота. Кот
    разыскал лису в кустах, где она спала, и закричал на нее:
    - Что ты спишь, к царю не идешь? Царь и все звери ждут тебя на суд.
    Пошла лиса с котом, а по дороге и говорит ему:
    - Здесь неподалеку богатый крестьянин живет. У него погреб битком набит
    колбасами. Мы там можем колбаской полакомиться.
    Услыхал это кот, облизнулся:
    - Колбаской закусить - это славно! Показывай, где этот погреб!
    Лиса привела кота к погребу и показала небольшую дыру, в которую кот
    еле-еле протиснулся. Добрался кот до колбасы, ест - только за ушами трещит.
    Так набил себе брюхо, что из погреба выбраться не может. А лиса побежала к
    хозяину и сказала, что у него в погребе незваный гость колбасу уплетает.
    Прихватил крестьянин большой прут и поспешил в погреб, да так кота
    отхлестал, что тот еле-еле до царя доплелся, чтоб рассказать о проделках
    лисы.
    Послал царь за лисой волка. Встретил волк лису на дороге и зарычал на
    нее:
    - Ты что, с ума спятила - почему к царю не идешь? Коль не явишься,
    разорвут тебя на клочки.
    - Да я уже иду к царю, - ответила лиса и пошла с волком.
    Идут они, как добрые друзья, вдруг лиса и говорит:
    - Если бы кот меня послушался и не стал есть колбасу в погребе, а вынес
    ее, то и с ним бы ничего не приключилось, и я бы получила свою долю колбасы.
    Ты попроворнее кота, давай поедим сперва, а потом честь честью к царю
    явимся.
    Волк порядком проголодался и спорить не стал.
    - Где же еда? - спрашивает.
    - Недалеко, - отвечает лиса, - я тебя туда сведу. Если хозяин появится,
    я крикну, а ты прыгай в сторону и ложись на бок, чтоб он тебя не увидал. А
    то он тебя не знает и побьет чего доброго.
    Подвела лиса волка к волчьей яме да как крикнет:
    - Хозяин идет! Хозяин идет!
    Испугался волк, прыгнул в сторону и провалился в яму. Побежала лиса к
    хозяину и сказала, что в западню волк угодил. Вытащили люди волка из ямы,
    натравили на него собак да так его дубинками избили, что волк не смог и до
    царя дойти пожаловаться. А лиса тем временем стащила у крестьянина утку и
    унесла с собой.
    Не дождался царь волка, послал за лисой самого сильного из зверей -
    медведя.
    Пошел медведь. Решил во что бы то ни стало привести лису. Лиса, завидев
    медведя, сразу вышла ему навстречу и поздоровалась с ним почтительно, как с
    важным барином. Закричал на нее медведь:
    - Где волк?
    Лиса ему смиренно отвечает:
    - Шла я с волком к царю, а он проголодался, пошел к соседям поесть да и
    пропал, словно сквозь землю провалился.
    - Иди со мной на суд! - рявкнул на нее медведь. С тебя уже за то шкуру
    содрать надо, что столько раз звали, а ты не являешься.
    Лиса вокруг медведя вьюном вьется:
    - Да не виновата я вовсе. Заяц больно глуп, с ним идти не хотела. Кот
    залез к чертям в погреб, а волк исчез бог весть куда. С вами я смело к царю
    пойду.
    Идут они, идут, вдруг лиса как заохает.
    - Что с тобой? - спрашивает медведь.
    - Живот болит, - стонет лиса.
    - С чего бы это?
    - Медом объелась, - жалуется лиса, - оттого так и болит. Удивился
    медведь:
    - От меду живот никогда не болит. Если знаешь, где мед, покажи, я тоже
    поем.
    - Да вот он, - показывает лиса, - на дубе. Лезь, там найдешь.
    Взобрался медведь на дуб и принялся улей разорять, а лиса побежала и
    рассказала все хозяину. Хозяин с работниками позвал собак и погнался за
    медведем. Медведь, еле живой, убежал в лес, а лиса тем временем стащила гуся
    и была такова. Всю ночь просидел медведь в лесу и только утром дотащился до
    царя и пожаловался на лису. На этот раз царь так рассердился на лису, что
    решил ее повесить.
    Посылает царь за лисой то одного зверя, то другого, но никто не
    решается идти, все боятся, что лиса их надует. Вызвалась, наконец, рысь идти
    за лисой.
    Увидела лиса рысь и прикидывает, как бы и ее обмануть, но рысь на нее
    прикрикнула:
    - Молчи лучше, твой язычок всякий знает, меня ты не проведешь! Иди на
    суд. На этот раз тебе спуску не дадут - виселица по тебе плачет. Скоро твоя
    шкура на шубу пойдет.
    Лиса про себя бормочет:
    - Видно, и впрямь надо идти на суд. А может статься, что перед смертью
    я еще шубу из твоей шкуры поношу.
    Увидел лису лев да как рявкнет на нее:
    - Ты, негодница, почему на суд не идешь? Лиса покорно отвечает:
    - О ваше величество! Не приходила я потому, что не знаю дороги. Заяц
    больно глуп, наболтал мне невесть что; кота леший в погреб затащил; волк в
    яму угодил; медведь за медом на дуб полез; рысь - самая умная, она меня
    верной дорогой вела, вот я и пришла к царю.
    Говорит лев:
    - Все звери на тебя жалуются. Жизни от тебя никому нет, поэтому ты
    будешь повешена. Отвечает лиса:
    - Если уж решили меня повесить, оправдываться не буду, у меня и в самом
    деле много грехов на совести. Я над зайцем посмеялась, кота в погреб
    заманила, волка - в западню, а медведя - на дуб к пчелам; под шумок стащила
    я у крестьянина утку и гуся; и все, на что звери жаловались, - чистая
    правда. Жаль только, что я рысь не сумела провести.
    Связали звери лису и потащили к виселице. Поднимается лиса по лестнице
    на виселицу и громко говорит:
    - Надо бы мне царю об одном важном деле сказать. Услыхал это лев, велел
    лисе сойти с виселицы и рассказать о своем деле. Поклонилась лиса царю и
    говорит:
    - Я сейчас умру, так на что мне мои сокровища, которые я с таким трудом
    накопила, все это я завещаю вам, ваше величество.
    Говорит лев:
    - Что ж, покажи мне свои сокровища.
    - Мои сокровища, - отвечает лиса, - далеко отсюда. Я очень замерзла и
    вся дрожу. Вот если бы рысь дала мне свою шубу, я бы могла пойти.
    Приказал лев содрать с рыси шкуру и дал ее лисе вместо шубы. Надела
    лиса шубу и говорит рыси:
    - Это за то, что не удалось мае тебя по дороге сюда обмануть!
    Повела лиса царя и всех зверей к своим сокровищам. Шли они, шли, стало
    лисе жарко, сняла она шубу и велела волку нести ее. Так шли они до самого
    вечера. Завела лиса царя и всех зверей в чащу, а сама сбежала - лесные
    тропинки то она лучше всех знала.
    Что было делать льву и всем зверям? Разошлись они кто куда. А лису так
    и не повесили - по сей день рыщет она жива и здорова по белу свету.

     

    Лиса и девка

    Поймала лиса петуха и тащит его. Увидала это девка и кричит: - Глядите,
    лиса петуха тащит! Говорит петух лисе:
    - Чего молчишь, дуреха? Скажи девке: а тебе какое дело, что лиса петуха
    тащит?! Рассердилась лиса на девку да как крикнет: - А тебе какое дело? Но
    только лиса пасть разинула, петух как рванется - и на дерево взлетел. Так и
    пришлось лисе убраться ни с чем.

     

    Как лиса летать училась

    Много лиса всяких хитростей знала, только вот по воздуху летать еще не
    умела. Пошла она к аисту, чтоб и этой премудрости обучиться.
    Ухватил аист лису за загривок и поднял в воздух. Подумала лиса: "Ну
    вот, и научилась я летать!" - и попросила аиста отпустить ее. Отпустил ее
    аист, и лиса камнем полетела вниз да прямо на пень. Успела лиса крикнуть
    пню:
    - Посторонись, болван! Но пень даже не шелохнулся. Ударилась лиса о
    пень да так ушиблась, что и подняться не может - лежит, словно мертвая, с
    вытянутым хвостом. С того времени лисы не пробуют летать по воздуху и до сих
    пор хвост на отлете держат.

     

    Как лиса хотела в дружбе с петухом жить

    Забрался петух с курами на дерево ночевать. Подошла к дереву лиса и
    говорит:
    - Слышал ли ты, петушок, радостную весть: все звери и птицы отныне
    должны в дружбе жить. Спускайся смело вниз, я тебя не трону.
    - До чего ж это слышать приятно! - отвечает петух, а сам все куда-то
    вдаль смотрит.
    Спрашивает лиса:
    - Что ты там видишь, петушок?
    - Вижу, бегут сюда три большие собаки, - отвечает петух, - верно, и они
    эту радостную весть нам несут.
    - Ах чтоб их черти забрали! - закричала лиса и убежала.

     

    Лисьи сани

    Шла однажды лиса по полям, по лесам и лапоть нашла. Шла она, шла,
    наступил вечер, заходит она в одну избушку и просит:
    - Пустите переночевать, люди добрые. Пустил ее хозяин.
    - А куда мне на ночь лошадку свою поставить? -спрашивает лиса.
    - Да привяжи возле дверей, - отвечает хозяин.
    - Нет, не могу, - говорит лиса. - Моя лошадка привыкла в курятнике
    спать. Не стал хозяин с лисой спорить:
    - Что ж, веди свою лошадку в курятник.
    Ночью прокралась лиса в курятник, расплела лапоть, обмотала лыко вокруг
    шеи петуха и опять спать улеглась.
    Утром лиса и хозяин пошли лапоть смотреть. Лиса первая вбежала в
    курятник да как закричит:
    - Хозяин, хозяин, иди посмотри, твой петух мой лапоть съел! За это ты
    мне должен петуха отдать.
    Хоть и жаль хозяину петуха отдавать, да что поделаешь - пришлось.
    Взяла лиса петуха и дальше в путь отправилась. Шла она, шла, вечер
    наступил, заходит лиса опять в избу и на ночлег просится.
    - Что ж, оставайся, коли пришла, - говорит хозяин.
    - А куда мне на ночь лошадку свою поставить? - спрашивает лиса.
    - Да тут же ее и привяжи.
    - Нет, не могу, - говорит лиса. - Моя лошадка привыкла с овечками
    спать.
    Не стал хозяин с ней спорить:
    - Что ж, веди свою лошадку к овцам.
    Отнесла лиса петуха в овчарню, а сама вернулась в избу и легла спать.
    Ночью она встала, прокралась в овчарню, разорвала петуха, съела, а кишки
    барану на шею намотала.
    Утром лиса с хозяином пошли в овчарню. Лиса первая вбежала и как
    закричит:
    - Хозяин, хозяин, иди посмотри, твой баран моего петуха съел! Теперь
    отдай мне барана вместо петуха.
    Очень не хотелось хозяину барана отдавать, да делать нечего - пришлось.
    Взяла лиса барана и пошла дальше. Шла она, шла, вечер наступил. Заходит
    лиса в избу и просит:
    - Пустите переночевать.
    Пустил ее хозяин.
    - А куда мне на ночь лошадку свою поставить? - спрашивает лиса.
    - Пусти ее к моим лошадям, - отвечает хозяин.
    Нет, не могу - говорит лиса. - Моя лошадка привыкла в коровнике спать.
    - Ну, тогда веди ее к коровам, - согласился хозяин.
    Отвела лиса барана к коровам. Ночью прокралась она в коровник,
    разорвала барана и съела, а шерстью и кровью коровам морды да рога вымазала.
    Встала утром лиса и в путь собирается. Пошла она в коровник за своей
    лошадкой. И хозяин с ней пошел. Лиса первая вбежала да как закричит:
    - Хозяин, хозяин, иди посмотри, твоя корова моего барана разорвала.
    Взамен ты мне должен корову отдать.
    Очень не хотелось хозяину корову отдавать, да делать нечего - пришлось.
    Взяла лиса корову и пошла дальше. Шла она, шла, и вот вечер наступил.
    Заходит лиса в избушку и просит:
    - Пустите переночевать.
    Пустил ее хозяин.
    Перед тем, как спать ложиться, спрашивает лиса хозяина:
    - А куда мне на ночь лошадку свою поставить?
    - Отведи ее к моим лошадям, - говорит хозяин.
    Отвела лиса корову к лошадям. Ночью прокралась она в конюшню, разорвала
    корову, наелась, а кровью вымазала лошадям морды.
    Утром встала лиса и в дорогу собралась. Пошла она в конюшню за своей
    лошадкой, и хозяин с ней пошел. Лиса первая вбежала да как закричит:
    - Хозяин, хозяин, иди посмотри, твои кони мою корову съели!
    Смотрит хозяин: в самом деле, у его лошадей морды в крови.
    - Вместо коровы ты мне должен лошадь отдать, говорит лиса.
    Ну, что поделаешь? Должен так должен. Отдал он лисе лошадь.
    - Что ж я с одной лошадью делать-то буду? - говорит лиса. - Ты уж мне и
    сани дай.
    - Дал ей хозяин сани. А лиса все не унимается:
    - Коли ты дал мне лошадь и сани, то дай и сбрую в придачу.
    Хоть и не хотелось хозяину сбрую лисе отдавать, но так она к нему
    пристала, что дал он ей и сбрую.
    Запрягла лиса лошадь, села в сани и едет как барыня.
    Едет она, едет, встречает зайца.
    - Куда это ты, кума, путь держишь? - спрашивает заяц. - Подвези меня.
    А лиса и слушать зайца не хочет. Наконец сжалилась она:
    - Так и быть, - говорит, - поставь одну лапку в сани.
    Поставил заяц в сани одну лапку, лиса едет, а заяц сзади скачет. Вконец
    заморился зайчишка, и тогда только позволила ему лиса в сани сесть. Сел заяц
    в сани, и поехали они вдвоем.
    Едут они, едут, встречают волка.
    - Куда это вы, кумовья, путь держите? - спрашивает волк. - Подвезите
    меня.
    Ни за что лиса не хотела волка брать. Но волк так ее упрашивал, так
    упрашивал, что она сжалилась наконец.
    - Ладно уж, - говорит, - поставь одну лапу в сани. Поставил волк одну
    лапу в сани, лиса поехала, а волк сзади прыгает. Прыгал он, прыгал и
    взмолился наконец:
    - Пусти, кума, в сани, сил моих больше нет. - Ладно уж, садись, -
    говорит лиса. Сел волк в сани, и поехали они втроем.
    Едут они, едут и встречают медведя.
    - Куда ж это вы, кумовья, путь держите? - спрашивает медведь. -
    Подвезите меня.
    Лиса сначала и слушать не хотела, но медведь так просил, что пожалела
    она его.
    - Ладно уж, - говорит, - поставь одну лапу в сани.
    Поставил медведь одну лапу в сани, лиса поехала, а медведь сзади на
    трех лапах ковыляет. Ковылял он так, ковылял, пока вконец не заморился.
    Сжалилась над ним лиса и позволила сесть в сани. Сел медведь в сани, и
    поехали они вчетвером: лиса, заяц, волк да медведь.
    Ехали они, ехали, вдруг оглобля сломалась. Делать нечего, один из них
    должен идти оглоблю искать. Стали думать, кому идти. Решили, что пойдет тот,
    кто первым к лисе в сани сел. Вот заяц и отправился оглоблю искать. Вскоре
    он вернулся с тоненьким прутиком. Лиса его еще издали увидала и кричит:
    - Что несешь? Не годится твой прутик!
    Послала лиса за оглоблей медведя. Пошел медведь и принес старую корягу.
    - Да разве из коряги, - кричит лиса, - можно оглоблю сделать?
    Выбранила она всех и сама собралась идти оглоблю искать, а медведю,
    волку и зайцу наказала лошадь сторожить.
    Только лиса ушла, набросились они на лошадь и съели ее. Вернулась лиса
    и ну ругаться, ну плакать! Наконец принялась допытываться, кто лошадь съел.
    Спрашивает зайца.
    - Не ел я, - клянется заяц.
    Спрашивает волка.
    - И я не ел, - божится волк.
    Спрашивает медведя.
    - А уж я-то и вовсе ни при чем, - отпирается медведь.
    - Ладно, - говорит лиса. - Раз не хотите признаваться, сделаем так:
    пойдем все по кладке через речку. Кто свалится с кладки, тот, значит, и
    виноват.
    Пошел заяц первым, ведь он первый сел к лисе в сани. Идет - и вдруг у
    бедняги одна лапка с кладки сорвалась.
    - Ага, - говорит лиса, - значит, ты съел один кусок.
    За зайцем волк пошел. Идет он, идет, и вдруг у него обе задние лапы с
    кладки сорвались.
    - Ага, - говорит лиса, - значит, ты два куска съел.
    После волка медведь пошел. Идет медведь, идет, да вдруг оступился и
    почти сорвался с кладки, только на одной передней лапе и удержался.
    - Ага, - говорит лиса, - значит, ты три куска съел.
    - А теперь, - объявила лиса, - я сама пойду. Вот увидите, что я ни в
    чем не виновата и пройду по кладке, даже не споткнувшись.
    Пошла лиса, идет, идет, дошла до середины кладки, оступилась да и
    угодила в реку. Заяц, волк и медведь посмеялись над лисой вдоволь и ушли.
    Видит лиса: не выбраться ей, утонуть придется. А на берегу у скворца
    гнездо было. Увидал скворец лису в воде, решил, что она к его птенцам
    подбирается, и начал жалобно кричать. Спрашивает его лиса:
    - Ты что кричишь?
    - Да вот, - отвечает скворец, - боюсь, как бы ты птенцов моих не съела.
    - Ладно, - говорит лиса, - не стану я трогать твоих птенцов, только ты
    набросай в реку хворосту побольше, чтоб я на берег выбраться могла.
    Набросал скворец хворосту в реку, и лиса выбралась из воды.
    Говорит лиса скворцу:
    - Что ты меня спас, за это тебе спасибо, но теперь ты меня накорми.
    - Как же я тебя накормлю? - спрашивает скворец.
    - А так, - отвечает лиса. - Ступай на дорогу и жди. Как пойдет по
    дороге старуха с хлебом, ты начни вокруг нее летать. Она мешок с хлебом на
    землю положит и станет тебя ловить, а я тем. временем хлеб стащу и поем.
    Вот идет по дороге старуха с хлебом. Стал скворец вокруг нее летать.
    Принялась старуха скворца ловить, и так и эдак пытается - ничего не
    выходит. Положила она хлеб на землю и погналась за птицей. А лиса схватила
    мешок, утащила его в кусты, ест себе хлеб да облизывается.
    - Накормил ты меня, - говорит лиса скворцу, -а теперь напои.
    - Как же я тебя напою? - спрашивает скворец.
    - А так, - отвечает лиса. - Иди на дорогу и жди. Как поедет по дороге
    старик с бочкой воды, ты сядь на затычку. Старик захочет тебя прогнать и
    ударит по затычке. Затычка выскочит, вода прольется, я и напьюсь.
    Вот едет по дороге старик с бочкой воды. Полетел скворец и сел на
    затычку. Рассердился старик, схватил топор и швырнул им в птицу. Скворец
    улетел, а топор выбил затычку, и полилась вода из бочки.
    Наелась лиса, напилась, а скворца все не отпускает.
    - Теперь рассмеши меня, - требует.
    - Как же я тебя рассмешу? - спрашивает скворец.
    - А так, - отвечает лиса. - Лети на гумно, что поблизости, там отец и
    сын молотят, так ты сядь отцу на затылок.
    Что поделаешь, полетел скворец на гумно. Сел он отцу на затылок. Хотел
    сын поймать птицу руками, да не вышло: не дается скворец в руки. Тогда
    рассердился сын и бросил в отца цепом, а лиса от радости хохочет заливается.

     

    Как волк шубу себе добывал

    Шел волк лесом, видит: дятел дерево долбит. Говорит он дятлу:
    - Эх ты, дятел, дерево долбишь, а меду не едал. А дятел отвечает: - Эх
    ты, волк, серый бок, баранов да овец таскаешь, а хорошей шубы не нашивал.
    Заплакал волк от обиды и ушел. Встречает по дороге лису. Спрашивает лиса: -
    Что, кум, плачешь?
    - Как же мне не плакать? Дятел сказал, что я-де баранов да овец таскаю,
    а хорошей шубы не нашивал.
    - Вон там на лугу, - говорит лиса, - жеребец привязан. Вытяни из земли
    колышек, веревку на себя на- мотай и тащи жеребца в лес. Вот тебе и шуба
    будет.
    Сделал волк, как лиса сказала. Пошел, вытянул колышек, намотал на себя
    веревку. Испугался конь, рванулся да помчался домой прямо по кочкам, по
    колдобинам. А лиса следом бежит, кричит:
    - Волк-куманек, хоть за ворота ухватись! Волк-куманек, хоть за ворота
    ухватись!
    Влетел конь во двор, сбежались тут бабы с вилами, мужики с топорами и -
    на волка. Так хозяин себе вол- чью шубу справил.

     

    Как лиса на крестины ходила

    Как-то раз, давным-давно, волк, медведь, заяц и лиса собрались сено
    косить. Каждый из них взял с собой завтрак: волк - мясо, медведь - горшок с
    медом, лиса -луковицу, заяц - кочан капусты.
    Косили они, косили, и решила лиса полакомиться медом, что медведь
    принес. Отвернулась она и негромко аукнула: "У-у!" Спрашивают косцы:
    - Будто звали кого?
    - Это сестрицы на крестины меня зовут, - ответила лиса, а сама побежала
    к горшку с медом. Съела треть горшка и вернулась на луг.
    - Как крестника назвали? - спрашивают косцы. - Початый, - отвечает
    лиса.
    - Початый, Початый, - удивляются медведь, волк и заяц, - имя-то какое
    чудное! А лиса напыжилась и спесиво так отвечает:
    - Барский ребенок - барское имя! Принялись они опять косить. Косят,
    косят, и снова лисе меду захотелось, отвернулась она и негромко аукнула:
    "У-у!" Спрашивают косцы: - Будто звали кого?
    - Да это сестрицы на крестины меня зовут, - отвечает лиса, а сама
    ворчит: - Ну можно ли в самую страду по крестинам разгуливать?
    Услыхали эти слова медведь, волк и заяц и пожурили ее:
    - Не дело говоришь! Раз сестры зовут, надо идти! Побежала лиса опять к
    меду и съела полгоршка. Вернулась на луг, а косцы и спрашивают:
    - Как крестника назвали? - Полупустой, - отвечает лиса.
    - Полупустой, Полупустой, - удивляются звери, - имя-то какое чудное! А
    лиса спесиво так отвечает:
    - Что ж тут удивительного, и дураку ясно: барский ребенок - барское
    имя! Ничего ей не сказали на это звери, косят дальше. Покосили немного,
    опять лиса отвернулась и негромко аукнула: "У-у!" - Будто звали кого? -
    спрашивают косцы. А лиса так и зашлась от злости:
    - Что ж это за напасть такая - в самую страду на крестины ходить! Нет,
    уж пусть на этот раз без меня крестят!
    Услыхали ее слова медведь, волк и заяц и пожурили лису:
    - Не дело говоришь! Раз сестры зовут, надо идти! Побежала лиса к горшку
    и доела мед. Вернулась на луг, спрашивают ее косцы:
    - Как крестника назвали? - Последненький, - отвечает лиса. -
    Последненький, Последненький, - удивляются звери, - имя-то какое чудное! -
    Что ж тут удивительного? Барский ребенок - барское имя, - отвечает лиса и
    знай себе косит дальше Вскоре медведю, волку и зайцу захотелось есть, но
    лиса-плутовка говорит им: - Разве можно сразу есть? Лучше сперва поспим.
    Согласились с ней медведь, волк и заяц и легли спать. Только они
    уснули, лиса подкралась к горшку, наскребла меду и вымазала волку пасть, а
    сама улеглась спать.
    Проснулись звери, встали и принялись за еду. Смотрит медведь: батюшки,
    горшок-то пустой! Тут он увидел, что у волка вся пасть в меду, и давай ему
    бока мять. Волк бросился бежать, медведь - за ним, а лиса с зайцем бегут
    следом и хохочут. Так они хохотали, что у зайца от смеха губа лопнула, да и
    по сию пору не срослась.

     

    Лиса, скворец и ворона

    Однажды весной свил себе скворец гнездо на небольшой березке и высидел
    птенцов. Когда птенцы его уже изрядно подросли, случилось мимо березки
    пробегать лисе.
    Глянула она вверх, увидала на вершине гнездо, а в нем скворчат, уже
    довольно больших, и подумала: "Лакомый кусочек, только как до него
    доберешься?" И решила она скворца провести. Говорит лиса старому скворцу:
    - Все уже обсеялись, а у меня даже сохи нет, придется срубить эту
    березку, чтоб соху себе сделать.
    - Голубушка, не руби березку, - взмолился скворец, - детки у меня
    совсем еще малые, куда ж им тогда деваться?
    - А мне какое дело? - говорит лиса. - Отдай мне одного скворчонка,
    тогда не стану рубить.
    Задумался скворец: что же делать? Видно, и впрямь придется лисе
    скворчонка отдать, но которого? Какой палец ни уколешь - всем больно. Тут,
    откуда ни возьмись, - ворона.
    - Не бойся, скворушка, - утешает она его, - не срубить ей березы:
    топора-то у нее нет.
    - А вот мой топор, - говорит лиса да хвостом своим пушистым помахивает.
    Понял скворец, что ничего лиса не сделает таким топором.
    - Руби, - говорит.
    Да разве дерево хвостом срубишь?
    Рассердилась лиса на болтливую ворону и решила ей отомстить. Только как
    это сделать? Взбежала она на пригорок и распласталась на земле. Пролетала
    старая ворона мимо пригорка, видит: дохлая лиса лежит. Села она возле лисы и
    только изготовилась клюнуть, как лиса - цап! - и схватила ее.
    - Попалась, советчица! - говорит. - Сейчас я с тобой расправлюсь.
    - Только не делай со мной того, что с моим дядькой сделали, -
    взмолилась ворона.
    - А что же с твоим дядькой сделали? - спрашивает лиса.
    - Да его в ступицу колеса засунули и с горы спустили.
    Решила лиса расправиться с вороной так же, как с ее дядькой
    расправились. Раздобыла она, не мешкая, колесо, засунула в ступицу ворону и
    спустила с горы. А как же ворона? Ее лиса с одной стороны в ступицу сунула,
    а она с другой и вылетела. Только тогда лиса догадалась, что ворона ее
    провела.

     

    Лиса и волк

    Однажды лиса стащила где-то сыр и бежит с ним к себе в нору. По дороге
    встречает она волка.
    - Куда идешь, кума? - спрашивает волк. - На свадьбу, куманек. - Возьми
    меня с собой, кумушка, - просит волк. - Ишь, чего захотел, - говорит лиса, -
    у тебя ж и гостинца нет. - А какой гостинец на свадьбу нести? - спрашивает
    волк. - Сыр, конечно. - Где ж взять его? - Вон в той речке, - говорит
    лиса, - было два сыра, один я взяла, другой остался.
    - Покажи мне, где это, - просит волк. Согласилась лиса. Подошли они к
    речке, видят: луна в воде отражается. Лиса и говорит:
    - Вот сыр. - Как же мне, кума, до сыра добраться? - спрашивает волк. -
    Выпей речку, - отвечает лиса, - а сыр на дне останется.
    Пил волк, пил да и лопнул. Взяла лиса длиннющее лыко, стянула волку
    брюхо, и он снова стал пить, пока всю воду не выпил; глядит - а сыра-то
    больше нет.
    - Видно, пока мы пили, кто-то сыр унес, - говорит лиса. - Что ж, пойдем
    на свадьбу с одним сыром.
    Ладно. Пришли они на свадьбу и пустились плясать. Тут лиса дернула
    лыко, что волчье брюхо стягивало. Хлынула из брюха вода и всю избу залила.
    Набросились люди на волка и ну его колотить, а лиса не зевает - собрала
    все сыры и пироги, да только ее и видели.
    Надолго лисе добычи хватило.
    А волка убили, шкуру его продали и на эти деньги ружье купили. Из того
    ружья лису застрелили. И нору ее отыскали, а в ней лисята были. Убил охотник
    лисят и шкурки их продал. А из самой лисы воротник себе на шубу сделал.

     

    Битый небитого несёт

    Нашла однажды лиса рыбу, перетаскала ее к копне и за еду принялась.
    Идет мимо голодный волк, видит; лиса рыбу ест. Подошел к ней и говорит:
    - Здорово, кума! - Здравствуй, куманек, здравствуй! - отвечает лиса.
    - Кума, дай мне хоть одну рыбку! - просит волк.
    - Иди-ка, кум, налови сам! - отвечает ему лиса. - Немало я труда
    положила, чтоб рыбку эту добыть.
    - Да не умею я, кума, - говорит волк, - научи меня!
    - Так уж и быть - научу! Видишь: возле села - озеро, а в том озере -
    прорубь. Сядь у проруби и опусти хвост в воду, за ночь-то и наловишь рыбы.
    Послушался волк лису. Пришел он ночью к проруби, опустил хвост в воду и
    сидит. А ночью ударил сильный мороз, вода в проруби замерзла, и волчий хвост
    вмерз в лед. Раз пошевелил волк хвостом - тяжело. Другой раз пошевелил - еще
    тяжелее. Видно, хорошо рыба клюет. "Подожду еще, - думает волк, - пусть
    побольше клюнет", - и сидит, не шелохнется.
    Под утро прибежала лиса.
    - Ну как, кум, клюет? - спрашивает. - Клюет, кума, клюет! - отвечает
    волк.
    - Ну что ж, посиди еще. Посидишь подольше - наловишь побольше, -
    посоветовала лиса и убежала. Но только не в лес. Побежала плутовка в село и
    сказала бабам, что волк в проруби воду хвостом мутит.
    Не поверили сначала бабы, помчались к озеру, видят: в самом деле сидит.
    Сбежалось к проруби все село - кто с палкой, кто с колом, кто с кочергой -
    волка бить. Рванулся волк бежать, да не может: хвост примерз. Налетели люди
    на волка и давай его колотить - кто палкой, кто колом, кто кочергой. Шум
    поднялся неимоверный: люди кричат, волк от боли воет. Наконец дернулся серый
    изо всех сил, вырвал хвост - всю шкуру с него содрал - и пустился бежать со
    всех ног.
    А лиса тем временем забралась в избу, Опрокинула квашню с тестом,
    сунула туда голову, вымазалась вся тестом и помчалась в лес.
    Встретил ее волк, плачет горькими слезами:
    - Ах, кума, как ты меня обманула! Ни одной рыбки не поймал и сам еле
    ноги унес.
    - Плохо, кум, ох, как плохо, - стонет лиса, - а мне и того хуже. Бежала
    я тебе на помощь, да по пути на баб наскочила. Одна баба так меня кочергой
    по голове огрела, что мозги наружу повылезли. Видишь: на затылке они уже
    засыхают.
    - Ай-яй, кума, так тебе, стало быть, еще почище моего досталось, -
    пожалел лису волк. - Садись-ка мне на спину, я тебя поднесу немного, нам
    мешкать нельзя. Слышишь: собаки лают. Нападут на след, догонят, еще хуже
    будет. Бежим, кума!
    - Ох, куманек, доброе у тебя сердце! - говорит лиса. - Донеси меня до
    норы, там я, может, отлежусь. А не то конец м"е, сил моих больше нет, самой
    до дому не добраться.
    Посадил волк лису себе на спину и потащился по глубокому снегу. Сидит
    лиса на спине у волка и шепчет:
    - Битый небитого несет, битый небитого несет! Услышал волк: шепчет
    что-то лиса - и спрашивает:
    - Ты о чем, кума? - Молюсь я, - отвечает лиса и вслух продолжает: -
    Битый битого несет.
    Плетется волк дальше, а лиса опять шепчет: - Битый небитого несет,
    битый небитого несет!
    Так целехонькая лиса на избитом волке до своей норы добралась.

     

    Как собака волку сапоги шила

    Жила на одном дворе старая-престарая собака. Много она послужила на
    своем веку хозяину, а теперь ничего больше не могла делать. Однажды хозяин и
    говорит:
    - Что толку такого старого пса держать? Придется прогнать его в лес. И
    выгнал собаку из дому.
    Пришлось бедняге уйти: попробуй остаться, если по твоей спине палка
    гуляет. Пришла она на опушку леса, легла на солнышке и думает, как же ей
    дальше жить. Увидела рядом кость и принялась ее грызть.
    Прибежал на опушку волк и спрашивает собаку:
    - Ты что делаешь?
    - Да вот сапоги шью, - отвечает собака, - ноги-то уже не гнутся, когти
    все пообломались - без сапог шагу не ступишь.
    Тут волк подумал, что ведь и у него когти никуда не годятся: вон давеча
    как ступил на лед, так еле на ногах удержался.
    - А мне можешь сапоги сшить? - спрашивает волк собаку. - Отчего ж
    нет, - отвечает собака, - принеси мне только ягненка покрупнее. - За
    ягненком дело не станет, - говорит волк, - завтра получишь. Наутро притащил
    волк целого барана. - А когда за сапогами приходить? - спрашивает. - Приходи
    через три дня, - отвечает собака.
    Ладно. Через три дня является волк к собаке за сапогами. А что ж
    собака? А собака съела барана, про сапоги же и думать не думает. Говорит она
    волку:
    - Ох, приятель, скверную ты кожу принес: я ее на колодку натянула, а
    она расползлась. Если из нее сапоги сшить, что ты с ними делать станешь?
    Волк только облизнулся: он бы тоже от жирного барашка не отказался, да
    что поделаешь - что с возу упало, то пропало.
    - Я бы тебе за три дня сапоги сшила, - говорит собака, - только ты
    принеси теленка, да пожирнее, у него шкура вроде бы покрепче, чем у барана.
    Уж очень хотелось волку в сапогах походить. Принес он на другой день
    собаке большого жирного теленка. А собака опять:
    - Приходи через три дня за сапогами. На третий день доела собака
    теленка, а про сапоги и не думает. Явился волк за сапогами, а собака снова
    кожу поносит:
    - Только ее на колодку натянула - она опять вся разлезлась. Разве из
    такой кожи сапоги сошьешь? На такие сапоги, что ты хочешь, телячья кожа не
    годится, на них жеребячья кожа нужна.
    - Ладно,- говорит волк,- принесу тебе жеребенка, но на этот раз чтоб
    были сапоги.
    Собака клянется, лапы к груди прижимает: будут сапоги, из жеребячьей
    кожи сапоги выйдут на славу.
    Ушел волк, а на другой день притащил большого жеребенка, уже
    подкованного.
    - Приходи через три дня за сапогами, - говорит собака.
    Через три дня спозаранку явился волк за сапогами. А собака жеребенка
    съела, только копыта остались.
    Увидела она волка в такую рань и совсем, бедняга, перепугалась. Тут ей
    копыта жеребячьи на глаза попались - ну чем не сапоги? Протянула их волку:
    - Надевай, приятель, в таких сапогах и на льду покатаешься.
    Волк чуть не запрыгал от радости и тут же натянул сапоги. Вскочил и
    побежал скорей на лед кататься. Эх, дурья голова! Разве в таких сапогах на
    льду катаются? Только ступил волк на лед, лапы у него разъехались, и он - ни
    взад, ни вперед.
    - Эй, - кричит он собаке, - помоги до берега добраться!
    Подбежала собака, схватила волка за загривок да как рванет через весь
    пруд - дескать, пусть прокатится хорошенько.
    Как раз мимо люди в лес по дрова ехали. Видят: собака волка по льду
    таскает. Решили они, что старый пес на волка напал да сладить с ним не
    может - сил не хватает. Бросились они на помощь собаке и как следует
    посчитали волку ребра.
    После этого хозяин опять взял собаку к себе, и жила она у него до самой
    смерти.

     

    Как собака и волк врагами стали

    У одного богатого крестьянина была очень скупая жена. Она тряслась над
    каждым грошом, собаку и ту кормить не велела. Собака, голодная и тощая,
    целыми днями по полям да лесам бегала, еду искала.
    ВстретВстретила как-то раз собака волка.
    - До чего же ты отощала! - удивляется волк. - Как не отощать:
    хозяйка-то меня вовсе кормить не велит, - отвечает собака.
    Стали они оба думать, как бы так сделать, чтоб харч получше был.
    Наконец волк придумал.
    - Завтра твоя хозяйка, - говорит он собаке, - пойдет бобы рвать, и ты с
    ней иди. Она с собой ребеночка возьмет, а чтоб работать не мешал, на край
    канавы его положит. Станет она бобы рвать, ребенка-то ей и не видно будет,
    вот тогда я подберусь поближе, изловчусь, схвачу ребеночка и в лес побегу.
    Ты за мной гонись, только спотыкайся почаще - пусть хозяйка думает, что у
    тебя сил совсем нет. В лесу ты меня нагонишь, ребеночка отберешь и хозяйке
    принесешь. Уж тогда-то она тебя кормить станет как следует.
    Ладно. Как решили, так и сделали. На другой день после обеда пошла
    хозяйка бобов к ужину нарвать и ребеночка с собой взяла: мал больно, одного
    дома не оставишь, и присмотреть за ним некому - все в поле. Положила хозяйка
    ребеночка на траву, сама за бобы принялась, а волк уже в ивняке сидит,
    выжидает, и собака тут же на поле вертится.
    Наклонилась хозяйка, а волк прыг из кустов, схватил ребеночка и - в
    лес. Бьется ребенок, кричит, но волк его крепко держит. Подняла женщина
    голову и обмерла. Разве волка догонишь? Погиб ребенок! Заплакала женщина,
    запричитала, вдруг видит: собака за волком изо всех сил гонится. Бежит
    собака, а сама то и дело спотыкается, падает, снова вскакивает и бежит.
    - Совсем обессилела, бедняжка, - сокрушается женщина.
    Скрылись волк и собака в лесу, а у хозяйки и руки опустились. Но тут
    выскочила собака из лесу и ребенка в зубах несет. Хозяйка от радости не
    знает, как собаке угодить, чем ее попотчевать. С того дня началась у собаки
    райская жизнь. Ела она, что хотела, спала, сколько могла. Лучшей доли и не
    придумаешь.
    Не забыла собака, как она раньше голодала да горе мыкала, и все хотела
    волка за помощь отблагодарить. А осенью в том доме, где собака жила, свадьбу
    справляли. Позвала собака на свадьбу и волка.
    Пришел волк к вечеру, а в дом идти один боится. Сидит у ворот, собаку
    ждет. Привела собака волка в избу и велела ему под кроватью спрятаться.
    Таскает ему собака всякие яства со стола, волку и съесть всего не под силу.
    Наелся волк до отвала, хмельного изрядно хлебнул, и вот ему уже море по
    колено. Заорал он под кроватью диким голосом, завыл, гости и услыхали. Пошла
    тут потеха! Гостям веселье: надо же, такой дурной да пьяный волк с ними на
    свадьбе гуляет. Похватали люди кто кол, кто палку и давай волка из-под одной
    кровати под другую гонять, и изрядно ему бока намяли.
    Убежал волк в лес, а по дороге весь хмель у него из головы выветрился.
    Решил он, что собака нарочно все это подстроила. И поклялся он дружбу с
    собакой больше не водить да еще и войной на нее пойти. А то ему невдомек,
    что сам виноват: зачем пил, зачем буянил?
    Бродит волк по лесу, рать себе собирает. Встретил медведя.
    - Не пойдешь ли, - спрашивает, - ко мне воеводой? Собака меня надула,
    на нее войной иду.
    - Ладно, - согласился медведь, - пойду к тебе воеводой. Вот идут и
    встречают кабана. - Пойдем с нами, - говорит волк, - мы на собаку войной
    идем.
    - Ладно, - согласился кабан, - пойду с вами. Идут все трое дальше и
    встречают зайца. Волк - к зайцу:
    - Пойдем с нами, мы на собаку войной идем. Ну, как заяц собаку любит,
    все знают. Не стал заяц отказываться, пошел с ними.
    Идут они уже вчетвером - волк, медведь, кабан и заяц. Встречают лису.
    Волк - к ней:
    - Пойдем, кума, с нами, мы на собаку войной идем. Надо бы тебе в этот
    раз с собакой счеты свести.
    - Да ладно уж, - отвечает лиса, - иду!
    Пришли все пятеро на поле боя и ждут собаку с ее войском. Ратники у
    волка - один к одному. Волку в драку не терпится, а собаки все нет.
    Собака жила себе потихоньку, беды не чуяла, как вдруг слышит: волк идет
    на нее войной. Опечалилась собака: неладно это - со старым другом воевать,
    да что поделаешь, коли волк сам того хочет. Нет у собаки рати, бродит она по
    двору и нос повесила.
    - Что это с тобой, - спрашивает ее петух, - ты словно сама не своя
    ходишь, головы не подымаешь?
    - Не с чего мне веселиться, - отвечает собака, - волк на меня войной
    идет, а с кем я против него выйду?
    - Возьми меня с собой, - говорит петух. - И то ладно, идем. Идут они, а
    навстречу им кот. - Вы куда? - спрашивает. - Да с волком воевать. - И меня
    возьмите, - просит кот. - Идем, коли хочешь, - говорит собака. Так и пошли
    они втроем против волка.
    Волчья рать тем временем попряталась. Решили звери дождаться собаки,
    напасть на ее рать врасплох и разбить. Залез волк в кучу хвороста, только
    хвост его, как на грех, торчит из кучи. А у волка привычка хвостом шевелить.
    Подошли собака, кот и петух. Увидал кот: шевелится что-то в куче хвороста.
    "Мышь", - подумал он и цап волка за хвост. Волк с перепугу бежать бросился.
    Кот тоже струхнул и - на дерево. Да вот незадача - прямо на медведя угодил.
    А тот со страху как грохнется на землю, так и дух из него вон. Увидали
    волчьи ратники: лежит их воевода на земле, не дышит - и бросились
    врассыпную. Так собака со своими друзьями победила волчью рать.

     

    Сказка о непослушном волчонке

    Пошли однажды козел, баран, кот, петух и гусь свет поглядеть. К ночи
    добрались они до лесу и решили избушку себе построить. Козел деревья валил,
    баран сучья обрубал, кот когтями мох сдирал, чтоб щели законопатить, петух
    камыш для крыши ломал, а гусь крышу настилал. Работали дружно, и скоро
    избушка была готова. Поужинали они и улеглись спать. Козел лег возле стола,
    баран - у печки, кот - за печкой, гусь посредине избушки устроился, а петух
    на насест взлетел. Устали они за день - как легли, так вскоре и захрапели.
    А в полночь вывела волчиха двух своих волчат ремеслу волчьему обучать.
    Случилось им мимо избушки идти. Увидела волчиха избушку, удивилась.
    - Чудеса! - говорит. - Утром здесь шла - ничего не было, а нынче
    избушка словно из-под земли выросла!
    - Заглянем в избушку, - просятся волчата, - посмотрим, кто там живет!
    - Нельзя, нельзя, - отвечает волчатам мать, - неровен час, в беду
    попадем.
    Отошла волчиха подальше в лес и улеглась спать. Пока мать спала, один
    из волчат побежал к избушке. Вошел он в избушку, а тут его козел так рогами
    попотчевал, что все ходуном заходило. Проснулись остальные путники, и каждый
    спешит незваного гостя полюбезнее встретить. Баран боднул его в бок, кот
    когтями по морде погладил, гусь принялся пыль из его шубки выколачивать и
    зубы так и норовит выбить, а петух спросонья как заорет:
    - Где он, где он? Дай и мне мою долю!
    Волчонок еле ноги унес. Наутро спрашивает волчиха сына:
    - Почему у тебя шерсть повыдрана? Почему ты весь в ссадинах?
    - Пока ты спала, - заскулил волчонок, - я к избушке пошел. Только дверь
    отворил, а меня кто-то - раз! - железными вилами к стене прижал, второй
    дубинкой по ребрам прошелся, третий в глаза плюнул и оплеух надавал,
    четвертый двумя плетками бил, а еще один орал: "Где он, где он? Дай и мне
    мою долю!" Хорошо еще, что он до меня не добрался.
    - Это, сынок, тебе впредь наука, - сказала волчиха сыну. - Я ж тебе не
    велела туда ходить. Всегда слушай, что мать говорит!

     

    Волк и телята

    Бродил волк вокруг загона и жадно на телят косился. - Не пяль глаза на
    моих телят! - крикнул хозяин.
    - Что же это, из-за твоих телят мне и в загон нельзя заглянуть? - важно
    ответил волк.

     

    Козёл-хвастун

    Пил козел воду в реке. Напившись, топнул копытом и сказал: - Мне сам
    волк не страшен!
    Услышал это волк и кричит из кустов:
    - Эй, Андриев, что ты там мелешь?
    - Ах, ваше благородие, да ведь у пьяного и речи пьяные!

     

    Как баран волка проучил

    Отбился однажды от стада большерогий баран. Бегает, бедняга, блеет,
    овец ищет. И вдруг нос к носу с волком столкнулся.
    - Стой! - рявкнул волк. - Ты-то мне и нужен, я тебя съем!
    - Наконец-то! - говорит баран. - Я весь день смерти ищу, набегался,
    измучился и вот - нашел. Ты стань там внизу и разинь пасть пошире. А я с
    горы разбегусь да и прыгну тебе прямо в брюхо живьем. Слыхал я, что так мое
    мясо в десять раз вкуснее.
    Волк сразу же побежал под гору, встал там и пасть разинул - шире
    некуда. Баран как следует разбежался да как стукнет волка рогами по голове,
    тот и полетел вверх тормашками. А баран посмеялся над волком и ушел.
    Очухался волк, поднялся и удивляется:
    - Вот бегает, так бегает - только огнем в глазах полыхнуло! Что-то не
    пойму я, то ли он сквозь меня проскочил, то ли мимо промчался, а в брюхе у
    меня его как будто нет.

     

    Комар и волк

    Спросил комар волка: - Куда, сосед, так торопишься? - На пастбище,
    лошадь хочу загрызть, - ответил волк.
    - Что ты, - пискнул комар, - разве лошадь одолеешь? Раз собралась нас
    тьма-тьмущая около одной лошади, но только и сумели, что повалить ее. Да
    притом она половину из нас задавила, а тем, кто в живых остался, все равно
    не удалось конины отведать.
    - Что ж, - вздохнул волк, - придется, видно, в другом месте счастья
    попытать.

     

    Как волк козла тащил

    Схватил волк козла и поволок в лес. А коза вслед ему кричит: - Муженек,
    Микинь! Вот уходишь ты из дому, а скоро ли вернешься?
    - А это как дела пойдут, - отвечает козел, - может, и совсем не
    вернусь.

     

    Собака и заяц

    Сидел как-то заяц на опушке леса, передние лапки скрестил и знай себе
    насвистывает, да так, что весь лес звенит. А мимо собака шла. Слышит она:
    свистит кто-то, и остановилась послушать. "Ну до чего ж хорошо свистит! -
    подумала она. - Кто ж это насвистывает так красиво?" Посмотрела она по
    сторонам и увидала зайца.
    - Так это ты, братец Янцис! - удивилась она. - Посвисти-ка, дружок,
    еще, очень мне нравится, как ты свистишь.
    Засвистел заяц.
    - Как хорошо! - вздыхает собака. - Не научишь ли ты и меня свистеть?
    - Нет, голубушка, - отвечает заяц, - тебя-то как раз и нельзя научить
    свистеть.
    - Это почему? - спрашивает собака.
    - С таким ртом, как у тебя, не посвистишь.
    Сел заяц на задние лапки и опять насвистывает, а собака стоит рядом и
    слушает. Послушала немного и снова стала упрашивать зайца, чтоб он научил ее
    свистеть.
    - У тебя рот слишком узкий, - говорит ей заяц. - Был бы он чуточку
    пошире, может, ты и научилась бы свистеть.
    - А ты не можешь мне рот пошире сделать? - спрашивает собака.
    - Пожалуй, я мог бы немножко его распилить, тогда он станет пошире, -
    отвечает заяц.
    Очень хотелось собаке научиться свистеть, так хотелось, что согласилась
    она потерпеть, пока заяц рот ей пилить будет.
    - Ладно уж, братец Янцис, - говорит собака, - пили, так и быть. Больно
    будет - я потерплю, только бы свистеть научиться.
    Взял заяц пилу и распилил собаке рот пошире.
    - Попробуй теперь свистнуть, вот так, как я, - сказал заяц и свистнул.
    Собака тоже хотела свистнуть, да не тут-то было.
    И так пробует она свистеть и эдак, но вместо свиста у нее только одно
    получается: "Гав, гав, гав!" Рассердилась собака на зайца:
    - Ты зачем мне рот распилил? Ты зачем мне сказал, что я свистеть
    научусь? Вот я тебя сейчас проучу!
    Бросился заяц со всех ног, собака - за ним. Плохо пришлось бы зайцу, да
    успел он в нору юркнуть. В то время у зайцев хвосты были гораздо длиннее,
    чем нынче. Когда собака подбежала, заяц уже в норе сидел, только хвост его
    из норы торчал. Тут собака ему хвост и откусила. С той поры у всех зайцев
    хвосты короткие, а когда собака зайца встретит, она гонится за ним и лает:
    "Гав, гав, гав!"

     

    Лошадь и медведь

    Была у одного крестьянина старая лошадь. Подковал ее мужик на все
    четыре ноги, отвел в лес и оставил там. Бродит лошадь по лесу, травку
    щиплет.
    Ходила она так, ходила и однажды медведя встретила. Говорит медведь
    лошади:
    - Я тебя съем! - Да как же ты меня есть станешь, - отвечает ему
    лошадь, - ведь я старая. - Ничего, как-нибудь съем, зубы у меня острые.
    - Коли так, - говорит лошадь, - пойдем к камню. Кто из него огонь
    высечет, тот и съест другого.
    Согласился медведь, и пошли они к камню. Пришли, лошадь и говорит
    медведю:
    - Бей по камню! Стал медведь по камню бить, бьет, бьет, а огня высечь
    не может. - Теперь я попробую из этого камня огонь высечь,- сказала лошадь.
    Подняла она ногу да как стукнет по камню, искры так и посыпались.
    Увидел медведь, что лошадь огонь высекла, и - бежать. А лошадь вслед
    ему кричит:
    - Стой! Я тебя съем! За пригорком встретил медведь волка. - Ты кого ж
    так испугался? - спрашивает волк. - Зверь в лесу объявился, чуть не съел
    меня: еле ноги унес. - Да что ж это за зверь такой? - удивляется волк. -
    Хвост у него длинный, и на шее грива растет, - рассказывает медведь.
    - Ну и дурень же ты, - смеется волк, - да это ж лошадь, а лошадей я сам
    ем. Отведи-ка меня туда, где ты этого зверя видел.
    Прошли они немного, медведь и говорит:
    - Вон она ходит! - Где? Не вижу я, - говорит волк. Обхватил медведь
    волка, приподнял и спрашивает: - Теперь видишь?
    - И теперь не вижу, - отвечает волк. Сжал медведь волка покрепче,
    поднял повыше, опять спрашивает:
    - А теперь видишь?
    Волк не то что говорить, дохнуть не может. А медведь еще крепче его
    сжал, еще выше поднял и опять спрашивает:
    - Ну, теперь-то видишь ее?
    Не отвечает ему волк - от медвежьих объятий из него уж и дух вон.
    Рассердился медведь:
    - Ну и олух! Хвастался, что лошадей ест, а как увидел одну, так со
    страху слова вымолвить не может.
    Бросил медведь волка оземь и убежал. А лошадь уже без опаски по лесу
    ходила.

     

    Старик и старуха

    Жили-были старик и старуха, и было у них пять овечек, собака
    короткоухая да лошадка короткохвостая. Пришел как-то волк и поет под
    окошком:
    Дед и бабка живут, Пять овец пасут, Дом собака стережет, На конюшне
    лошадь ржет.
    Говорит старуха:
    - Слышь-ка, старик, до чего ж красиво волк поет. Отдадим ему одну
    овечку. Отдали. Унес волк овцу, съел, а наутро опять пришел под окошко и
    поет:
    Дед и бабка живут, Четырех овец пасут, Дом собака стережет, На конюшне
    лошадь ржет.
    Говорит старуха:
    - Слышь-ка, старик, ну до чего ж красиво волк поет, отдадим ему еще
    одну овечку. Отдали. Унес волк овцу, съел, опять под окошко пришел и поет:
    Дед и бабка живут, Трех овец пасут, Дом собака стережет, На конюшне лошадь
    ржет. Говорит старуха: - Слышь, старик, до чего ж красиво волк поет, отдадим
    ему еще одну овечку. Отдали. Унес волк овцу, съел, а наутро снова пришел и
    поет под окошком: Дед и бабка живут, Двух овец пасут, Дом собака стережет,
    На конюшне лошадь ржет. Говорит старуха: - Слышь-ка, старик, до чего ж
    красиво волк поет, отдадим ему еще одну овечку. Отдали. Унес волк овцу, а
    наутро опять под окошком поет:
    Дед и бабка живут И одну овцу пасут, Дом собака стережет, На конюшне
    лошадь ржет.
    Говорит старуха:
    - Слышь-ка, старик, до чего ж красиво волк поет, отдадим ему и
    последнюю овечку. Отдали. Унес волк овцу, съел, а наутро опять под окошком
    затянул: Живет бабка, дед живет, Дом собака стережет, На конюшне лошадь
    ржет. Говорит старуха: - Слышь-ка, старик, до чего ж красиво волк поет,
    отдадим ему собаку короткоухую. Отдали. Унес волк собаку, съел, а наутро
    опять под окошком поет: Живет бабка, дед живет, На конюшне лошадь ржет.
    Говорит старуха:
    - Слышь-ка, старик, до чего ж красиво волк поет, отдадим ему лошадь
    короткохвостую.
    Отдали. Унес волк лошадь, съел, пришел утром под окошко и поет:
    Живет бабка, живет дед, Живет бабка, живет дед.
    Говорит старуха:
    - Слышь-ка, старик, до чего ж красиво волк поет, придется, видно, тебя
    ему отдать. Отдала старуха старика волку. Унес волк его, съел и опять под
    окошком поет:
    Живет бабка одна, Живет бабка одна.
    Говорит ему старуха:
    - Уж ты как хочешь, голубчик, пой или не пой, а у меня больше нет
    ничего.
    Тут волк через окошко в избу прыг! Старуха на печь - волк за ней.
    Старуха под печь - волк за ней. Поймал старуху и съел.

     

    Кто трусливее зайца

    Опостылела однажды зайцу жизнь. Да и как не опостылеть, когда все его
    преследуют? Днем охотники с собаками гоняют, ночью от волка, лисы и других
    зверей прятаться надо. А орел да ястреб сверху так и смотрят, как бы
    схватить. Даже кот и тот норовит в зайца вцепиться.
    "Такая тяжелая у меня жизнь, - сокрушается заяц. - Все меня гоняют, все
    меня обижают. Зачем мне, горемыке, жить на белом свете? Пойду-ка я лучше на
    озеро и утоплюсь".
    Отправился заяц на озеро - руки на себя наложить. А на берегу озера
    было множество лягушек. Как и заяц, жили они в страхе, все по сторонам
    озирались - как бы враг не подкрался. Увидели лягушки зайца, перепугались:
    что за чудовище появилось? Плюх! - и попрыгали одна за другой в воду. Увидел
    заяц, что лягушки от него удирают, и не стал топиться.
    - Вот здорово! - обрадовался он. - Ведь это они от меня убежали! Чего
    же мне горевать? Видно, лягушкам еще хуже, чем мне, живется. Вон их сколько,
    а одного зайца испугались.
    Развеселился заяц, и так он смеялся, что губа у него лопнула.
    С тех пор у зайца губа раздвоенная, а сам он больше жизнь свою не
    клянет и топиться не думает.

     

    Как заяц женился

    Однажды заяц подумал, что, будь он женат, ему бы жилось полегче.
    Приглянулась ему дочь одного крестьянина. Попросил заяц медведя невесту ему
    высватать. А девушка свату так ответила:
    - Нет, за зайца я не пойду.
    - Почему не пойдешь? - спрашивает медведь.
    - Хвост у него уж больно короткий, - отвечает она.
    Пошли среди зверей разговоры: так, мол, и так, отказалась крестьянская
    дочка за зайца идти, дескать, хвост у него короткий. Дошло это до волка.
    "Коли крестьянская дочь за зайца не идет, потому что хвост у него
    короткий, то уж за меня она пойдет - у меня хвост длинный", - решил волк.
    Попросил и он медведя быть сватом. Говорит медведь крестьянской дочке:
    - Твоя правда, не годится заяц тебе в женихи, потому что хвост у него
    короткий. Я другого жениха знаю, у него хвост куда длиннее.
    - Кто ж это такой? - спрашивает девушка.
    - Волк. Он у нас важный барин, и хвост у него длинный. Пойдешь за него?
    - Да, да, - согласилась девушка, - за такого барина я с радостью пойду.
    Передал медведь волку, что невеста согласна, волк обрадовался и
    пообещал устроить большой пир. Свадьбу решили сыграть в доме крестьянина,
    чтобы все видели, какая у волка невеста-красавица.
    В день свадьбы пошел волк зайца на пир звать, а заяц в постели лежит.
    - Приходи ко мне на свадьбу, - говорит волк.
    - Не могу, - отвечает заяц, - я вчера капустой да морковью объелся, а
    сегодня, видишь, болею.
    - Без тебя нам никак не обойтись, - опечалился волк, - где же я другого
    такого плясуна, как ты, возьму?
    - Я бы пошел, - отвечает заяц, - да плохо мне, не дойду так далеко. Тут
    волк и говорит:
    - Ладно, я надену седло и уздечку, ты на мне верхом поедешь, если я
    побегу слишком быстро, ты меня придержи.
    Согласился заяц. На полпути волк говорит:
    - Слезай, теперь дойдешь!
    - Не дойти мне, - отвечает заяц, - еще провези. Возле самого дома волк
    говорит:
    - Ну уж дальше я тебя не повезу. Увидят люди - засмеют.
    - Что ж, - отвечает заяц, - добром не побежишь, я тебя силой заставлю.
    Хлестнул заяц волка кнутом, и волку хочешь не хочешь пришлось дальше
    бежать.
    Остановился заяц у дома невесты, бросил поводья батраку и говорит:
    - Привяжи-ка мою лошадь покрепче, чтоб не убежала.
    Входит заяц к невесте и говорит:
    - За меня не пошла, потому что у меня хвост короткий. Волк тебе
    понравился, а ведь он у меня за верховую лошадь.
    - У тебя волк за верховую лошадь? - удивилась невеста.
    - Не веришь, пойди сама на конюшню погляди, - говорит заяц.
    Побежала девушка на, конюшню, видит: там оседланный волк привязан.
    Вернулась она в избу и вышла замуж за зайца. А волк от стыда подальше в лес
    убежал.

     

    Как заяц от дождя прятался
    В ненастный день заяц от дождя прятался: прыгнул под былинку и,
    довольный такой, говорит: - Ну и ливень на дворе!

    Как заяц с морозом поспорил

    Говорит как-то мороз зайцу:
    - Я тебя мигом в сосульку могу превратить!
    - А вот и не сможешь! - отвечает заяц.
    - А я говорю - смогу!
    - А я говорю - не сможешь!
    Так они спорили, спорили, чуть не подрались. Тут морозу пришла на ум
    хорошая мысль.
    - Давай, - говорит он зайцу, - об заклад биться!
    - Давай, - согласился заяц.
    Начал мороз зайца морозить. А заяц катается по снегу и кричит:
    - Барину тепло, барину жарко!
    "Ах, будь ты неладен! До чего ж крепкий заяц!" - думает мороз и что
    есть мочи лютует. Холода такого напустил, что у зайца глаза на лоб полезли.
    Но держится косой и кричит:
    - Барину тепло, барину жарко!
    Устал мороз, а заяц все по снегу катается и замерзать не думает.
    - Разве тебя заморозишь! - сказал мороз и отступился от зайца.
    С той поры заяц зимой не мерзнет, только вот глаза так и остались у
    него выпученными.

     

    Мышь домовая и мышь полевая

    Однажды летом в погожий день вылезла домовая мышь из норки и побежала в
    Силдруву к своей родне - полевой мыши.
    - Ну, здравствуй! Узнаешь ли еще свою родню?
    - Здравствуй, здравствуй! Как же мне сестрицу не узнать? До чего ж я
    рада, что ты меня навестила! А дорогу ты хоть знала, не плутала?
    - Чего там плутать?! Скажи-ка мне лучше, сестрица, что это за куча, вся
    в щетине?
    - Да это зерно проросло, моя единственная пища, - грустно отвечает
    полевая мышь.
    Домовая мышь только лапками всплеснула:
    - Ах ты господи! Да я бы на таких хлебах с голоду подохла. Ой,
    сестрица, у меня еда совсем не такая: на завтрак-мясо, на обед-сало, на
    ужин-сметана. И все это я на кухне достаю, стоит лишь из норки выскочить.
    Разве можно мою жизнь с твоей сравнить? Приходи ко мне, будем вместе жить.
    - Приду, сестрица, приду!
    И вот ночью вылезли сестрицы из-под пола и спрашивают сверчка:
    - Сверчок, а сверчок, дома ли кот?
    - Нет его, в Ригу уехал мышиные шкурки продавать! - отвечает сверчок.
    - Значит, можно идти, - обрадовалась домовая мышь. - Ты, сестрица,
    возле норки побудь, я сюда еду носить стану, а ты в норку тащи.
    Но едва домовая мышь шаг ступила, кот - прыг! - прямо на нее. Хорошо
    еще, что успела она в норку шмыгнуть, а не то бы несдобровать ей.
    - Не беда, - успокаивает домовая мышь полевую, - не вышло здесь, ну и
    ладно, пойдем через главную нору в амбар за салом.
    Пошли они в амбар, а тут опять беда: хозяин дверь открыл, а его
    собачонка так и кинулась на сестриц. Как увидела все это полевая мышь,
    тотчас собралась домой и говорит:
    - Лучше уж проросшее зерно грызть да страху не знать, чем по-барски
    есть да за шкуру свою дрожать, Я свое зерно сама собираю, а ты только и
    смотришь, как бы чужим добром поживиться. Прощай!

     

    Ёж и заяц

    Сговорились как-то два брата ежа зайца одурачить. На опушке леса была
    глубокая канава. Стали ежи на разных концах канавы, и тогда еж, что на этом
    конце стоял, говорит зайцу:
    - Эй, косой! Ты, говорят, бегаешь быстро, а я вот, пожалуй, перегоню
    тебя.
    - Да куда тебе! Пусть мне усы оборвут, если я этому поверю!
    - Чего там верить или не верить! Давай об заклад биться. Коли обгонишь
    меня, вырвешь у меня из шубы десять иголок, а если я тебя обгоню, вырву из
    твоих усов десять волосков. Ну что, идет?
    - Идет! Только жаль мне твоей шубы.
    - А мне - твоих усов. А теперь так: ты, заяц, повыше, поэтому бежать
    тебе по краю канавы, а мне - по дну.
    Ладно. Помчался заяц словно ветер и даже не оглянулся, бежит за ним еж
    или нет. Подбегает к другому концу, а еж уже там сидит.
    - Ты куда ж подевался? - говорит он зайцу. - Я замерз, тебя поджидаючи.
    - Ох, ежик, что-то мне в этот раз не повезло, побежим еще раз -
    обратно.
    - Так и быть, - согласился еж, - побежим! Помчался заяц быстрее
    прежнего. А на другом конце канавы еж его уже поджидает.
    - Я из-за тебя совсем замерзну! - говорит он зайцу. - Подставляй-ка
    свои усы!
    - Подожди, ежик, побежим еще разок, а там будь что будет!
    Согласился еж. Помчался заяц быстрее ветра. А на другом конце канавы еж
    уже ждет его.
    - Хватит! Подставляй-ка усы, больше я с тобой наперегонки не побегу.
    Что поделаешь! Пришлось зайцу подставить усы. Вырвал еж из заячьих усов
    десять волосков, пять в губу брату воткнул, а пять - себе. С той поры у ежей
    на губе маленькие усики торчат.

     

    Как птицы зверей одолели

    Шли раз медведь и волк мимо гнезда синицы. Толкнул волк медведя и на
    гнездо показывает:
    - Глянь-ка, вон синицын дворец!
    - Да какой же это дворец? - смеется медведь. - Это же просто лачуга.
    Очень обиделась на них синица и объявила, что быть теперь войне между
    зверями и всеми тварями, что по воздуху летают. Медведь и волк согласились -
    они то не сомневались, что звери победят. Обошел медведь всех зверей,
    объявил им, чтоб назавтра к бою готовились.
    Выбрали звери лису воеводой и так решили: если она себе спину лизнет,
    значит, всем удирать, кто куда может.
    А сова подслушала, о чем звери говорили, и все птицам передала.
    Наутро, только бой начался, сел шершень лисе на спину и ужалил ее.
    Взвизгнула лиса от боли и лизнула себе спину. Увидели это звери и кинулись
    врассыпную - ведь у них уговор такой был: если лиса лизнет себе спину,
    значит, все удирать должны.
    Так птицы зверей одолели, а медведя заставили при всех птицах у синицы
    прощенья просить.

     

    Крапивник и медведь

    Проходил однажды медведь мимо гнезда крапивника. А в гнезде только
    птенчики были. Вернулся крапивник домой, а птенцы рассказывают ему, какого
    огромного зверя они видели и как им страшно было. Порхнул крапивник на
    невысокий куст, прыгает с веточки на веточку все выше и выше и птенцов
    спрашивает:
    - Вот такой он был? Вот такой?
    Наконец птенцы закричали, что зверь был как раз такого роста.
    - Будь я дома, - говорит крапивник, - лежать бы этому зверю под моими
    дверьми.

     

    Как сойка едой запасалась

    Как-то давным-давно решила сойка еды на зиму припасти. Натаскала она
    ячменных колосьев под кочку и стала думать-гадать, как ей эту кочку отыскать
    зимой. Тут взглянула она на небо, а на небе как раз темная тучка стояла. Вот
    сойка и смекнула, что делать: надо зимой на небо взглянуть - где черная
    тучка будет, там, значит, и ячмень лежит.
    Зимой прилетела сойка за ячменем, а черной тучки-то - что за диво! -
    как не бывало. Ничего не поделаешь! Что пропало, то пропало, только с тех
    пор сойка запасов на зиму не делает.

     

    Как голубь гнездо вил

    Раньше голубь клал яйца прямо на земле. Но однажды лиса съела все
    голубиные яйца. Жалуется голубь:
    - Груду яиц снес, груду яиц снес - все пусто!
    Чтобы наперед такой беды не приключилось, созвал голубь всех птиц,
    решил у них научиться гнездо вить. Но что проку от этого ученья? Только
    птицы начали гнездо вить, а голубь уже кричит:
    - Могу- могу!
    Ладно. Раз можешь, что ж тут учить? Улетели птицы.
    А голубь спохватился: "Не могу ведь!" - и опять птиц на помощь зовет.
    Собрались птицы, еще несколько веток к гнезду добавили. Почти наполовину
    гнездо готово, тут голубь опять кричит:
    - Могу, могу!
    Ладно. Раз можешь, чего ж учить? Птицы улетели. А голубь и уметь не
    умеет и учиться не учится. Не может он гнезда кончить.
    Зовет голубь птиц в третий раз. Только птицы больше не прилетели. Так и
    осталось гнездо голубя недоделанным, по сей день яйца чуть не проваливаются.

     

    Как аист к цапле сватался

    Жил на краю болота аист, а по другую сторону болота жила цапля. Подумал
    аист, что скучно жить одному, и решил он к цапле посвататься. Вот в один
    прекрасный день аист - шлеп, шлеп, шлеп! - побрел через болото к цапле.
    Прошлепал он эдак верст семь, подошел к гнезду и спрашивает:
    - Дома ли хозяюшка?
    - Хозяюшка-то дома, - отвечает цапля, - а вот ты зачем здесь?
    - Жениться хочу. Пойдешь за меня? А цапля ему в ответ:
    - Что-то ноги у тебя больно длинные да штаны короткие, и бегаешь ты
    неважно. Не пойду я за тебя, пожалуй, ты меня и прокормить-то не сможешь.
    Вздохнул аист и поплелся восвояси. Только он ушел, цапля подумала, что
    и вправду скучно жить одной, не надо бы аисту отказывать.
    На другой день потащилась цапля через болото к аисту. Приходит она и
    говорит:
    - Аист, голубчик, женись на мне. Пойду за тебя, если ты не против.
    - Да нет, - отвечает аист, - раздумал я жениться.
    Уговаривала его цапля жениться, уговаривала, аист на своем стоит.
    Грустная, поплелась цапля домой. Только цапля ушла, пожалел аист, что
    отказал ей, и решил снова идти к ней просить замуж за него выйти.
    Вот приходит он к цапле и говорит:
    - Цаплюшка, женюсь я на тебе, только иди за меня. А цапля и отвечает:
    - Нет уж, аистушка, бог с ней, с женитьбой-то, осрамил ты меня, не
    пойду за тебя замуж.
    Опечалился аист и ушел домой.
    Ушел аист, а цапля снова передумала и опять к аисту отправилась.
    - Пойду за тебя, - говорит, - только женись.
    А аист-то раздумал жениться. Так и ходят они через болото друг к другу
    по сию пору да все сватаются, а пожениться никак не могут.

     

    Как ворона пиво делала

    Прослышала ворона, что пиво делают из ячменя. Нашла она ячменное зерно
    и бросила его в море. А сама сидит на берегу, пьет из моря воду и
    нахваливает:
    - Чем больше пьешь, тем вкуснее. Стоит пиво варить!

     

    Как гуси поют

    Потравили как-то гуси барские хлеба, и барин на них в суд подал. Решил
    суд, что гусей надо зарезать. Но гуси попросили, чтобы перед смертью им
    позволили спеть их любимую песню. Судья разрешил, и гуси запели:
    - Га-га-га-га-га-га.
    Так гуси до сих пор поют, и зарезать их нельзя, потому что они свою
    песню не закончили.

     

    Ворона и жаворонок

    Летает жаворонок над овином и весело распевает. Спрашивает его ворона:
    - Жаворонок, жаворонок, отчего ты такой веселый?
    - Как мне не быть веселым - птенчики в гнезде!
    - Ах, жаворонок, покажи мне своих птенчиков! Показал ей жаворонок
    птенцов. Говорит ему ворона:
    - Жаворонок, жаворонок, отдай мне твоих детей в ученье!
    - Возьми, возьми, ученье - это великое дело!
    Сгребла ворона птенцов и потащила к себе домой - в ученье, да только не
    успела их ничему обучить: всех съела.
    Поет жаворонок грустно-грустно - по детям убивается.
    Подбежала к нему собачка Погитис и спрашивает:
    - Что так грустно поешь? Давеча ты по иному пел.
    - Как же мне не быть грустным, если вчера ворона моих птенчиков съела.
    - Вот что, - говорит собака, - я лягу возле стога соломы, а ты пой
    веселее - пусть ворона думает, что у тебя там еще птенцы остались.
    Легла собака подле стога. Жаворонок поет, заливается, а ворона тут как
    тут:
    - С чего ты, жаворонок, так распелся?
    - Да как же мне не петь весело? Вон собачка Погитис мертвая лежит.
    - Где лежит, где? Пойду-ка глаза ей выклюю.
    - Да вон она где ноги протянула - возле стога. Села ворона на собаку и
    закаркала:
    - Карр, карр, где вы, вороны?
    А собака Погитис цап ворону! Даже здравствуй не сказала.

     

    Как животные разбойников прогнали

    Была у одного крестьянина лошадь. Состарилась она и не могла больше
    работать. Не хотел ее хозяин убивать, ведь она столько лет ему верно
    служила, и прогнал в лес - пусть живет там, как знает. Пригорюнилась
    лошадь - не знала она, как же ей прокормиться. Горевала она, горевала, а
    потом решила пойти в Ригу и наняться в музыканты. Вот идет она в Ригу и
    видит: плетется ей навстречу собака и плачет.
    - Что ты плачешь? - спросила ее лошадь.
    - Как же мне не плакать? - отвечает собака. - Не могу я больше хозяину
    служить, вот он меня и прогнал, пусть де живу, как знаю.
    Говорит лошадь собаке:
    - Не плачь, меня тоже выгнали. Пойдем-ка со мной в Ригу, наймемся там в
    музыканты и заживем припеваючи.
    Согласилась собака, и пошли они вместе.
    Идут они и встречают по дороге петуха. Оказалось, что и с ним стряслась
    такая же беда. Ну, что ж поделаешь, позвали и его в Ригу в музыканты
    наниматься. Ладно. Идут они втроем, вдруг, откуда ни возьмись, - кот на
    дороге. Взяли и его с собой в Ригу в музыканты наниматься.
    Так и шли лошадь, собака, петух да кот, пока не застигла их ночь. Темно
    стало хоть глаз выколи. Видят, придется им, верно, в лесу заночевать. Но в
    лесу страшно: как бы волк не задрал. Решили, что один из них залезет на
    дерево посмотреть, не видно ли где огонька, какой-нибудь избушки. Кот мигом
    забрался на дерево и приметил в западной стороне огонек. Прибежали они туда,
    смотрят: стоит на полянке избушка. Кот, петух и собака тут же хотели в
    избушку войти, но лошадь их удержала. Подошла она к окошку посмотреть, кто в
    избушке. А в избушке ужинали двенадцать разбойников. Испугались музыканты.
    Но потом решили, что не тронут их разбойники, если сыграть им что-нибудь
    покрасивее.
    Ладно. Поднялась лошадь на задние ноги, а передними в стену уперлась,
    на спину ей взобралась собака, на собаку - кот, а на кота - петух. И
    затрубили они, кто как умел: кто тонко, кто грубо. Услыхали разбойники такой
    тарарам, решили, что конец им пришел, и пустились во все тяжкие. Увидели
    музыканты, что избушка опустела, вошли в нее и спать улеглись, где кому
    понравилось: кот - в избе на лежанке, лошадь - у навозной кучи, петух - на
    крыше, собака - под крыльцом.
    А разбойники решили вернуться и посмотреть, кто это их из избушки
    выдворил. Но никто из них идти не решается. Долго спорили, наконец самый
    храбрый разбойник вызвался пойти. Вошел в избу, а кругом темно. Стал он
    ощупью на лежанке спички искать и кота задел. А кот, бедняга, так испугался,
    себя не помнит, кинулся на разбойника и что есть силы глаза ему царапает.
    Разбойник пулей выскочил из избы. Но из-за угла лошадь как лягнет его в
    спину, тут еще собака цап за ногу. А петух ничего впотьмах не видит,
    кричит-надрывается:
    - Ку-да, ку-да, давай сюда!
    Полуживой от страха, прибежал разбойник к своим и рассказывает:
    - Ну, попал я в переделку. В избе мне один шкуру содрать хотел. А
    убежать тоже нельзя: другой щипцами за ногу держит, третий дубинкой по спине
    колотит, а четвертый знай себе орет: "Ку-да, ку-да, давай сюда!" Этот бы
    меня живьем съел.
    Убежали разбойники, а избушка музыкантам досталась.

     

    Вольная грамота

    Прежде, когда у собаки и кота были вольные грамоты, жили они дома
    припеваючи. Но недолго они так пожили, потому что ни один из них не умел как
    следует хранить грамоту. Кот свою вольную хранил на чердаке под стропилом, а
    собака - в углу своей конуры. Нашли крысы котову вольную грамоту и сгрызли
    ее. На другой год, когда собаке и коту надо было свои вольные грамоты
    показать, чтобы получить разрешение и дальше жить дома, собака вольную
    показала, а кот своей нигде не мог найти. Что ж, велела хозяйка коту пасти
    скот, а собака дома осталась. Зависть кота взяла, и задумал он отомстить
    собаке. Летом было еще с горем пополам, а осенью чуть ли не каждый день
    дождь, и коту совсем не нравилось скот пасти. Вот он -и придумал, как от
    работы избавиться. Однажды вечером, когда собака ужинала, забрался кот в ее
    конуру, взял собачью вольную грамоту и спрятал у себя в изголовье.
    На следующий год опять надо было вольные показать. Кот-то показал, а
    собака свою ищет и найти не может.
    А еще через год и собачью вольную грамоту кот потерял. Вот и пришлось
    работать обоим - и собаке, и коту: собаке - скот пасти, а коту - мышей
    ловить.
    С той поры собаки котов терпеть не могут.

     

    Как петушок и курочка по орехи ходили

    Пошли петушок с курочкой по орехи. Залез петушок на орешник, на самую
    верхушку, а курочка внизу стоит, ждет. Сорвал петушок один орех - бросил на
    землю, сорвал другой - бросил, а как третий бросил, так прямо курочке в глаз
    угодил.
    - Вот грех-то какой! - огорчился петушок. - Как же я так промахнулся?
    А курочка уж и не слышит петушка. Закричала она и домой побежала.
    Бежит курочка, кричит, вдруг барин навстречу. Спрашивает ее:
    - Ты чего раскричалась?
    - Так, мол, и так, - жалуется курочка, - как бросил орех, так прямо в
    глаз.
    - Кто бросил-то?
    - Петушок бросил, петушок!
    - Вот те раз! Где же он? Пусть ко мне явится. Пришел петушок в имение,
    спрашивает его барин:
    - Ты зачем орехами бросаешься? Ты зачем глаз курочке выбил?
    - Не выбивал я вовсе! Взлетел на орешник, а он закачался, вот орех
    курочке в глаз и угодил.
    - Ну, коли так, пусть орешник ко мне явится. Пришел орешник в усадьбу,
    а барин его ругает:
    - Ты зачем качался? Ты зачем курочке в глаз орех бросил?
    - Я бы не качался, да соседская коза мне кору обгладывала, что ж мне
    делать-то было?
    - Ладно. Пусть коза ко мне явится. Пришла коза в усадьбу, а барин на
    нее:
    - Ты зачем кору у орешника обгладываешь?
    - Разве б стала я кору обгладывать, если б пастух меня пас. Что ж мне
    делать, коли он меня не пасет?
    - Пусть пастух ко мне явится.
    Пришел пастух в усадьбу, ругает его барин:
    - Отвечай, почему козу не пасешь? Видишь, весь орешник обглоданный!
    - Я бы ее пас, да хозяйка меня обманула: посулила лепешек напечь, не
    напекла, и остался я голодный.
    - Ладно. Где хозяйка? Пусть ко мне явится. Пришла хозяйка, барин - к
    ней:
    - Отвечай, почему лепешек пастуху не дала?
    - Я бы ему дала лепешек, да беда у меня, добрый барин, приключилась:
    свинья, будь она неладна, закваску сожрала, вот и остались мы без лепешек.
    - Ну, так пусть курочка со свиньи и спрашивает за свой глаз.
    На этом дело и кончилось.

     

    Старуха и коза

    Жила старая-престарая женщина, и не было у нее детей, а всего добра-то
    одна серая коза. Каждое утро выгоняла старуха козу в поле, каждый вечер
    домой пригоняла. Но вот как-то вечером заупрямилась коза, не идет домой.
    Гонит старуха козу, подгоняет, встречает волка и просит его:
    - Волк, волк, задери козу, она домой не идет!
    - Дери сама свою козу! - отвечает волк. Гонит старуха козу, подгоняет,
    встречает дубинку и просит ее:
    - Дубинка, дубинка, побей волка: волк козу не дерет, коза домой не
    идет!
    - Бей сама своего волка! - отвечает дубинка. Гонит старуха козу,
    подгоняет, встречает огонь и просит его:
    - Огонь, огонь, сожги дубинку: дубинка волка не бьет, волк козу не
    дерет, коза домой не идет!
    - Жги сама свою дубинку! - отвечает огонь, Гонит старуха козу,
    подгоняет, встречает воду и просит ее:
    - Вода, вода, залей огонь: огонь дубинку не жжет, дубинка волка не
    бьет, волк козу не дерет, коза домой не идет!
    - Заливай сама свой огонь! - отвечает вода. Гонит старуха козу,
    подгоняет, встречает быка и просит его:
    - Бык, бык, выпей воду: вода огонь не заливает, огонь дубинку не жжет,
    дубинка волка не бьет, волк козу не дерет, коза домой не идет!
    - Пей сама свою воду! - отвечает бык. Гонит старуха козу, подгоняет,
    встречает веревку и просит ее:
    - Веревка, веревка, свяжи быка: бык воду не пьет, вода огонь не
    заливает, огонь дубинку не жжет, дубинка волка не бьет, волк козу не дерет,
    коза домой не идет!
    - Вяжи сама своего быка! - отвечает веревка. Гонит старуха козу,
    подгоняет, встречает мышку и просит ее:
    - Мышка, мышка, перегрызи веревку: веревка быка не вяжет, бык воду не
    пьет, вода огонь не заливает, огонь дубинку не жжет, дубинка волка не бьет,
    волк козу не дерет, коза домой не идет!
    И вот мышка - на веревку, веревка - на быка, бык - на воду, вода - на
    огонь, огонь - на дубинку, дубинка - на волка, волк - на козу; коза домой и
    прибежала.

     

    Как петух щи варил

    Состарился у одного крестьянина петух, перестал вовремя петь, людей
    будить. Рассердился на него хозяин и из дому прогнал. Пригорюнился бедняга
    петух, ушел в лес и бродил там три дня и три ночи.
    А у другого крестьянина жил кот, который по старости уж и мышей ловить
    не мог. Прогнал хозяин кота в лес - что ж даром-то хлеб переводить. Пусть-ка
    по белу свету походит, корм да жилье сам себе добывает. Побрел кот в лес,
    слоняется там, бедняга, как и петух, не знает, куда ему деваться да за что
    взяться.
    Бродил кот по лесу, бродил и петуха встретил. Поведали они друг другу о
    своих бедах и решили держаться вместе: все полегче будет.
    Как решили, так и сделали. Отыскали местечко поудобнее, чтобы избушку
    себе построить. Как место нашли, так и за работу дружно взялись. Раз-два -
    избушка и готова. Уговорились они, что петух будет домовничать, а кот на
    охоту ходить. Как устроились они в избушке, велел кот петуху щей наварить, а
    сам мясо добывать пошел. Уходя, кот наказал петуху никого в избушку не
    пускать.
    - Нет, нет, - говорит петух, - никого не пущу.
    Ушел кот со спокойной душой, а петух щи варить принялся. Варит он щи,
    варит, вдруг слышит: кто-то в дверь стучится и жалобно так просит:
    - Пусти в избушку погреться!
    "Это кто ж так замерз?" - подумал петух и в окошко выглянул посмотреть.
    Вот те на! Да это кум лис! Говорит ему петух:
    - Не пущу я тебя. Хозяин мой, кот, строго-настрого мне наказал никого в
    избушку не пускать.
    - Ох, петушок, - заскулил лис, - конец мне, если ты меня не пожалеешь.
    На дворе мороз лютый, ноженьки мои так озябли, так озябли - не стоят, не
    ходят. - А сам с ноги на ногу все переминается, чтоб петух ему поверил.
    Пожалел петух бедного лиса и впустил его в избушку погреться.
    Обрадовался кум, вошел в избушку и спрашивает петуха:
    - Что поделываешь?
    - Да вот, щи варю, - отвечает петух.
    - Дай щец отведать, - не унимается лис.
    "Ладно уж, - подумал петух, - угощу беднягу". Только он нагнулся щей
    зачерпнуть, лис цап петуха за шею, за порог и - бегом в лес. Хорошо еще, что
    кот с охоты как раз той самой дорогой возвращался, по которой лис петуха
    нес. Увидал кот лиса, бросился на него и отбил петуха.
    Вернулись они домой, выбранил кот петуха: зачем его ослушался и лиса в
    избушку пустил. Уж петух и так и сяк оправдывается, дескать, думал он, что
    лис вот-вот на дворе замерзнет, потому и пустил. А кот пуще прежнего
    рассердился и чуть не выдрал петуха за своевольство. Тем временем щи
    сварились, кот и петух наелись и спать легли.
    Утром петуху опять за щи приниматься надо, а кот на охоту собирается -
    мясо добывать. Уходя, опять кот наказал петуху никого в избушку не пускать,
    а то ему не поздоровится.
    - Пусть хоть как просится, - говорит кот, - ни за что в избушку не
    пускай.
    - Ладно уж, ладно, - пообещал петух, - теперь-то я никого не пущу.
    Ушел кот со спокойной душой в лес. А лис уже в кустах сидит и ждет,
    когда кот в лесу скроется.
    Кот ушел, петух развел огонь и щи варить поставил. Но не успели щи
    закипеть, как опять кто-то в дверь стучится да жалобно так просит:
    - Пусти в избушку, петушок.
    Подскочил петух к окошку поглядеть, кому это так в избушку захотелось.
    Видит он: сидит под окошком лис - бесстыжие глаза. "Ну, уж на этот раз я
    тебя в избушку не пущу", - подумал петух. А лис все не уходит, все впустить
    его умоляет. Наконец надоело петуху лиса слушать, он и говорит:
    - Мне кот строго-настрого наказал никого в избушку не пускать. А уж
    тебя, лис, я и подавно не пущу, вон как ты давеча на меня кинулся.
    - Да я ж пошутил, - отвечает лис, - напугать тебя хотел. А нынче мне не
    до шуток: не пустишь меня - значит, тут мне и конец. За мной охотники с
    собаками гонятся, вот-вот настигнут. Пусти меня в избушку, не погуби!
    И так лис просил, так молил, что пожалел его петух и впустил в избушку.
    - Что ж ты тут один поделываешь? - спрашивает лис петуха.
    . - Щи варю, - отвечает петух, - да жду, когда кот мяса принесет.
    - Дай-ка щец отведать, - просит лис, - вкусные ли?
    Петух-дурачок не подумал плохого и решил угостить кума. Только он
    нагнулся щей зачерпнуть, лис цап его за шею, выскочил за порог и - в лес.
    На этот раз лис побежал другой дорогой, чтоб с котом не повстречаться,
    но - надо же! - кот в этот день тоже другой тропкой возвращался домой и
    опять встретил лиса с петухом в зубах. Вцепился кот лису в загривок и второй
    раз спас петуха от неминучей смерти.
    Пришли они домой, и давай кот петуха бранить за глупость да
    непослушание, а петуху и оправдаться нечем. Выбранил кот петуха, а потом
    простил, и сели они щи из горшка хлебать.
    - Еще раз попадешься так, - говорит кот, - выдеру тебя.
    - Чтоб мне провалиться, - клянется петух, - если дам себя провести и
    впущу кого-нибудь в избушку!
    Наелись они щей и спать легли.
    На третье утро опять все по-старому: кот на охоту собирается, а петух
    щи варить остается. Уходя, кот говорит петуху:
    - Берегись! Если впустишь кого-нибудь в избушку, несдобровать тебе.
    Ушел кот на охоту, а лис в кустах близ избушки сидит да за котом
    подглядывает. Скрылся кот из виду, лис подождал немного и постучал в дверь
    избушки. Подошел петух к окошку глянуть, кто стучит, а лис на этот раз и не
    думает проситься, а как крикнет петуху:
    - Открывай дверь, да поживее, меня сюда сам кот прислал. В лесу с ним
    беда приключилась, надо нам решить, как помочь ему. А еще велел мне кот
    кое-что из избушки с собой прихватить.
    Поверил петух-простофиля лису, уж больно тот ловко притворяться умел, и
    впустил его в избушку.
    - Дай мне сперва щей похлебать, - говорит лис, - а то сил у меня нет,
    не смогу помочь коту из беды выпутаться.
    - Ладно, сейчас налью тебе щей, - отвечает петух. Но только он нагнулся
    щей налить, лис пап его за шею - за порог да и в лес.
    Не встретили в этот раз они по дороге кота, и решил петух, что пришел
    его смертный час. Унес его лис в дремучий лес, в самую чащу, и в нору свою
    затащил. Бросил он петуха в темный угол и велел ему молиться, а сам с женой
    советуется, как лучше петуха приготовить: изжарить или сварить.
    Тем временем из лесу кот с добычей вернулся. Увидел он, что дверь
    избушки настежь раскрыта, щи не съедены, сразу понял, что случилось.
    Опечалился кот, петуха живым уж и видеть не чает. Но решил все-таки
    попробовать: а вдруг спасет? Подсчитал кот все деньги, что у него с лучших
    времен остались, и заторопился в город. Купил там свирель да саблю острую,
    вернулся домой и пошел по следам лиса, пока не добрел до его норы. Сел кот
    перед норой и заиграл на свирели, да так славно он играл, что даже птички в
    лесу смолкли и заслушались. Услыхали игру маленькие лисята, трое их в норе
    было, и стали отца с матерью просить, чтоб пустили их послушать. Отпустили
    их лис с женой. Побежали лисята из норы свирель послушать да посмотреть, кто
    это так хорошо играет. А кот в одной руке свирель держит, а в другой -
    саблю, и только лисенок из норы высунется, так кот ему голову с плеч долой.
    Пошла сама лиса посмотреть, куда ее лисята запропастились, почему не
    возвращаются. Только она из норы высунулась, кот и ей голову отрубил. Бросил
    кот свирель и - бегом в нору. А петуху вот-вот крышка: лис уже совсем было
    зарезать его собрался. Тут вбежал кот и отрубил лису голову. Видит кот:
    лежит в углу связанный петух. Развязал кот петуха, взял под мышку и домой
    принес.
    На этот раз кот петуха даже бранить не стал, а побежал в лес и
    березовых веток наломал. Видит петух, что сейчас его выпорют, и давай
    рассказывать, как дело было, дескать, лиса он потому в избушку впустил, что
    хотел кота из беды выручить. Все рассказал петух как было, да не помогло ему
    это: растянул его кот на земле и выдрал. Поплакал петух, покричал, на кота
    подулся, а потом они помирились.
    С тех пор жили кот и петух в избушке спокойно да счастливо, и никто их
    больше не тревожил.

     

    Курочка-пеструшка и рябое яичко

    br Жили старик со старухой. Была у них курочка-пеструшка. Снесла
    курочка рябое яичко. Положила старуха яичко в солонку. Мышка бежала, солонку
    опрокинула, яичко и разбилось. Горюет старик, плачет старуха.
    Спрашивает ее дверь:
    - Чего ты, старуха, плачешь?
    - Да как же мне не плакать? - отвечает старуха. -Жили мы со стариком,
    была у нас курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь.
    Спрашивает свинья:
    - Чего ты, дверь, скрипишь?
    - Да как же мне не скрипеть? Жили старик со старухой, была у них
    курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь, повизгивает свинья.
    Спрашивают ворота:
    - Чего ты, свинья, повизгиваешь?
    - Да как же мне не повизгивать? Жили старик со старухой, была у них
    курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь, повизгивает свинья,
    потрескивают ворота. Прилетела сорока, спрашивает:
    - Чего вы, ворота, потрескиваете?
    - Да как же нам не потрескивать? Жили старик со старухой, была у них
    курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь, повизгивает свинья,
    потрескивают ворота, повыдергала свои перья сорока.
    Села сорока на березу. Спрашивает ее береза:
    - Чего ты, сорока, перья повыдергала?
    - Да как же мне перья не выдергать? Жили старик со старухой, была у них
    курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь, повизгивает свинья,
    потрескивают ворота, повыдергала перья сорока, пообломала себе ветки береза.
    Текла мимо река. Спрашивает река:
    - Чего ты, береза, ветки пообломала?
    - Да как же мне ветки не обломать? Жили старик со старухой, была у них
    курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь, повизгивает свинья,
    потрескивают ворота, повыдергала перья сорока, пообломала ветки береза,
    потекла кровью река.
    Пришла к реке поповна с ведрами. Спрашивает поповна:
    - Чего ты, река, кровью потекла?
    - Да как же мне кровью не течь? Жили старик со старухой, была у них
    курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь, повизгивает свинья,
    потрескивают ворота, повыдергала перья сорока, пообломала ветки береза,
    потекла кровью река, уронила ведра поповна.
    Спрашивает ее попадья:
    - Почему ты ведра уронила?
    - Да как же мне ведра не уронить? Жили старик со старухой, была у них
    курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь, повизгивает свинья,
    потрескивают ворота, повыдергала перья сорока, пообломала ветки береза,
    потекла кровью река, уронила ведра поповна, опрокинула квашню попадья.
    Пришел поп, спрашивает у попадьи:
    - Почему ты тесто не замесила?
    - Да как же я тесто замешу? Жили старик со старухой, была у них
    курочка-пеструшка, снесла она рябое яичко, а мышка его разбила.
    Горюет старик, плачет старуха, скрипит дверь, повизгивает свинья,
    потрескивают ворота, повыдергала перья сорока, пообломала ветки береза,
    потекла кровью река, уронила ведра поповна, опрокинула квашню попадья,
    раскидал свои требники поп да голову о печь себе разбил.
    Вот каким дорогим рябое яичко-то оказалось!

     

    Мыши и кот

    Собрались как-то мыши и думают, как бы им от кота уберечься. Думали
    они, думали да так ничего и не надумали. Наконец одна мышь говорит:
    - Знаю, знаю, что делать! Надо коту на шею колокольчик повесить.
    Обрадовались мыши умному совету и купили колокольчик. Да вот беда: ни
    одна мышь к коту подойти не решается, чтобы ему на шею колокольчик повесить.

     

    Пять котов

    Пять котов поехали зимой в лес дрова рубить. Долго они рубили, да
    ничего не срубили. Задрали хвосты и домой воротились. Входят в избу,
    смотрят, а дров то нет.
    Поехали они снова в лес и привезли каждый по одному полену. Одно полено
    коротковато, другое длинновато, третье и не то чтоб короткое, и не то чтоб
    длинное. Развели коты, наконец, огонь и поставили кашу варить. Сварили кашу
    и едят так, что за ушами трещит. Наелись до отвала и спать, улеглись.
    Пойдем-ка посмотрим, может, они и сейчас спят?

     

    Благодарные животные

    Жил на свете богатый крестьянин, звали его Петерис. Был у него батрак,
    тоже Петерис. Чтобы их не путать, люди называли хозяина большой Петерис, а
    батрака - малый Петерис. Уже лет десять верно прослужил батрак хозяину, но
    не получил еще ни полушки.
    Подал за это малый Петерис на хозяина в суд. Суд не смог их помирить,
    поэтому дело перешло в другой суд, потом еще выше, пока не дошло до самого
    короля. И вот король назначил день, когда и хозяин, и батрак должны
    предстать пред его судом.
    В назначенный день рано утром отправились оба Петериса в столицу.
    Прошли они немного, и видит малый Петерис: муравей на дороге. Он уже было
    наступил на муравья, да тот взмолился:
    - Пожалей меня, не дави. Я тебя за это отблагодарю.
    Пожалел малый Петерис муравья и пошел дальше. Прошли несколько верст,
    видят: пчела в воду упала, совсем уже захлебывается, просит прохожих, чтоб
    ее вытащили.
    Хозяин на нее даже не взглянул, а батрак подошел и вытащил пчелу из
    воды. Поблагодарила пчела малого Петериса от всего сердца и обещала помочь в
    беде.
    Наступил полдень. Уселся большой Петерис на обочине и за еду принялся.
    Малый Петерис тоже проголодался, да есть ему было нечего. Вдруг увидел он
    голубя на дереве. Взял палку и хотел было убить его. Но голубь стал так
    жалобно просить пощады, что малый Петерис пожалел его. Наелся хозяин, и
    пошли они оба дальше, пока не пришли к королю.
    Король тут же призвал их к себе и велел поведать ему свои жалобы. Видит
    хозяин, что, пожалуй, батрак выиграет дело, и наговорил на малого Петериса,
    будто тот похвалялся в два счета весь хлеб в королевской риге обмолотить.
    Поверил король большому Петерису, приказал отвести батрака в ригу, где
    было много хлеба, и двери закрыть: пусть себе молотит. Опечалился малый
    Петерис, не знает, как горю пособить. Вдруг приполз к нему тот самый
    муравей, которого Петерис пожалел, и спрашивает, отчего он невесел.
    - Не с чего мне быть веселым, - отвечает малый Петерис, - король велел
    мне обмолотить весь этот хлеб. Если не исполню королевской воли,
    несдобровать мне.
    - Не печалься, - говорит муравей, - я тебе помогу. Ложись себе спокойно
    спать и ни о чем не думай!
    Послушался его малый Петерис и лег спать. Пока он спал, в ригу
    сбежалось множество муравьев. Выбрали они из колосьев все зерно и ссыпали в
    мешки, а солому и мякину перетаскали в сарай. Проснулся малый Петерис,
    глядит: все уже сделано.
    Король очень удивился, узнав об этом. Но большой Петерис опять
    наговорил королю на батрака, будто тот похвалялся построить через реку
    восковой мост, да такой, что по нему королевская карета проедет.
    Поверил король хозяину и приказал малому Петерису к полудню мост
    построить, не то не сносить ему головы.
    Опечалился малый Петерис, пришел на берег реки и не знает, как горю
    пособить. Но тут прилетела к нему пчела, та самая, которую он из воды
    вытащил, и спрашивает, отчего он невесел.
    - Не с чего мне быть веселым, - отвечает малый Петерис. - Приказал мне
    король строго-настрого до полудня через эту реку восковой мост построить, не
    то не сносить мне головы.
    - Не печалься, - говорит Петерису пчела. - Я тебе помогу. Ложись себе
    спокойно спать и ни о чем не думай.
    Послушался ее малый Петерис и лег, но никак заснуть не может - уж очень
    ему есть хочется. Вдруг подлетает к нему голубь и спрашивает, отчего он
    невесел.
    - Очень я голоден, - отвечает Петерис.
    - Подожди немного, - сказал голубь и улетел куда-то.
    Вскоре он вернулся и принес много вкусной еды и питья.
    Наелся, напился Петерис, приободрился немного, а потом лег и крепко
    заснул. А когда проснулся, восковой мост через реку был уже готов.
    Тут и король пришел, на чудесный мост не надивится, не нарадуется.
    Похвалил он малого Петериса за умение и приказал щедро его наградить. А
    большому Петерису король велел расплатиться с батраком за все годы. Слугам
    же своим приказал хорошенько отлупить обманщика.

     

    Лягушка-помощница

    Было у отца три сына: два умных, а третий - дурак. Посылает отец
    сыновей за хворостом, умным лошадь дает, а дурачок должен хворост на спине
    таскать. Едут однажды умные сыновья с возом хвороста, глядят: сидит на
    дороге лягушка и стонет. Просит лягушка через канаву ее перенести, но умные
    сыновья не стали переносить, да еще кнутом бедняжку огрели. Следом идет
    дурачок с вязанкой хвороста. Сделал он, что лягушка просила. И пообещала она
    ему за это помогать во всем. Чтоб не носить больше дурачку хворост на спине,
    подарила ему лягушка белого коня.
    Как-то раз едет дурачок с возом хвороста мимо королевского дворца.
    Увидела младшая принцесса лошадь у дурачка и давай насмехаться:
    - Вот так чудеса! Дурак-то белым конем обзавелся! Задели дурачка эти
    насмешки за живое. Он и говорит:
    - Чтоб тебя нечистый забрал! Все-то меня дураком считают!
    А нечистый тут как тут, подхватил принцессу, только его и видели. Стал
    король допытываться, кто же это принцессу проклял. Взял он ружье и приказал
    всем перед ним пройти: как виновный мимо пойдет, ружье-то и выстрелит. Так и
    случилось: как только мимо ружья дурак пошел, оно выстрелило. Приказал
    король бросить дурачка в озеро. Очутился дурак в воде, вспомнил о лягушке и
    взмолился:
    - Лягушка, лягушка, помоги мне на берег выбраться! Вытащила лягушка
    дурачка на берег и спрашивает:
    - Чего бы ты еще хотел?
    - Хочу к той принцессе, которую я проклял.
    Раз-два - и он уже там. Сидит принцесса пригорюнившись в дремучем лесу
    и плачет. Лягушка опять дурачка спрашивает:
    - Чего бы ты еще хотел?
    - Избавь принцессу от нечистого и перенеси нас обоих на берег того
    озера, где я тонул. И чтоб на берегу дворец был построен, в котором мы жить
    будем.
    Сделала это лягушка и прыгнула в воду. Увидал король дворец и
    прослышал, что во дворце дурачок с его младшей дочкой живет. Разгневался
    король и послал войско - дворец разрушить и принцессу домой вернуть, но
    лягушка всех королевских солдат в кочки превратила. Поехала тогда королева
    за дочерью, а лягушка ее в лошадь обратила. Наконец отправился за принцессой
    сам король. Только не стал он силой дочь отнимать, а решил миром дело
    кончить. Спрашивает король:
    - Почему мои солдаты кочками стали? Почему королева в лошадь
    превратилась?
    - Потому что силой принцессу забрать хотели.
    - Ну, а можно кочки и лошадь снова людьми сделать?
    - Можно, если отдашь мне младшую дочь в жены.
    Пообещал король младшую дочь за дурачка отдать. Сразу кочки солдатами
    стали, и лошадь снова королевой обернулась. А дурак сыграл свадьбу с
    принцессой.

     

    Золотые яблоки, золотая птица и три королевских сына

    Жил-был на свете могущественный король, и был у него сад, в котором
    росла яблоня с золотыми яблоками. Заметил король, что стали у него с яблони
    золотые яблоки пропадать - каждую ночь по одному яблоку. Делать нечего, надо
    сторожа у яблони ставить. Было у короля три сына: два умных, а третий -
    дурак. Сначала яблоню умные сыновья сторожили. Ночь сторожили, другую
    сторожили - пропадают яблоки!
    На третью ночь посылает король в сад дурака. А умные братья над ним
    потешаются:
    - Как бы вор яблоки вместе со сторожем не унес!
    - Уж чему быть, того не миновать, - отвечает дурак, - а сторожить я
    все-таки пойду! - И отправился в сад.
    До полуночи все было хорошо, а после полуночи начал одолевать дурака
    сон. Глаза так и слипаются. Чтоб не заснуть, подпер дурак веки щепочками и
    караулит яблоню. Чуть светать стало, прилетела на яблоню золотая птица и
    принялась яблоко клевать. Схватил ее дурак за крылья, но птица вырвалась и
    улетела, только одно золотое перышко у него в руках осталось. Прибежал дурак
    с пером к отцу и рассказал, что с ним ночью лриключилось.
    Позвал отец сыновей и говорит:
    - Если одно перо у этой птицы такое красивое, то как же хороша должна
    быть сама птица! Ступайте-ка вы по белу свету и разыщите ее. Кто мне эту
    птицу принесет, тот будет моим самым любимым сыном.
    Отправились сыновья за птицей. Оба умных сына пошли по одной дороге, а
    дурак - по другой.
    Пришел дурак в дремучий лес и заблудился. Сидит и плачет. Тут, откуда
    ни возьмись, - волк.
    - Что ты плачешь? - спрашивает. Дурак в ответ:
    - Пошел золотую птицу искать да в лесу заблудился.
    - Не плачь! - говорит ему волк. - Садись на меня верхом, я отнесу тебя
    к золотой птице. Уж на что птица хороша, но гнездо ее еще краше. Помни
    только: будешь брать птицу - не тронь гнезда.
    Сел дурак на волка, и волк словно вихрь домчал его до того места, где
    птица жила. Отправился дурак один птицу ловить. Видит: сидит золотая птица
    на золотом дереве. Стал ее ловить и нечаянно задел гнездо. В тот же миг
    зазвенели колокольчики, сбежался народ, схватили дурака и повели к королю.
    Говорит король дураку:
    - Коли успеешь до рассвета сбегать за три царства и вернуться с золотым
    конем, то получишь золотую птицу вместе с золотым гнездом.
    Что- делать? Согласился дурак и в путь отправился. Идет дорогой и
    плачет. А волк уж тут как тут.
    - Что ж плакать-то зря? - корит он дурака. - Не сумел птицу поймать,
    как я тебя учил. Садись-ка на меня верхом и поедем за золотым конем, только
    помни: будешь его из конюшни выводить - до уздечки не дотрагивайся.
    Сел дурак на волка, и мигом прискакали они к золотой конюшне. Волк на
    дороге остался, а дурак забрался в конюшню - за золотым конем. Но когда
    дурак коня выводил, задел золотую уздечку. Тотчас зазвенели колокольчики,
    сбежался народ, схватили дурака и к королю привели. Говорит король дураку:
    - Коли сумеешь до рассвета сбегать за три царства и вернуться с
    принцессой, то получишь золотого коня вместе с уздечкой, а не успеешь -
    расплатишься головой.
    Что делать? Согласился дурак и в путь отправился. Идет дорогой и
    плачет. А волк уж тут как тут.
    - Что ж плакать-то зря? - корит он дурака. - Не сумел коня увести, как
    я учил. Садись-ка на меня верхом и поедем за принцессой. Только на этот раз
    я сам пойду во дворец.
    Сел дурак на волка, и помчался волк словно вихрь, ногами земли не
    касается. Вскоре приехали они к королевскому дворцу. Теперь дурачок на
    дороге остался, а волк пошел во дворец за принцессой. Вывел волк принцессу и
    говорит:
    - Садитесь оба верхом на меня и поедем к королю за золотым конем.
    Только сели дурак и принцесса верхом на волка, помчался он словно
    вихрь, и вскоре очутились они у дворца. Говорит волк:
    - Ты, принцесса-красавица, жди нас на дороге, а мы с дураком за золотым
    конем пойдем.
    Около дворца обернулся волк принцессой-красавицей и говорит дураку:
    - Отведи меня к королю и потребуй золотого коня с уздечкой. Он тебе его
    отдаст. Посади настоящую принцессу на коня, возьми его под уздцы и веди
    домой.
    Не заметил король подмены, решил, что это настоящая принцесса, и отдал
    дураку золотого коня вместе с уздечкой. Посадил дурак настоящую принцессу на
    коня, ухватился за уздечку, и отправились они домой. Тем временем повел
    король принцессу в сад, побеседовать с ней хочет. Тут обернулась принцесса
    волком. Завыл волк и в лес убежал. Король испугался, созвал свою дружину,
    приказал догнать волка и привести к нему живым или мертвым.
    Вскоре догнал волк дурака с принцессой и говорит:
    - За нами королевская дружина гонится, передай уздечку принцессе, а сам
    на меня садись.
    Только вскочил дурак верхом на волка, тот помчался словно ветер, а
    принцесса на коне - за ними. Примчались они к тому дворцу, где золотая птица
    живет. Тут волк и говорит:
    - Ты, принцесса-красавица, жди нас на дороге, а мы с дураком за золотой
    птицей во дворец пойдем.
    Около дворца обернулся волк золотым конем и говорит:
    - Отведи меня к королю и потребуй золотую птицу с гнездом. Он тебе ее
    отдаст. Тогда беги к принцессе, бери коня под уздцы и веди домой.
    Отвел дурак коня на королевский двор, дал его королю и потребовал
    золотую птицу с гнездом. Отдал король ему птицу. Воротился дурак к
    принцессе, и отправились они домой. Не заметил король подмены и приказал
    объездить коня. Тут обернулся конь волком. Завыл волк и в лес убежал. Увидел
    король, что его обманули, созвал войско, приказал догнать волка и привести
    его живым или мертвым.
    Пока войско собиралось, догнал волк дурака и говорит:
    - За нами королевская рать гонится, дай уздечку принцессе, а сам на
    меня садись. Только вскочил дурак верхом на волка, помчался волк словно
    вихрь, а принцесса на золотом коне - за ними. Прискакали они в тот лес, где
    дурак заблудился. Тут волк и говорит:
    - Бери свои три сокровища и поезжай домой, да смотри не засни в пути.
    Держит дурак одной рукой золотую птицу, другой золотого коня под
    уздечку ведет, а на коне принцесса-красавица сидит. Ночью стал дурака сон
    одолевать. Крепился он, крепился, наконец говорит принцессе:
    - Подержи коня, а я вздремну немного.
    Прилег дурак, и принцесса тоже задремала. Пока они спали, пришли умные
    братья, убили дурака, взяли золотую птицу, а спящую красавицу повезли на
    золотом коне.
    Дома рассказывают братья королю, как им трудно было отыскать золотую
    птицу, как старший брат попутно нашел себе красавицу невесту, а средний -
    золотого коня. А что с младшим братом и где он, того они знать не знают и
    ведать не ведают.
    Устроил король на радостях большой пир и гостям показывает, какие
    сокровища привезли его умные сыновья.
    Пока король с умными сыновьями пирует, дурак мертвый в лесу лежит.
    Прилетел на третий день ворон и принялся его клевать. Вдруг, откуда ни
    возьмись, - волк. Набросился он на ворона:
    - Не смей, злодей, плоти своего повелителя касаться! За то, что ты три
    раза клюнул его, надо тебе до рассвета три вещи принести: кувшин с
    исцеляющей водой, кувшин с живой водой и кувшин с мудрой водой. Лети за три
    моря, там это и найдешь.
    Полетел ворон за водой, а волк стал косточки дурака в порядок
    приводить. Только все закончил, ворон с водой уже тут как тут. Влил волк в
    рот дураку исцеляющей воды, и все его раны зажили. Тогда влил волк в рот
    дураку живой воды, и дурак ожил. Наконец влил волк ему в рот мудрой воды, и
    стал дурак самым умным человеком на свете.
    Спрашивает дурак волка:
    - Кто же это меня ограбил?
    Рассказал ему волк, как дело было, и советует:
    - Торопись-ка ты домой, а то твой старший брат на принцессе-красавице
    жениться собирается. Как увидишь отца, спроси его, кто добыл птицу, коня и
    принцессу. Если отец скажет - братья твои, то попроси, чтобы он велел им
    доказать это. Доказать этого они не смогут, тогда ты вели коню говорить, а
    птице петь.
    Приходит дурак во дворец. Встречает его король и спрашивает:
    - Сын мой, где ты так долго пропадал? Твои братья давно уже дома, они
    добыли золотую птицу, золотого коня и принцессу-красавицу.
    Отвечает отцу дурак:
    - Если братья и вправду такие сокровища добыли, пусть они это докажут,
    иначе я не поверю.
    Велел король умным братьям доказать, что они эти сокровища добыли. Но
    братья ничего доказать не могут. Тогда приказал дурак коню говорить, а птице
    петь. Тут конь рассказал, что умные братья натворили, а птица пропела все, о
    чем они говорили.
    Услышал это король, разгневался на умных братьев и велел их наказать, а
    дурака и принцессу-красавицу тут же обвенчали.

     

    Умный сын

    Жил-был крестьянин, и был у него один-единственный сын. Посылал
    крестьянин сына в разные школы уму-разуму учиться. Однажды на крыше
    отцовского дома ворон закаркал. Спрашивает отец сына:
    - О чем ворон каркает? Ты ведь всяким премудростям обучен, должен
    знать.
    - Откуда мне знать? - отвечает сын. Я же в вороновой школе не учился.
    Тогда послал отец сына на один год в воронову школу.
    К концу года прилетел к отцу ворон и говорит:
    - Я - твой сын из вороновой школы, завтра ты должен за мной приехать.
    Там учеников много, все в воронов превращены. Узнаешь ли ты меня в такой
    стае воронов? Если не узнаешь, придется мне там остаться. Запомни, как меня
    узнать. Мы все должны будем усесться на длинной жерди. В первый раз я буду
    третьим с этого конца, во второй раз - пятым, а в третий раз около моего
    глаза мушка пролетит.
    Сказал это ворон и улетел. На другой день поехал отец в воронову школу.
    Вороны уже на жерди расселись. Надо отцу угадать, который в ряду - его сын.
    - Третий! - показал отец.
    - Верно, угадал!
    После этого вороны разлетелись, перемешались и снова уселись на жердь.
    Снова отцу угадывать надо.
    - Пятый! - показал отец.
    - Верно, угадал!
    Опять вороны перемешались, и опять отцу угадывать пришлось. Видит отец:
    у одного ворона мушка мимо глаза пролетела.
    - Этот! - говорит он.
    Обернулся ворон его сыном, и отправились они по морю домой.
    Когда плыли по морю, на верхушке мачты ворон закаркал.
    - Ты в вороновой школе учился. Скажи мне, о чем этот ворон каркает? -
    спрашивает отец.
    - Ох, отец, если б я тебе рассказал, о чем этот ворои каркает, ты бы
    меня в море кинул. Не могу я тебе этого сказать.
    Рассердился отец на сына за такой ответ и в гневе бросил его в море.
    Хоть говори, хоть не говори - один конец. Однако сын не утонул, обернулся
    рыбой, доплыл до берега и снова превратился в человека. Встретил он на
    берегу одного старика и поселился в его доме. Жил он, жил некоторое время и
    говорит однажды старику:
    - Завтра я обернусь певчей пташкой, ты снеси меня в город и продай.
    Только помни: клетку не продавай!
    На другой день отнес старик птичку в город. Встретилась ему королевская
    дочь. Услышала она, как красиво поет птичка, и купила ее за большие деньги.
    А клетку старик не продал. Взяла королевская дочка птичку и пошла новую
    клетку покупать. Пока она с продавцом разговаривала, птичка вырвалась и
    прилетела домой раньше старика.
    Вскоре юноша опять говорит старику:
    - Завтра я обернусь быком. Сведи меня в город и продай. Только веревку
    не продавай!
    Так старик и сделал: продал быка без веревки. Стал покупатель новую
    веревку искать, а бык тем временем вырвался и домой прибежал.
    Вскоре опять юноша старику говорит:
    - Завтра я обернусь конем. Сведи меня в город и продай. Только помни:
    золотую уздечку не продавай!
    Отвел старик коня в город. Но тут жадность его обуяла, и продал он с
    конем золотую уздечку. А коня купил колдун, он воронов в школе всяким
    чудесам обучал. Привел колдун коня домой, отвел в конюшню и велел конюху
    кормить его похуже.
    К счастью, конюх ослушался колдуна и кормил коня вволю, а потом и вовсе
    на свободу выпустил. Умчался конь, а колдун - за ним. Бежали они, бежали и
    добежали до берега моря. У моря конь обернулся рыбой, колдун тоже, и поплыли
    они через море.
    На другом берегу стоял королевский дворец, а перед дворцом три
    королевские дочери вальками белье колотили. Выскочила первая рыба на берег,
    к принцессам, и обратилась в алмазный перстень. Младшая принцесса первой
    увидела перстень, надела его на палец и побежала домой. В горнице перстень
    превратился в юношу. Поведал он девице обо всем, что приключилось и что еще
    приключится. Сказал, что придут вечером во дворец музыканты и с ними колдун.
    За игру он потребует алмазный перстень. Но перстень ему отдавать нельзя.
    Как юноша сказал, так все и случилось. Пришли вечером во дворец
    искусные музыканты и так хорошо играли - заслушаешься. Кончили играть,
    король и спрашивает, какую плату они за игру хотят.
    - Ничего нам не надо, только дай нам алмазный перстень, что твоя
    младшая дочь носит.
    - Что ж, берите! - согласился король.
    Но девушка ни в какую, не отдает перстень. Так и ушли музыканты ни с
    чем.
    Снова обернулся перстень юношей, и говорит он младшей принцессе:
    - Завтра опять музыканты придут и за игру алмазный перстень попросят.
    Если никак от них отбиться не сможешь, брось перстень под стул!
    Так все и случилось. Назавтра пришли музыканты и играли еще лучше, чем
    накануне. Кончили играть и в уплату перстень потребовали. Не отдает
    принцесса перстень. Коли по-хорошему не дает, хотят они силой отнять. Тут
    младшая принцесса сорвала перстень с пальца и кинула под стул. Музыканты
    мигом обернулись воронами и - за перстнем. А перстень превратился в ястреба,
    и началась у них драка. Но ястреб оказался сильнее и прогнал воронов.
    Обернулся ястреб юношей и женился на младшей королевской дочери. Король
    отдал ему королевство, и зажил юноша счастливо.

     

    Кошачий дворец

    Было у одного барина три сына: два умных, а третий, младший, - дурак. В
    прежние времена так у всех господ водилось.
    Жил себе барин, поживал, да состарился, а сыновья выросли. Стал он
    думать да гадать, кому из сыновей имение оставить. Заспорили умные сыновья.
    - Моим должно быть имение! - говорит один.
    - Нет, моим! - не уступает другой. А дурак в спор не вступает, знай
    себе над умными братьями посмеивается:
    - Имение, правда, мое, но, коли хотите по-родственному, берите его себе
    на здоровье, оставьте мне только старую соловую лошадку да дощатую тележку.
    Но умные братья никак поладить не могут, чуть до драки дело не доходит.
    Послушал их споры старый барин, видит: не пойдет так дело. Созвал он
    сыновей и сказал:
    - Сыновья мои, так вы спора не решите. Ступайте-ка вы лучше и найдите
    каждый по узорчатому платку. Кто принесет самый красивый платок, тому и
    владеть имением.
    Что ж, надо спор кончать да отцовский наказ выполнять. На другой же
    день умные сыновья в путь собираются, а дурак и ухом не ведет. Взяли умные
    братья лучших коней да денег побольше и поехали со двора через разные ворота
    узорчатые платки искать.
    Спрашивает отец дурака:
    - Сынок, а ты не хочешь счастья попытать? А дурак, смеясь, отвечает:
    - Пусть старшие братья поищут, мне тогда не придется и искать.
    На это отцу и сказать нечего. Прошло некоторое время, и когда осталось
    четыре дня до возвращения братьев, запряг дурак старую соловую лошадку в
    дощатую тележку и укатил через третьи ворота.
    Едет он, едет, и невдомек ему, в какую сторону ехать. Отпустил вожжи:
    пусть соловая идет, куда ей вздумается. Едет он так, едет, приехал в большой
    лес, видит: развилина дорог. Налево идет большая, широкая дорога, а
    направо - маленькая, узкая дорожка. Дурак хотел было по широкой дороге
    ехать, а лошадка, как только к развилине подошла, сразу направо свернула.
    Подумал дурак: "Раз уж лошадка так хочет, пусть себе идет по узкой
    дорожке", - и поехал дальше.
    Вскоре наступил вечер, а дурак заехал в дремучий лес, кругом ни единого
    огонька не видать. Он уж стал было на лошадку сердиться, что та его прямо
    волку в зубы привезла. Но проехал дурак еще немного и увидел яркие огни.
    Подъезжает, глядит: стоит перед ним большой дворец. Хочет дурак во дворец
    войти, а у ворот два огромных кота сидят да зубы скалят. Испугался дурак, но
    потом подумал: "Все равно меня в лесу волки сожрут, так пусть уж лучше коты
    разорвут", - и спокойно пошел во дворец. Тут коты и зубы скалить перестали,
    и трогать его не собираются, только все у его ног трутся.
    Вошел он во двор, а ему навстречу множество котов и кошек. И что за
    чудо! Все кошки человечьим языком говорят. Сразу же отвели они дурака во
    дворец, а старую соловую лошадку - на конюшню и всячески им угождают.
    Утром собрался дурак дальше ехать, а кошки обступили его со всех сторон
    и упрашивают, чтобы он еще немного погостил у них. Дурак и рад бы погостить,
    да у него всего три дня осталось. За это время должен он найти платок краше,
    чем умные братья привезут. Услыхала это белая кошка и говорит:
    - Ну, братец, это пустяки. Погости у нас еще три дня, а потом поезжай -
    будет у тебя и платок, и все, что только пожелаешь.
    Прожил дурак эти три дня в кошачьем дворце, словно король. Слуги его и
    кормят, и спать укладывают, и все делают, что он только ни пожелает. На
    третий день вечером запрягли коты старую соловую лошадку в дощатую тележку,
    а белая кошка дала дураку маленький орешек и сказала на прощанье:
    - Езжай спокойно домой. Только смотри по дороге орешек не открывай, и
    все будет хорошо.
    Сел дурак в свою тележку и покатил домой, только пыль столбом.
    А умные братья уже дома и показывают отцу, какие красивые платки они
    раздобыли. Платки-то у обоих и вправду хороши, но бывают краше. Зато сами
    они и кони так отощали, что и не узнать.
    Въезжает тут дурак во двор, а старая соловая лошадка под ним так и
    приплясывает, да и по нему не видно, чтобы уж очень умаялся.
    Говорит отец:
    - Видно, сынок, тебе в гостях неплохо жилось, да гостинец небогатый
    достался. Засмеялся дурак и отвечает:
    - Ив гостях мне хорошо жилось, и гостинец богатый привез.
    Вынул он из кармана орешек, что белая кошка дала, щелкнул по нему
    легонько, и тут же у него в руках такой красивый платок оказался - вся
    горница от него засияла. Увидев это, умные братья остолбенели. А отец и
    говорит:
    - Ну, сынки, вы сами видите, что имением дураку владеть: он платок
    привез - краше не сыщешь.
    Умные братья и не спорят: платок и вправду на загляденье; но чтоб
    имение дураку отдать, об этом и слышать не желают.
    - Ну, нет так нет, - отвечает дурак. - Имение-то, правда, мое, но, коли
    хотите, делите его, как знаете, а мне оставьте только старую соловую лошадку
    да дощатую тележку.
    День и ночь спорят умные братья, все никак имение поделить не могут.
    - Моим должно быть имение! - кричит один.
    - Нет, моим! - не соглашается другой. Мирил их отец, мирил, но толку
    никакого не добился. Вот однажды опять созвал он своих сыновей и говорит:
    - Тому, кто имение получит, все равно жениться надо. Так отправляйтесь
    в путь и привезите подвенечные платья для своих невест. Кто самое красивое
    платье привезет, тот и имение получит.
    Умные сыновья снова взяли лучших коней, денег побольше и отправились
    через разные ворота. А дурак и ухом не ведет. Спрашивает отец:
    - Сынок, а ты не хочешь счастья попытать?
    Ответил ему дурак, как и в первый раз:
    - Пусть старшие братья поищут, мне тогда не придется и искать.
    На это отцу и сказать нечего.
    Прошло время, и когда осталось четыре дня до возвращения братьев,
    запряг дурак старую соловую лошадку в дощатую тележку и укатил через третьи
    ворота.
    И опять, бедняга, не знает, куда ж ему ехать. Да так решил: коли уж в
    первый раз соловая лошадка оказалась умнее его, то пусть и сейчас везет,
    куда ей вздумается. И только дурак вожжи отпустил, соловая припустила во
    весь дух, только держись! А к вечеру они опять подъехали к давешнему
    кошачьему дворцу.
    У ворот дворца, так же как и в первый раз, два огромных кота сидят да
    зубы скалят. Но дурак уже ничуть не боится: выскочил из тележки и прямо во
    дворец.
    Опять сбежалось множество больших и маленьких кошек, и встречают они
    дурака, словно короля. Самого во дворец повели, а старую соловую лошадку -
    на конюшню.
    Утром собрался дурак дальше ехать, а кошки обступили его со всех сторон
    и упрашивают, чтобы он еще немного погостил у них. Дурак и рад бы погостить,
    да у него всего три дня осталось. За это время должен он найти подвенечное
    платье краше, чем умные братья привезут. Рассказал он кошкам о своей заботе.
    Услыхала это белая кошка и говорит:
    - Ну, братец, это пустяки. Погости у нас еще три дня, а потом поезжай -
    будет у тебя все, что только пожелаешь.
    Коли так, то остался гостить дурак во дворце все три дня.
    На третий день к вечеру запрягли коты старую соловую лошадку в дощатую
    тележку, а белая кошка дала дураку маленькую шкатулку и сказала на прощанье:
    - Езжай спокойно домой, только смотри по дороге шкатулку не открывай, и
    все будет хорошо.
    Сел дурак в свою тележку и покатил домой, только пыль столбом.
    А умные братья уже дома и показывают отцу, какие красивые подвенечные
    платья они привезли. Смотрит отец: платья у обоих и вправду хороши, но
    бывают краше. Зато сами они и кони их так отощали, что и не узнать.
    Тут дурак на своей соловой стремглав во двор влетает, так что даже
    ворота от ветра покачнулись. Глянул отец на него и говорит:
    - Видно, сынок, тебе в гостях неплохо жилось, а вот какой гостинец
    достался? Засмеялся дурак и отвечает:
    - Каково в гостях жилось, таков и гостинец! - и открыл свою шкатулку.
    Диву даются отец и оба умных брата: вынимает дурак из шкатулки подвенечное
    платье, да такое красивое, какого и у самой принцессы нет.
    И опять отец говорит умным сыновьям:
    - Ну, сынки, вы сами видите, что имением дураку владеть: подвенечное
    платье привез - краше не сыщешь.
    Умные братья и не спорят: платье и вправду на загляденье; но чтоб
    имение дураку отдать, об этом и слышать не хотят.
    И опять дурак спорить не стал.
    - Имение-то мое, но, коли хотите, делите его, как знаете, а мне
    оставьте только старую соловую лошадку да дощатую тележку.
    Никак не могут умные братья имение поделить.
    - Моим должно быть имение! - кричит один.
    - Нет, моим! - не соглашается другой.
    Слушает их отец, слушает, ничего не говорит, думает - может, сами
    добром дело решат. Только видит отец: чуть не в драку лезут умные сыновья.
    Созвал он всех троих и говорит:
    - Что до сей поры было, то было, но впредь так дело больше не пойдет.
    Ступайте, и пусть каждый из вас найдет себе жену. У кого жена будет самой
    красивой, тому и имением владеть.
    Коли отец так решил, сыновьям - делать нечего - надо отправляться жен
    себе искать. Умные братья забрали опять лучших коней да денег побольше и
    уехали через разные ворота. А дурак снова ухом не ведет. Время идет, а дурак
    все дома сидит. Отцу кажется, что сыну давно бы в путь пора, а он и не
    собирается. Как-то отец не вытерпел и спрашивает:
    - Сынок, а ты не хочешь счастья попытать? Дурак только смеется в ответ:
    - Пусть старшие братья поищут, тогда мне долго искать не придется.
    На это отцу и сказать нечего. И опять за четыре дня до возвращения
    братьев запряг дурак свою старую соловую лошадку в дощатую тележку и укатил
    через третьи ворота.
    "Куда ж мне теперь податься? - думает дурак. - Платок и подвенечное
    платье коты дали, но где же им красивую жену для меня достать?" И так он
    прикидывал и эдак, да ничего не придумал. Наконец решил: "Коли соловая
    лошадка в те разы умнее меня оказалась, пусть она и теперь идет, куда ей
    вздумается". А лошадка бежала еще резвее, чем прежде, и прямо по знакомой
    дороге к кошачьему дворцу.
    Перед дворцом соловая лошадка остановилась. У ворот, как и тогда, два
    огромных кота сидят да зубы скалят. Подумал дурак: "Коли привезла меня сюда
    соловая лошадка, придется остаться", - и вошел во дворец.
    Опять сбежались со всех сторон кошки и встретили его, словно короля, а
    соловую лошадку на конюшню отвели. В тот вечер обошел дурак весь дворец, во
    все закоулки заглянул: нет ли где хоть одного человека, неужто только кошки
    во дворце живут? Сколько он ни искал, никого, кроме кошек, не нашел.
    Опечалился бедняга и наутро собрался уезжать. Но коты обступили его со
    всех сторон, спрашивают, отчего он невесел. Рассказал им дурак о своей беде:
    его братья, может, уже давно нашли себе красивых жен, а он свою еще и в
    глаза не видел. Услыхала это белая кошка и говорит:
    - Ну, братец, это пустяки. Погости у нас еще три дня, а потом домой
    поезжай - будет у тебя самая красивая жена, будет все, что только пожелаешь.
    Коли так, согласился дурак и прогостил у котов все три дня. А уж коты
    ему угождают, словно королю.
    Наступил вечер третьего дня, дураку домой ехать пора, а коты не
    пускают, еще на одну ночку остаться велят: нельзя невесту ночью таким
    дремучим лесом везти. Оставаться так оставаться, и дурак остался еще на одну
    ночь.
    Ну и натерпелся же он за эту ночь страху! Лег с вечера спать, как и в
    прошлые два раза. Но около полуночи слышит: в башне как-то странно ветер
    воет. Выл он в башне, завывал, а потом через весь дворец такой вихрь
    промчался, что земля дрогнула и все двери и окна распахнулись. Испугался
    дурак до смерти и побежал к кошкам - спросить, что случилось. Но вот чудо!
    Во дворце все кошки превратились в людей, а белая кошка обернулась
    принцессой, да такой красавицей, что и за тридевятью царствами такой не
    сыщешь.
    Бросилась прекрасная принцесса навстречу дураку и назвала его своим
    милым муженьком. Тем временем конюхи запрягли в карету десять лошадей.
    Старую соловую лошадку впрягли впереди, и дурак с принцессой покатили домой,
    да так, что деревья вдоль дороги до самой земли сгибались, а когда он
    подъезжал к дому, то столбы у ворот за целую версту взлетели в воздух.
    Жены умных братьев как завидели прекрасную принцессу, так уже загодя из
    дому удрать хотели. А когда дурак ввел свою невесту в дом, то по всей
    горнице свет разлился. Отец тут же отдал дураку имение, а умных сыновей
    хотел было совсем из дому выгнать. Но дурак из отцовского добра взял только
    старую соловую лошадку да дощатую тележку, а все остальное разделил поровну
    между умными братьями.
    Поехали дурак с принцессой обратно во дворец и устроили веселую
    свадьбу. Гостей на свадьбу со всех концов земли созвали.
    И меня пригласили. Решила я, что на королевскую свадьбу кое-как не
    оденешься, поэтому купила калачовую повозку, пироговых лошадей, морковные
    ботинки, стеклянное платье, масляную шляпу и бумажный зонтик. Добралась я
    хорошо и все-то видела, и все-то слышала: там ели, пили, веселились сколько
    душеньке угодно. Был на свадьбе и отец дурака, были и умные братья со своими
    женами. Было там множество знатных девиц и принцесс, но такой красавицы, как
    невеста дурака, не было.
    Слыхала я на свадьбе, что тот дворец, где теперь дурак с прекрасной
    принцессой живет, и прежде был королевским дворцом. Но стали вдруг короля
    черти одолевать. Превратили они всех людей в кошек и наложили такое
    заклятье: когда какой-нибудь человек в этот дворец три раза приедет и всякий
    раз три дня и три ночи там прогостит, тогда кошки снова людьми станут и
    дворец свой прежний вид примет. Дурак так и поступил, вот он и вызволил
    прекрасную принцессу и королевских слуг. А не сделай он этого, через
    тридевять лет черти бы всех котов съели.
    Славно я на той свадьбе погуляла. А вот домой еле добралась. Только от
    королевского дворца отъехала, налетела на меня целая свора собак.
    Набросились собаки на мою калачовую повозку и сожрали ее. Звала я на помощь,
    да все напрасно. Прибежали, правда, какие-то парнишки и прогнали собак, но
    зато съели пироговых лошадей. Нет у меня ни повозки, ни лошадей. Пошла я
    пешком, но далеко ли пешком-то уйдешь? А в дороге еще дождь хлынул, и моему
    зонтику конец пришел. После дождя солнышко пригрело, и растаяла моя масляная
    шляпа. Что поделаешь? Пошла я дальше простоволосая. Если б на этом напасти
    кончились, я бы как-нибудь до дому добралась. Но у одной усадьбы налетели на
    меня бессовестные козы, и осталась я без морковных ботинок. Только и было
    теперь на мне, что стеклянное платье. Беда пристанет, не отвяжется! Поднялся
    сильный ветер, швырнуло меня на большой камень, и разбилось мое платье на
    мелкие осколочки. И осталась я на дороге совсем голая. Стыдно мне было
    дальше идти, поэтому залезла я в ригу и в связку льна спряталась. Может
    быть, я и по сей день там пролежала бы, но, как на грех, поблизости
    охотились егеря того самого дурака короля, на чьей свадьбе я гуляла.
    Стреляли они, стреляли и остались без пыжей. Тут один заскочил в ригу и
    схватил ту связку, в которой я спряталась. Притащил меня в лес и в ствол
    ружья запихивает. Стала я кричать, чтоб не стреляли, а то еще убьют, да
    поздно. Грянул выстрел, и закинуло меня за леса, за болота. Только эдак
    неделю спустя очнулась я уже здесь. Из-за этой свадьбы вся моя жизнь
    кувырком пошла. Вот что случается-то со свадебными гостями!

     

    Невеста ужа

    Как-то жаркой, летней порой, в самый полдень, три девицы купались в
    море. Одна спрашивает:
    - Которая из нас первой выйдет замуж? Вторая отвечает:
    - Первой выйдет замуж самая красивая!
    А третья девица промолчала. Вскоре вышла она из воды и хотела одеться.
    Только было потянулась за своей белой рубашкой, как вздрогнула: на рубашке
    лежал уж.
    - Уж, уж, - просит девица, - сползи с рубашки.
    - Обручись со мной, - отвечает уж, - тогда уйду!
    - Отчего не обручиться? - смеется девица. - Только сползи с рубашки!
    - Э, нет, - не соглашается уж, - дай мне свое колечко.
    Сняла девица колечко и отдала его ужу. В тот же миг исчез уж с кольцом
    в морской пучине.
    Горько плакала дорогой третья девица, а подруги ее утешали:
    - Что ужи в невестах понимают?
    Но через три недели явился уж за своей невестой. Вышел он из моря с
    большим почетом: сам сидел в золотой карете, на голове - золотая корона.
    Упряжь алмазами сверкает. За каретой придворные идут, на кокле играют.
    Увидела это девица, побежала к родителям:
    - Отец, матушка, что же мне делать? Уж за мной приехал!
    Испугались родители, не знают, что делать, что ужу говорить. Но тут
    какая-то старушка их надоумила:
    - Что ужи в невестах понимают? Отдайте ему гусыню - обрадуется и уйдет
    восвояси. Отдали родители гусыню вместо дочери. Обрадовался уж, взял гусыню
    и уехал. Едет он, а на обочине синица поет:
    - Ужок-муженёк гусочку везет!
    Смекнул тут уж, что обманули его.
    Через три недели снова едет уж за невестой. На этот раз он не в духе и
    сердито требует, чтобы отдали ему невесту. Но тут та же старушка, что и в
    прошлый раз, совет дала:
    - Что ужи в невестах понимают? Отдайте ему козу, обрадуется и уйдет
    восвояси.
    Отдали родители ужу козу вместо дочери. Обрадовался уж, взял козу и
    уехал. Едет он, а на обочине синица поет:
    - Ужок-муженёк козочку везет!
    Смекнул тут уж, что опять обманули его.
    Через три недели в третий раз едет уж за невестой. Но на этот раз он
    грознее тучи, кричит, чтобы не смели больше над ним насмехаться, не то
    несдобровать им.
    Делать нечего, пришлось отдать ужу дочку. Обрадовался уж, посадил
    невесту в карету и уехал. А на обочине синица поет:
    - Ужок-муженёк невестушку везет! Все длинное шествие вместе с невестой
    скрылось в морской пучине. Через год мать невесты пришла к морю и
    спрашивает:
    - Доченька, милая, расскажи мне, поведай, как живется тебе?
    Вышла из моря лягушка и отвечает:
    - Счастлива твоя дочь. Живет она в богатом дворце и сынка малого
    нянчит!
    Обрадовалась мать, услышав такие вести, и домой пошла.
    На другой год мать невесты снова пришла к морю и спрашивает:
    - Доченька, милая, расскажи мне, поведай, как живется тебе?
    Вышел из моря рак и отвечает:
    - Счастлива твоя дочь. Живет она в богатом дворце и дочку малую нянчит!
    На третий год снова пришла мать невесты к морю и спрашивает:
    - Доченька, милая, расскажи мне, поведай, как живется тебе?
    Услыхав это, невеста ужа обняла своего мужа и просит, чтобы отпустил он
    ее с детками к матушке погостить. Очень не хотелось ужу ее отпускать, но
    напоследок разрешил он ей погостить у матери три недели.
    Взяла невеста ужа сына и дочку на руки и отправилась к своей матери в
    гости. Две лягушки карету тянули, а щука за кучера была. Встретила мать
    дочку, обняла, а на внучат нарадоваться не может.
    Погостила невеста ужа три недели у матушки и к ужу в море вернулась.

     

    Ежова шубка

    Жили-были старик со старухой, и не было у них детей. Сидят они как-то
    за столом и горюют:
    - Послал бы нам бог ребеночка, хоть ростом с ежика!
    Только они это вымолвили, вылезает из-за печки маленький ежик и
    говорит:
    - Я - ваш сынок!
    Взяли старики ежика в сыновья и вырастили.
    Когда ежик подрос, мать и говорит:
    - Будь у меня сынок побольше, пас бы он свиней. А такого маленького
    свиньи и затоптать могут, вот беда-то.
    - Не печалься! С этим делом я справлюсь!
    - А не будет тебе боязно, сынок?
    - Свиней бояться! Да я б со стыда сгорел! Давайте их сюда, буду пасти!
    Погнал ежик свиней в лес и пас их там три года, не пригоняя домой. За
    три года свиней наплодилось так много, что и не счесть. Однако ежик с ними
    запросто справляется.
    Однажды в том лесу, где ежик свиней пас, охотился сам король да
    заплутался. Блуждая по лесу, набрел он на ежиково стадо, а самого пастушка
    не видит: ежик-то в заросли багульника залез.
    - Есть ли пастух при этих свиньях? - крикнул король.
    - А вот он - я! - отвечает ежик.
    - Да где ж ты?
    - А в багульнике.
    - Иди-ка сюда, потолкуем!
    - Отчего ж не пойти? - ответил ежик и вылез из зарослей.
    - Да как же ты, такой маленький, свиней пасешь?
    - А как же ты, такой большой, заблудился?
    - Выведи меня из этого леса!
    - Отчего ж не вывести? Отдай за меня свою младшую дочь - мигом выведу.
    - Ишь чего захотел! Чтоб я тебе, жабенку эдакому, дочь отдал!
    - Нет так нет - ищи сам дорогу! Ускакал король. Проплутал он весь день,
    а к вечеру опять тут как тут.
    - Где ты? Слышь, пастушок, никак я дороги не найду, выведи меня отсюда!
    - Отчего ж не вывести? Отдай только за меня младшую дочь - мигом
    выведу.
    - Будет болтать-то! Не могу я этого сделать!
    - Нет так нет, ищи сам дорогу!
    Сделал король круг, сделал другой да снова назад воротился.
    - Ну, так как, выведешь меня из лесу?
    - Отчего ж не вывести? Отдай только за меня свою младшую дочь - мигом
    выведу.
    - Ну что с тобой делать? Бери на здоровье!
    - Стало быть, обещаешь мне свою дочь?
    - Обещаю!
    - Ладно! Поезжай за мной по этой тропинке, да поторопись, не то мои
    свиньи разбредутся.
    Показал ежик королю дорогу, сговорился, когда на свадьбу приезжать, и
    со всех ног к свиньям бросился. За три дня до свадьбы пригнал ежик свиней к
    отцу на двор. Отец только руками развел: и в хлеву, и в загородке, и во всех
    закутках свиней полным-полно, куда ни повернись - отовсюду хрюкают.
    На третий день спозаранку надел ежик праздничную одежду, поверх ежовую
    шубку натянул, запряг в берестяную карету двух черных петухов и покатил во
    весь дух к невесте во дворец. Встретил его король не с пустыми руками:
    приказал он своим солдатам камнями берестяную карету забросать и петухов
    перебить. Но петухи только камень завидят, так - прыг-прыг-прыг! -
    подпрыгнут, и камень низом пролетает. И так до тех пор, пока не подъехали
    они к самому дворцу. Тут петухи пропели:
    - Кукареку! Королевский зять приехал!
    Вышла невеста навстречу, положила ежика в шелковый передник и во дворец
    несет. Старшие сестры над ней потешаются, а младшая в ответ:
    - Смейтесь, смейтесь, какой мне сужен, за такого и пойду!
    Наутро невеста снова положила ежика в свой передник и несет в церковь -
    венчаться. Надели ежику на лапку обручальное кольцо, а после венчания
    положила женушка своего муженька в передник, чтоб во дворец унести. Смеются
    все над потешной парой, а молодая жена им в ответ:
    - Смейтесь, смейтесь, какой мне сужен, за такого и пойду!
    Вечером, как спать ложиться, стянул ежик свою шубку и положил в ногах.
    Увидела это жена и думает: "И зачем такую колючую шубку беречь? Вот уснет
    муженек - сожгу ее!" Как задумала, так и сделала. А дальше что? Только шубка
    сгорела, муженек захворал, да так тяжко, того и гляди помрет. Плачет жена,
    кается. А ежик, боль перемогая, жену утешает:
    - Знаю, знаю, женушка любезная, что не со зла ты это сделала, да
    только, прежде чем за дело браться, надо бы с муженьком посоветоваться. Кабы
    ты нынче шубку не сожгла, я бы через две недели от нее без боли избавился.
    Однако если я вытерплю, то ты чудо увидишь и слезы радостью сменятся.
    Трудно было ежику, но терпел он и вытерпел. Особенно в последний день
    болезнь его донимала. Но только солнышко зашло, вскочил ежик с постели,
    трижды подергал мордочкой и в тот же миг превратился в статного принца.
    Тесть на радостях отдал ему всю власть. А новый король призвал к себе своих
    родителей и зажил с молодой женой счастливо.

     

    Мальчик с пальчик

    Жили-были старик и старуха, и не было у них детей. Как-то раз жена
    свиньям корм рубила, а муж сено косил. Ударила жена сечкой по ноге и палец
    себе отрубила. Завернула она палец в тряпицу и положила за корыто. Надо мужу
    завтрак нести, а нога болит - шагнуть не может.
    - Был бы у меня сынок, - вздохнула женщина, - хоть с этот пальчик!
    Тут выскочил из-за корыта мальчик с пальчик, подбежал к ней и говорит:
    - Дай, матушка, я отнесу!
    Дала ему женщина завтрак, и мальчик с пальчик отнес его отцу. А тот
    рад-радехонек: вот и сынок есть.
    - Дай, отец, косу, я за тебя сено покошу! Отец завтракает, а сын знай
    себе косит. Едет мимо барин, видит: такой маленький, а как косит здорово!
    - Продай его мне, - просит барин отца.
    - Насыпь полную шапку денег, тогда отдам.
    Насыпал барин старику полную шапку денег, взял мальчика с пальчик,
    положил в спичечную коробку и укатил. Подъехали к лесу, мальчик с пальчик
    просит выпустить его. Выпустил его барин, а мальчик с пальчик залез в траву
    и исчез. Обшарил барин всю траву - не нашел. А мальчик с пальчик в гриб
    залез.
    Проходили мимо коровы, и одна из них проглотила гриб, а с ним и
    мальчика с пальчик. Стала хозяйка вечером корову доить, а мальчик кричит:
    - Дои, дои да мне тоже оставь!
    Испугалась хозяйка, оглядывается - никого не видать. Зарезали хозяева
    корову, стали искать мальчика с пальчик, да не нашли. А он в окороке
    спрятался.
    Зашел нищий, попросил милостыню, хозяйка и отдала ему этот окорок.
    Несет его нищий, а из окорока голосок:
    - Неси, неси, да меня не простуди!
    Испугался нищий: откуда голос? Перетряхнул всю суму - нет ничего. А как
    закинет суму за спину, опять кто-то говорит. Оставил он мясо на камне и
    ушел.
    Пробегал мимо волк и съел это мясо. Стал волк к скотине подкрадываться,
    а тут кто-то как закричит:
    - Пастухи, пастухи, волк к скотине подбирается!
    Удивился волк: кто кричит? Решил он ночью овцу утащить. Полез в хлев, а
    мальчик с пальчик у него в брюхе опять как закричит:
    - Хозяин, хозяин, волк .в хлеву!
    Выскочил хозяин, волк - бежать! В лесу волк спрашивает:
    - Эй, кто там в брюхе? Вылезай! Мальчик с пальчик отвечает:
    - Отнеси меня к отцу на поле! Отнес его волк на поле.
    - Неси к отцу на двор, тогда вылезу! Отнес его волк на двор.
    - Неси в кухню на сундук.
    Только волк в кухню вошел, мальчик с пальчик выскочил из волчьего брюха
    и закричал:
    - Отец, волк в кухне, бей его!
    Убил старик волка, а шкуру продал. Завелись у старика деньги, да и сын
    теперь с ним. Так и жили они счастливо.

     

    Коротышка

    Родился у отца с матерью сын ростом всего в три вершка. Назвали
    родители сынка Коротышкой. Становился Коротышка старше, а росту у него не
    прибавлялось. Зато храбрости у Коротышки хоть отбавляй - никого он не
    боялся.
    Стал Коротышка родителей просить, чтобы отпустили его на белый свет
    поглядеть. Родители сначала и слышать об этом не хотели: куда, дескать,
    такой малыш пойдет? Но в конце концов отпустили.
    Отправился Коротышка в путь. Шел он, шел и пришел в большой лес.
    Умаялся за целый день в дороге, и захотелось ему спать. Лег Коротышка прямо
    на землю и заснул крепким сном.
    А случилось так, что в лесу охотился король той страны. Гнался он за
    зайцем и чуть Коротышку не раздавил. Увидел мальчика и давай его поносить.
    - Ты что под ногами разлегся? Пошел отсюда, пока тебя зайцы не
    забодали!
    А Коротышка и ухом не ведет, спит себе и посапывает. Созвал король
    егерей и приказал им всем вместе выстрелить. Коротышка только мизинцем
    шевельнул и спит себе дальше. Приказал король во второй раз выстрелить.
    Коротышка пошевелил рукой, а просыпаться и не думает. Велел тогда король в
    третий раз выстрелить.
    Вскочил Коротышка на ноги да как закричит на короля:
    - Как ты смел меня разбудить? Вот как стукну, так все и покатитесь
    кувырком!
    Никогда еще король такого храброго малыша не встречал. Долго он
    смеялся, а потом спрашивает:
    - А ты и саранче кулаком погрозить можешь?
    - Что о саранче болтать, - отвечает Коротышка, - поговорим лучше о
    медведях. А коль не веришь, давай сюда медведя!
    - Ну, если ты медведя поймаешь, - говорит король, - отдам за тебя свою
    дочь замуж, а если не поймаешь - выпорю.
    Согласился Коротышка.
    На другое утро показал король Коротышке медведя, который в своей
    берлоге спал. Набил Коротышка карман камнями и пошел медведя ловить. А
    берлога медвежья была возле небольшого сарая. Бросил Коротышка камень в
    медведя - тот проснулся. Швырнул второй камень - медведь зарычал. Как третий
    камень запустил - медведь выскочил и кинулся на Коротышку. Пустился
    Коротышка наутек, шмыгнул в сарай и лег на землю у самого порога. Погнался
    медведь за Коротышкой, влетел в дверь и перепрыгнул через малыша. Выскочил
    тут Коротышка из сарая и дверь запер. Так медведь и попался.
    Позвал Коротышка короля, а тот от удивления только рот разинул.
    - Как же тебе удалось медведя изловить? - спрашивает. А Коротышка
    хвастает:
    - Эка невидаль - медведя изловить! Схватил я его за уши и затащил в
    сарай. Вот коли ты не трус, попробуй выпустить медведя из сарая!
    Должен король свою дочь за Коротышку замуж отдать, да не хочет он этого
    делать и говорит:
    - Иди-ка ты Коротышка, в лес и убей двенадцать разбойников, что там
    живут, тогда и получишь мою дочь!
    Согласился Коротышка. Прихватил он с собой камешков и отправился в лес.
    Пришел в лес и взобрался на дерево. Ночью под этим деревом собрались
    разбойники, развели костер и стали ужин готовить. Приказал атаман одному
    разбойнику, чтоб тот у него в голове поискал. Ищет разбойник, а Коротышка
    сверху как кинет камешек - прямо атаману в голову. Прикрикнул атаман на
    разбойника, чтоб больно ему не делал. Коротышка опять бросил камешек.
    Рассердился атаман да как заорет:
    - Еще раз сделаешь больно - берегись!
    Снова кинул Коротышка камешек атаману в голову. Не стерпел атаман,
    схватил дубинку и давай колотить того разбойника, что у него в голове искал.
    Завопил разбойник, товарищей на помощь зовет. Сбежались разбойники, и пошла
    тут драка не на жизнь, а на смерть. Наконец все так умаялись, что попадали
    наземь и тут же уснули. Слез тогда Коротышка с дерева, взял у одного
    разбойника саблю и отрубил всем разбойникам головы, а потом вырезал у них
    языки, чтоб королю показать, и отправился в королевский дворец. Король диву
    дается: как это Коротышка всех разбойников одолел?
    А Коротышка хвастает:
    - Как двинул одному - тот с ног долой и дух из него вон, как дал
    другому - тоже наповал. Так всех и уложил.
    А король все же дочку отдавать не хочет. Говорит он Коротышке:
    - Прогони врагов из моего королевства, тогда отдам дочку за тебя.
    Согласился Коротышка, только попросил белого коня да белую одежду. Дал
    король белую одежду и белого коня. Отвели Коротышку на гору и показали
    вражеское войско. Сел он на коня, взмахнул саблей и поскакал прямо на врага,
    а сам кричит:
    - Жаба! Жаба! Жаба!
    Видят враги: скачет кто-то, собой невелик да весь в белом. Испугались
    они и стали улепетывать. Так прогнал Коротышка врагов, и пришлось королю
    отдать ему свою дочь в жены.

     

    Пять братьев

    У одной бедной вдовы было пятеро сыновей. Четверых она рано отдала в
    люди, а дома оставила только младшего. Хоть хлеба у них и маловато, растет
    парень, как на дрожжах, и на восьмом году восемь пур зерна, словно перышко,
    подбрасывает.
    А как подрос, то силы стал невиданной. Пошел как-то раз молодой
    богатырь в лес за дровами и смеха ради притащил домой толстенную ель вместе
    с корнями. В другой раз, когда такую же ель вырывал, увидел он охотника с
    ружьем на плече и приветливо спросил:
    - Ну как, подстрелил кого-нибудь?
    - Успею еще! - отвечает охотник. - Хочу нынче вечером за сто верст к
    одному дубу прогуляться. На суку того дуба сидит маленький комарик. Этому-то
    комарику хочу я левый глаз прострелить и домой засветло вернуться.
    Услыхал это младший сын и пошел вместе со стрелком. Идут они, о том о
    сем говорят, и оказалось, что они братья. Так они неожиданной встрече
    обрадовались, что не заметили, как тридцать верст отмахали. Вдруг видят:
    идет человек, насвистывает/ шапка набекрень сдвинута - того и гляди
    свалится. Кто весел, тот поговорить не прочь. Остановили братья свистуна,
    спрашивают:
    - Что это у тебя шапка на одном ухе висит?
    - Если я шапку прямо надену, то на стенах домов и по краям шапки
    сосульки намерзнут.
    Слово за слово, и оказалось - он тоже их брат. Не стал он раздумывать и
    пошел с братьями. Отмахали они еще тридцать верст, видят: человек башмак с
    ноги стаскивает.
    - Разве босиком лучше? - спросили братья.
    - Да не могу я иначе, - ответил тот, кто разувался, - как шаг в
    башмаках ступлю, так заносит меня бог весть в какую даль.
    И этот пошел с братьями. По дороге разговорились, и оказалось, что и
    четвертый - их брат. На девяностой версте встречают они еще молодца, а он
    одну ноздрю себе заткнул. Спрашивают его братья:
    - Зачем ты себе ноздрю заткнул?
    - Да коли я обе ноздри открою, - отвечает, - такой ветер поднимется -
    на шесть мельниц хватит.
    - Не иначе как ты наш брат. Нам как раз пятого недостает.
    Разговорились они. Так и есть - брат! Прошли пятеро братьев, болтая,
    десять оставшихся верст, прострелили комару левый глаз и решили до заката
    навестить старуху мать.
    Нагостились они у матери вдосталь и надумали пойти к королю на
    заработки.
    В королевском дворце они узнали, что король обещал выдать свою дочь
    замуж за того, кто ее в беге перегонит.
    - Тут и раздумывать нечего! - вскричал брат, который снимал башмак, и
    вызвался бежать наперегонки с принцессой.
    Дал король обоим - принцессе и скороходу - по кружке в руки и велел
    принести воды из ключа, который находится там, где солнце встает. Если
    скороход обгонит принцессу, то завтра же свадьба!
    Быстро бежит принцесса, словно куропатка. А скороход уж давно из ключа
    воды зачерпнул, на полпути прилег на старых лошадиных костях да и уснул. А
    принцесса, как мимо бежала, увидела, что он спит, выплеснула воду из его
    кружки и дальше бежит. Стрелок тут же выстрелил и выбил кость у брата из-под
    головы. Тот проснулся, глаз не продрав, во второй раз к ключу за водой
    сбегал и первым к королю вернулся.
    Но король не отдает принцессу. Торговался он, торговался и
    уговорил-таки скорохода взять вместо принцессы мешок золота, такой большой,
    какой только его брат-силач на себе унести сможет. Пока семеро портных мешок
    шили, заманил король пятерых братьев в горницу, где вместо стен были печи, и
    велел эти печи топить так, чтобы они докрасна раскалились.
    Брат, что шапку набекрень носил, только присвистнул:
    - Ничего, пусть себе топят, сколько влезет! Вот надену свою шапку
    прямо, сразу похолодает.
    Так оно и было. Три дня и три ночи топили печи. Они уже потрескались от
    жары, а в горнице теплее не стало.
    На третий день король надивиться не может: живы! Но мешок для денег уже
    пошит, и, хочешь не хочешь, надо расплачиваться. Выгребли деньги из одной
    кладовой, выгребли из другой, а мешок-то наполовину пуст! Все кладовые
    подчистую выгребли, и только тогда мешок наполнили. Вскинул силач огромный
    мешок себе на плечо так легко, словно в нем мякина, и зашагал. А скороход и
    остальные братья за ним идут.
    Пожалел король свои деньги. Кликнул он солдат и приказал им мешок
    отобрать. Но тут ветродуй открыл зажатую ноздрю, и всех солдат, словно дым,
    назад отнесло. Только один солдат в корнях дерева запутался. Он и нынче там
    виден, если на вывернутые корни издали посмотреть.

     

    Силачи

    В давние времена у одного человека сын был такой силач, что во всей
    округе никто против него устоять не мог. Собрался силач пойти в другие
    края - противника себе поискать. Идет он день, идет другой, нигде
    подходящего противника найти не может. Наконец зашел силач в одну избу, а
    там старушка лепешки четвериками мерит.
    - Куда путь держишь, парень? - спрашивает старушка.
    - Противника ищу, чтоб силами помериться.
    - Вот вернутся оба моих сына, посмотришь: может, подойдут.
    Испекла старушка еще один четверик лепешек и ждет сыновей. Вскоре
    явились сыновья; у каждого по оленю под мышкой и по косуле на мизинце.
    Поставила старушка перед каждым по четверику лепешек и гостя к третьему
    четверику зовет. Съели сыновья свои лепешки в один присест и выпили по
    полбочки пива. А гость не может и верхушки со своего четверика съесть, где
    уж полбочки осилить! Поглядел он на братьев - не по себе ему стало: лучше он
    с утра бороться будет.
    Вечером постелила старушка одному сыну у одних дверей, другому - у
    других, а гостю - посредине. Ночью один сын кашлянул, да так, что гость с
    середины избы отлетел к другим дверям, прямо на второго сына. Тут второй сын
    кашлянул, и отлетел гость, словно перышко, обратно к первому. Так вот и
    бросали братья силача всю ночь напролет по избушке, будто мешок с мякиной,
    из конца в конец.
    Наутро ему уж и не до борьбы было, бросился он бежать изо всех сил, а
    братья - за ним. На свое счастье, встретил беглец человека с толстым бревном
    на плече. Взмолился силач, чтоб спас его человек от погони. Сбросил человек
    бревно, схватил обоих братьев, сунул одного в один карман штанов, другого -
    в другой и говорит:
    - А теперь не зевай, беги, да поживее, пока они у меня в карманах. Как
    отбежишь, что я тебя видеть не смогу, тогда их выпущу.
    Дома сын рассказал об этом отцу и все удивлялся:
    - Кто бы подумал! Уж на что я силен, но таких повстречал, что я их
    мизинца не стою. Те двое были сильны, да куда им до третьего!

     

    Силач

    Был у одного человека сын, звали его Силач. Подрос Силач и просит отца:
    - Отец, покажи мне наши поля, велики ли они. Повел его отец поля
    смотреть. А посреди поля росла большая-пребольшая ель. Силач спрашивает:
    - Что это за цветочек?
    Ухватил он ель за макушку и вырвал вместе с корнями. Удивился отец, а
    Силач взял ель одной рукой, другой ободрал все ветки и говорит:
    - Вот славная тросточка у меня будет, когда я гулять пойду.
    Вернулись они домой, Силач проголодался и просит у матери есть. Мать
    хотела приготовить на скорую руку что-нибудь перекусить, но отец говорит:
    - Такой малостью ты его не накормишь. Свари-ка лучше каши в нашем
    десятиведерном котле.
    Сварила мать кашу и хотела было ее в миску положить, а Силач говорит:
    - Зачем еще накладывать? Так поем, из котла. И как взялся за кашу, так
    всю и съел. Увидел это отец, нахмурился:
    - Нет, сын, не смогу я тебя прокормить! Иди-ка ты лучше к королю. Во
    дворце и работа тебе по плечу найдется, да и есть ты там сможешь, сколько
    твоей душе угодно.
    - Что ж, отец, я бы не прочь, только сам не пойду. Пусть король за мной
    придет, тогда пойду.
    Прислал за ним король один раз, прислал другой, а Силач все не идет.
    Тогда прислал король за ним шестерых солдат, а он все не хочет. Ну, не идет
    он по-хорошему, решили солдаты его силой привести. А Силач смеется:
    - Стану я с вами, хорьками, возиться! Вот вам!
    И как стукнул каждого солдата пальцем, так всех и убил на месте.
    Прислал король за ним двенадцать солдат. Их Силач тоже перебил. А потом
    призадумался: "Не дело это, столько королевских солдат угробил! Придется мне
    пойти к нему".
    Пришел к королю, подал руку и спрашивает:
    - Ну, король, что хорошего скажешь?
    - Оставайся да послужи мне, у меня дел невпроворот!
    - Что ж, послужу, пожалуй! - пробурчал Силач и остался.
    Через некоторое время стал Силач королю намекать, что он не прочь на
    принцессе жениться.
    Король только глазами повел:
    - Ну, сынок, коли хочешь на моей дочери жениться, достань мне сначала
    золотого коня, золотую собаку и золотого петуха. Пока не достанешь, дочери я
    тебе не отдам.
    - Ладно! - согласился Силач и тут же отправился к кузнецу, чтоб тот
    выковал ему дубинку покрепче, такую, что не гнется, не ломается.
    Выковал кузнец дубинку весом в берковец. Но Силач ударил дубинкой себя
    по пальцу - дубинка и сломалась. Добавил кузнец еще берковец железа, и
    дубинка вышла на славу.
    Перед тем как в путь отправиться, зашел Силач к принцессе проститься и
    наказал, чтоб она его ждала и, упаси бог, не выходила за другого.
    Пообещала принцесса его ждать и надела ему на палец свое золотое
    кольцо.
    Шел Силач,шел, встретил огромного детину и спрашивает его:
    - Ты кто такой?
    - Я - Водуразгоняй. Как опущу свою палку в воду, вода тут же
    расступится и можно посуху пройти.
    - Пойдем со мной!
    Согласился Водуразгоняй. Шли они, шли и встретили человека, который
    горы двигал. Спрашивает его Силач:
    - Ты кто такой?
    - Я - Горыпередвигай.
    - Пойдем с нами!
    Пошли они втроем и встретили еще одного великана. Спрашивает его Силач:
    - Ты кто такой?
    - Я - За-сто-верст-все-видишь-все-слышишь.
    - Пойдем с нами!
    Отправились они дальше вчетвером и пришли к замку,где жил черт. А
    вокруг замка текла большая река - никак не перебраться.
    Ударил Водуразгоняй своей палкой по воде, и сразу стало сухо. Вошли они
    в замок, видят: в комнате дряхлая старуха сидит. Это была чертова мать. А
    сам черт со своими сыновьями неизвестно куда подевался.
    Через реку к замку был переброшен мост, по которому черти домой
    скакали. Велел Силач За-сто-верст-все-видишь-все-слышишь за этим мостом
    приглядывать, чтоб черти их не застали врасплох. А Водуразгоняй и
    Горыпередвигай спать отправил, да и сам вздремнуть прилег. Дремал, дремал, а
    по-настоящему уснуть не может. Наконец не выдержал, протер глаза, вскочил с
    постели и пошел посмотреть, что у моста делается. Приходит. Вот те на!
    За-сто-верст-все-видишь-все-слышишь храпит вовсю!
    Ох и рассердился Силач, но подумал, подумал и не стал его будить: пусть
    уж соня выспится! Сел Силач под мостом и решил сам чертей подстеречь.
    Ждал, ждал и дождался - около полуночи скачет на черном коне младший
    сын черта, а за ним черная собака и черный петух. Подъехал он к мосту, а
    конь на мост не идет.
    - Почему на мост не идешь? - спрашивает молодой черт. А конь, собака и
    петух отвечают:
    - Под мостом богатырь стоит, он нас убьет.
    - Ну, коли он такой сильный, пусть выходит - поборемся!
    Вышел Силач из-под моста да как трахнет молодого черта своей железной
    дубиной по голове - из того и дух вон.
    Отвел Силач коня, собаку и петуха на чертову конюшню и запер их там.
    Наутро Силач спрашивает За-сто-верст-все-видишь-все-слышишь:
    - Ну, что ночью видал?
    - Ничего не видал, - отвечает тот.
    Что ж - нет так нет. Велел Силач на следующую ночь, чтобы
    Горыпередвигай шел мост караулить. Но и тот заснул. Пришлось Силачу вместо
    него чертей подстерегать. В эту ночь он убил среднего сына черта, а его
    коня, собаку и петуха тоже в конюшне запер.
    На третью ночь мост караулил Водуразгоняй, и все было так же, как в
    первые две ночи. В эту ночь Силач убил старшего сына черта, а коня, собаку и
    петуха в конюшне запер.
    На четвертую ночь сам Силач собрался мост караулить. Перед тем как
    идти, поставил он на стол три тарелки, на тарелки - по стакану, налил в
    стаканы воды и наказал своим товарищам:
    - Вы оставайтесь здесь и смотрите в эти стаканы. Если вода в них
    покраснеет, то мешайте ее изо всех сил, чтоб у меня, когда я на мосту с
    чертом биться буду, силы прибавилось.
    Спустился Силач под мост и ждет. Вот наступила полночь, скачет на
    золотом коне сам черт - земля под ним ходуном ходит, а за ним золотая собака
    и золотой петух. Подъехал черт к мосту - золотой конь ржет, золотая собака
    лает, золотой петух поет, а на мост идти не хотят.
    - Почему на мост не идете? - кричит черт. Отвечают ему золотой конь,
    золотая собака и золотой петух:
    - Под мостом сам Силач стоит, он нас убьет.
    - Ну, коли это сам хваленый Силач, пусть выйдет со мной силой
    помериться!
    Вышел Силач из-под моста, и начали они биться. Ударил черт Силача, и
    тот почти до колен в землю ушел. Тогда огрел Силач черта и вогнал его в
    землю до щиколоток. Ударил черт второй раз Силача, и Силач в землю выше
    колен ушел. Теперь Силач черта саданул, и вот черт почти до колен в земле.
    Ударил черт Силача третий раз и вогнал его в землю по бедра. Говорит Силач
    черту:
    - А что, во время работы отдохнуть можно?
    - Ясное дело - можно, - отвечает черт.
    А тем временем вода в стаканах в кровь превратилась, пенится, через
    край переливается, а бездельники устали за день и уснули.
    Понял Силач, в чем дело, и как только черт ему передышку дал, сорвал с
    головы шапку и швырнул ее в стену замка, но его товарищи так и не
    проснулись. Тогда сорвал он свои башмаки и запустил их в стену замка - а
    друзья как спали, так и спят. Наконец сорвал он с шеи платок и бросил его в
    стену замка. К счастью, пробил платок стену и задел ножки кроватей. Сразу
    сони очнулись, почуяли, что беда стряслась, и принялись что есть сил мешать
    воду в стаканах.
    И чем больше мешали, тем сильнее становился Силач. Снова бросился он на
    черта. И - вот чудо! - бьет его черт изо всех сил, но Силач не только не
    уходит в землю, а, наоборот, после каждого удара из земли поднимается. Туго
    черту пришлось: совсем его Силач в землю вогнал, засмеялся и крикнул:
    - Чтоб тебя, черта, черти забрали!
    Разделался Силач с чертом, а его золотого коня, золотую собаку и
    золотого петуха в замок привел. Подозвал он своих товарищей и надавал им
    оплеух за то, что чуть было его не погубили. Наутро Силач дал каждому из них
    коня, собаку и петуха - тех, что отобрал у сыновей черта. Себе же оставил
    золотого коня, золотую собаку и золотого петуха. Вскочили они все четверо на
    коней и к дому повернули.
    Проехали немного, и Силач вдруг вспомнил:
    - Где ж золотое кольцо, что принцесса мне на палец надела? Я его в
    замке у черта забыл!
    Делать нечего. Велел он товарищам дальше ехать, а сам за кольцом
    повернул. Подъехал к замку, но - что это? - ворота на запоре, в замок не
    пробраться! Задумался Силач: что ж ему теперь делать? Тут золотой конь,
    собака и петух научили его, как превратиться в муху, чтобы сквозь замочную
    скважину за кольцом пролезть. Обернулся Силач мухой, пролез сквозь замочную
    скважину и только хотел кольцо взять, как вдруг видит: сидят в другой
    горнице три чертовы дочери с матерью черта и о чем-то судачат. Решил он
    подслушать, о чем они говорят.
    Влетел Силач в комнату, сел на печку и слушает. Говорит чертова мать:
    - Непременно должны мы этому Силачу отомстить. Завтра я обернусь белой
    корчмой у дороги, по которой они поедут. Зайдут они в корчму да там и
    останутся.
    - Этого мало! - говорит первая дочь. - Я обернусь горячим солнышком и
    буду палить их нещадно. Захотят они пить, и появится перед ними прохладная
    речка. Напьются они из речки да там и останутся.
    - Этого мало! - говорит вторая дочь. - Я обернусь грушей, усыпанной
    плодами. Отведают они груш да там и останутся.
    - И этого мало! - говорит третья дочь. - Я обернусь мягким лужком и
    нашлю на них сон. Стреножат они коней, сами лягут на травку да там и
    останутся.
    Выслушал все это Силач, схватил кольцо, пролез сквозь замочную
    скважину, принял свой прежний вид, вскочил на золотого коня и что есть духу
    пустился своих попутчиков догонять, а золотая собака и золотой петух за ним
    бегут.
    Догнал он товарищей, но ни слова не сказал. Едут они, едут, видят: как
    же, стоит у дороги белая корчма. Товарищи Силача так и рвутся в корчму,
    будто тянет их кто, но Силач ни за что не пускает. Едут дальше. Солнце так
    палит, так палит - сил нет! И тут, как нарочно, речка течет, а вода в ней
    прозрачная да прохладная. Для товарищей это словно манна небесная: нужно им
    напиться, да и все, а Силач ни за что не разрешает. Проехали эту речку, и
    велит Силач им назад посмотреть. Глянули: никакой речки нет, да и пить
    больше не хочется. Едут дальше. Стоит у дороги груша, а на ней полно плодов.
    Страсть как хочется им груш отведать, но и этого Силач не дозволил. Еще
    немного проехали - луг перед ними. Травка на нем мягкая, душистая, и так им
    спать захотелось, прямо с коней падают. А Силач все торопит:
    - Нечего здесь спать! Едем дальше!
    Доехали до перекрестка - сон как рукой сняло! Попрощался Силач с
    товарищами на перекрестке и говорит:
    - Берите каждый по коню, по собаке да по петуху и езжайте, куда хотите,
    а я домой поеду.
    Вернулся Силач с золотым конем, золотой собакой и золотым петухом к
    королю и женился на принцессе.

     

    Находчивый сын

    Было у одного человека трое сыновей: два умных, а третий - дурак.
    Определил отец старшего сына к пастору в кучера. Но не справился
    старший сын с этим делом - через неделю пастор отправил его домой. Послал
    отец второго сына, но и его пастор прогнал. Наконец послал отец дурака.
    Приходит дурак, а пастор спрашивает:
    - Ну как, сможешь кучером быть?
    - Кучером-то? Не знаю, никогда не доводилось мне быть кучером. Вот
    свиней пасти - этому я у отца выучился.
    - Ну ладно! Будешь свиней пасти. А плату в конце года такую получишь:
    разрешу тебе дать мне три щелчка по лбу.
    Дурак согласился.
    Спустя некоторое время умерла у пастора мать, и на похороны надо было
    зарезать девять больших упитанных быков.
    Собрались все пасторовы слуги этих быков резать, но быки расшвыряли
    людей, словно лузгу. А дурак глядит на все это и хохочет. Спрашивает его
    пастор:
    - Чему ты, дурак, смеешься?
    - Да вот над твоими скотобойцами смеюсь.
    - Ну, коли ты горазд над другими смеяться, пойди зарежь сам!
    - Что ж, и пойду! - ответил дурак, вошел в хлев, схватил одного быка за
    рога, щелкнул его по лбу - тот и готов, схватил другого, щелкнул по лбу -
    тоже готов. Так всех быков и перещелкал.
    Увидел пастор, какая силища у его свинопаса, и очень испугался. "Что же
    это со мной-то станет, - думает он, - когда в конце года надо будет с
    дураком расплачиваться?" В первое же воскресенье спросил пастор в церкви у
    прихожан, не знает ли кто такого опасного места, куда бы можно было дурака
    послать, чтоб он оттуда не вернулся.
    Стали думать да гадать - никто ничего толком вспомнить не может.
    Наконец кто-то воскликнул:
    - Я знаю! В таком-то лесу стоят копны овса, и каждую ночь приходит туда
    огромный медведь этот овес есть. Вот куда дурака послать надо!
    Понравилось это пастору. Прибежал он домой и говорит дураку:
    - Вот что, три года тому назад у меня пропала корова, а давеча ее
    видали на опушке леса возле копен овса. Иди-ка и приведи ее домой!
    - Что ж, надо так надо! - ответил дурак и отправился в лес. Идет и
    думает: "Корова, что три года по лесам бродила, уж не корова, а дикий зверь.
    Голыми руками ее не возьмешь. Пойду-ка я выкую хорошую дубинку".
    Выковал он дубинку весом в тринадцать берковцев, пришел на опушку леса
    и спрятался в копне овса, только голову чуть высунул, чтоб по сторонам
    глядеть.
    Около полуночи видит дурак: вышел из лесу огромный медведь и за овес
    принялся. У дурака аж руки зачесались. И только медведь к его копне подошел,
    дурак хвать его одной рукой за уши, а другой давай колотить изо всех сил
    дубиной. Видит медведь: шутки плохи, посмирнел. А дураку все одно - хоть
    рвись, хоть плачь - знай себе тащит косолапого, так и привел его в хлев к
    пастору.
    Увидел пастор, что дурак и с медведем справился, пуще прежнего
    испугался. Что ж от него останется, если в конце года такой богатырь его три
    раза по лбу щелкнет? Решил пастор дурака погубить во что бы то ни стало.
    Стал он думать, куда бы еще дурака послать? И так думал, и эдак
    прикидывал, наконец решил:
    - Слушай, дурак! Три года тому назад заблудился в огромном болоте мой
    слуга. Через болото речка течет. Пошел он на речку купаться да так и не
    вернулся. Иди-ка отыщи моего слугу!
    - Что ж, надо так надо! - ответил дурак и отправился на болото. Видит:
    речка течет, а у берега - лодка. Лег дурак в лодку и заснул.
    Около полуночи проснулся он и слышит: идет кто-то, да так топает, что
    земля дрожит. Поднял дурак голову - перед ним черт о трех головах.
    "Что ж делать?" - подумал дурак, однако медлить не стал: схватил черта
    за бороду и давай его охаживать железной дубинкой. Уж как черт ни рвался, но
    дурак его не выпустил и притащил в пасторово имение.
    В доме пастора все еще спали, никто ему дверь не отворяет, а тут черт
    брыкается, словно бешеный. Рассердился дурак и стукнул в дверь указательным
    пальцем, чтоб людей разбудить. Но вот беда! Видно, слишком сильно стукнул:
    дверь вылетела. Выскочил из дому пастор, завопил:
    - Посади своего черта к медведю, а меня не тревожь!
    Что ж, посадил дурак черта к медведю, а сам спать пошел.
    Утром пастор снова стал думать, куда бы еще дурака послать.
    И придумал: пусть дурак запряжет медведя в повозку, прихватит с собой
    черта и едет к королю.
    Ладно. Запряг дурак медведя в повозку, посадил черта на козлы за кучера
    и покатил, словно барин. Приезжает к королю, а король ему и говорит:
    - Видишь: большое озеро, а на берегу дворец стоит. Вот в том дворце
    надо тебе провести одну ночь.
    А во дворце жили черти, и на берегу озера было видимо-невидимо камней.
    Но это были вовсе не камни, а заколдованные люди. Много лет назад на этом
    месте был базар, и вот однажды явился на базар черт и превратил всех людей в
    камни, а сам остался жить во дворце, как говорится, под самым носом у
    короля. Как ни старался король выжить бессовестного черта, все напрасно. Вот
    в том-то дворце и должен был дурак переночевать.
    Что же он сделал? Только приехал во дворец, велел своему черту выпрячь
    медведя и наковать железных орехов. Вечером насыпал он этих орехов в левый
    карман, а настоящих - в правый. Ничего не стал он рассказывать своему черту,
    отослал его спать и сказал, что самому ему спать ложиться еще рано.
    Черт с медведем спать улеглись, а дурак сидит, ждет, что дальше будет.
    Ждет он, ждет. До полуночи все тихо, ни звука.
    Только полночь наступила - застучало, загремело во дворце. Такой шум
    поднялся, хоть уши затыкай! Схватил дурак покрепче свою тяжеленную дубину и
    ждет, что будет. Глядь: дверь отворяется, и входит сам черт о девяти
    головах.
    - Ты кого ждешь? - спрашивает.
    - Тебя! - отвечает дурак. - На вот, я тебе орешков принес пощелкать.
    - Что же, попробуем, каковы твои орешки!
    Дал дурак черту горсть железных орехов, а сам достает из правого
    кармана настоящие и щелкает. Грызет черт железные орехи, грызет, так что
    искры сыплются, а раскусить не может. Засмеялся дурак.
    - Ах, ты еще смеяться будешь? - рассвирепел черт и вцепился дураку в
    волосы. Но дурак сгреб черта за бороду, пригнул к земле и одним махом
    отрубил три головы. Тут черт ловко вывернулся и с оставшимися шестью
    головами спрятался на дне озера. Жаль дураку, что черт удрал, да что
    поделаешь? Не лезть же за ним в воду.
    В ту ночь уж больше ничего не случилось.
    На следующий вечер велел Дурак своему черту выковать железного человека
    весом в тридевять берковцев и положить его в угол.
    Наступила полночь, во дворце снова шум поднялся. Явился черт о
    двенадцати головах и спрашивает:
    - Ты кого ждешь? И зачем моему брату прошлой ночью три головы снес?
    Теперь со мной биться будешь! А дурак смеется:
    - Стану я с тобой возиться! Ты тут орешь во всю глотку, а вон там в
    углу спит мой дед, так он даже и не проснулся. Где уж тебе со мной тягаться!
    - Давай сюда своего деда! - закричал черт и в сердцах накинулся на
    железного человека, хочет его в клочья разорвать. Только разве железо
    разорвешь? Черт когти затупил, зубы обломал, а дед все не просыпается.
    Наконец схватил черт деда, чтобы вышвырнуть его сквозь крышу, а дурак возьми
    и толкни черта. Черт вместе с дедом грохнулся на пол. Черт внизу, дед - на
    нем. Схватил дурак свою железную дубинку, давай черта колотить и снес ему
    половину голов.
    Видит черт: плохо дело, и стал просить дурака, чтоб отпустил его живым.
    - Так и быть, - отвечает дурак, отпущу, но ты из дворца навсегда
    уберешься и те камни на берегу снова в людей превратишь!
    - Все сделаю, только не бей!
    Принес черт дураку горшок с ключами - это-де ключи от дворца. Но дурак
    говорит:
    - Здесь не все ключи!
    Принес черт еще один горшок с ключами, а дурак опять свое:
    - И это не все!
    Принес тогда черт третий горшок - мол, теперь-то уж все ключи здесь!
    Взял дурак ключи и велел черту камни снова в людей превратить.
    Выполнил черт приказ и убрался из тех мест навеки. А дурак взял ключи
    от замка, собрал всех людей, что он освободил от чар, пришел к королю и
    говорит:
    - Вот тебе ключи от твоего дворца и вот твои люди! А чертей я отсюда
    навсегда прогнал.
    Обрадовался король, выдал за дурака замуж свою дочь и отдал ему свое
    королевство.

     

    Как пастушок королём стал

    Жил на свете паренек. Отец с матерью у него давно уже померли, и
    бедняга мыкался по белу свету. Ничего другого ему не оставалось, как
    наняться к одному хозяину в пастухи. Пообещал ему хозяин платить пять
    талеров в год, но, когда год миновал, прогнал он паренька, не уплатив ни
    гроша.
    Идет паренек и горько-горько плачет. Повстречался ему другой хозяин и
    спрашивает:
    - Что ты, паренек, плачешь?
    - Как же мне не плакать? Заработал я у хозяина пять талеров, а он меня
    прогнал и не уплатил ни гроша.
    - Ну, не горюй! - утешает его хозяин. - Иди ко мне пастухом, я тебе
    буду платить десять талеров в год.
    Пошел паренек к нему в пастухи и отслужил целый год. Но только год
    миновал, и этот хозяин прогнал паренька, не заплатив ни гроша.
    И опять паренек идет по дороге и горько-горько плачет. Повстречался ему
    третий хозяин.
    - Что ты, паренек, плачешь? - спрашивает.
    - Как же мне не плакать? Заработал я у хозяина десять талеров, а он
    меня прогнал, не заплатив ни гроша.
    - Ну, не горюй! - утешает его хозяин. - Иди ко мне, я тебе буду платить
    пятнадцать талеров в год.
    Пошел паренек к нему и прослужил целый год. Но только год миновал, и
    этот хозяин прогнал его, не заплатив ни гроша.
    Совсем опечалился паренек. Идет по дороге и плачет. Встретился ему
    важный барин, подошел и спрашивает:
    - Чего ты, паренек, плачешь?
    - Как же мне не плакать? У трех хозяев я работал, но ни один из них мне
    ни гроша не уплатил.
    Пожалел барин парнишку, посадил в свою карету, привез его к себе во
    дворец и говорит:
    - У меня ты получишь денег, сколько захочешь, и работа будет нетяжелая,
    только не делай того, что не велю.
    На другой день отвел барин парня в подвал, где стояли три больших
    котла, и говорит:
    - Я должен уехать на три дня, а ты смотри, чтоб огонь под котлами не
    погас. Можешь по всему дворцу ходить и все смотреть, только к колодцу не
    ходи, не то плохо будет.
    В первый день все было хорошо. А на второй день стало парню скучно,
    пошел он дворец осматривать. И в котлы заглянул. Видит: там сидят все три
    хозяина, что его обманули. Парень еще больше подбросил дров под котлы, огонь
    так и запылал, а хозяева от крика чуть не извелись. На третий день вспомнил
    парень о колодце и покой потерял: так ему хотелось в колодец заглянуть.
    Терпел бедняга, терпел, но не вытерпел и к колодцу побежал. Заглянул туда -
    темно, хоть глаз коли. Сунул руку - мокро. Вынул руку, смотрит: один палец в
    крови.
    Что делать? Уж и мыл он палец, и тер, а кровь с пальца не сходит.
    Вскоре вернулся барин и спрашивает парня:
    - Все ли сделал, как я велел?
    Пошел посмотреть - в самом деле, все в порядке, лучше не сделаешь. Но
    тут глянул он на парня, увидел, что у него палец в крови, и сразу понял, что
    тот в колодец заглядывал. Рассердился барин на парня за ослушание и выпорол
    его чуть не до крови.
    Так они жили-поживали, парень служил барину верой и правдой, во всем
    угодить ему старался. Но вот однажды барин опять говорит:
    - Я должен уехать на три дня, а ты смотри, чтоб все котлы были в
    порядке. Ты по всему дворцу ходить можешь, только в одну комнату не заходи.
    Если зайдешь, плохо будет.
    Уехал барин, и остался парень один. Как барин велел, так все и делал.
    Только не дает ему покоя та комната, куда ему входить запрещено. В первый
    день он вытерпел, во второй день тоже удержался. А на третий день ничего не
    мог с собой поделать - так и тянет его в ту комнату. Входит парень туда,
    видит: стоит красивый конь. Перед конем - две свечи, а позади него - овес.
    Подумал парень: "Не дело это: овес стоит, а есть его конь не может". И
    поменял местами свечи и овес. Накинулся конь на овес и съел его, а потом
    тяжело вздохнул и говорит парню:
    - Ну, сынок, теперь тебе несдобровать. Если нынче вернется барин, не
    уцелеть нам с тобой. Испугался парень до смерти и просит коня:
    - Посоветуй, как же нам теперь спастись? А конь отвечает:
    - Только один у нас путь к спасенью. Если мы хотим в живых остаться,
    бежать надо, но сперва попробуй снять большой меч, что на стене напротив
    висит, и переруби толстую цепь, которой я прикован.
    Попробовал парень меч со стены снять, но даже сдвинуть его не смог.
    Тогда конь велел ему выпить глоток из бутылки, что в углу стояла. Выпил
    парень глоток и опять пробует меч снять. Сдвинуть то он меч сдвинул, а снять
    опять не может. Велел конь выпить еще один глоток. После этого парень меч со
    стены снял, но перерубить цепь не сумел. Велел ему конь выпить третий
    глоток. Выпил парень третий глоток и одним махом перерубил толстую цепь.
    - Теперь бери седло, - говорит конь, - седлай меня и садись верхом. Но
    сперва возьми гребень, что у барина на столе, платок, что у барина в
    изголовье, и бутылку, что у барина под кроватью.
    Взял парень все, что было ведено, и вывел коня во двор. Но как на коня
    сесть, не знает: конь огромный, никак на него не заберешься. Говорит ему
    конь:
    - Залезь-ка на камень и жди, а когда я буду пробегать мимо, прыгай мне
    на спину.
    Парень так и сделал. Но когда он прыгал, то даже до половины не
    допрыгнул и на землю свалился. Побежал конь мимо парня во второй раз, но
    опять ничего не вышло. А тут вдруг лес вокруг зашумел - это барин домой
    возвращается. Испугались парень и конь, не знают, что и делать. Помчался
    конь в третий раз мимо камня и кричит парню:
    - Если теперь на меня не вспрыгнешь, оба мы погибли.
    Собрал парень все силы и вспрыгнул все-таки коню на спину.
    Помчался конь как вихрь, только деревья гнутся, когда конь мимо них
    пробегает, и лужи высыхают от его копыт.
    Скакали они, скакали и вдруг слышат: зашумел лес за ними еще сильнее,
    чем от их бега. А конь и говорит:
    - Ох, скверно! Это черт за нами гонится! Едут они дальше, а черт их уже
    вот-вот нагоняет. Тут конь крикнул:
    - Брось гребень на землю, не то конец нам.
    Швырнул парень гребень, и в тот же миг за ними поднялся
    густой-прегустой лес, черту сквозь него не продраться. Попробовал черт
    сквозь лес пробиться, да только шкуру себе ободрал. Сбегал он домой за косой
    и принялся этот лес косить. Махнул косой раз, махнул другой и - широкая
    просека готова. И снова черт за беглецами гонится.
    Летит конь во весь опор, да разве от черта убежишь? Вот он их опять
    нагоняет. Кричит конь парню:
    Брось-ка платок на землю, не то конец нам!
    Бросил парень платок, и тотчас за ними выросли огромные скалы.
    Попробовал черт сквозь скалы пробиться, но только когти обломал. Пришлось
    ему домой за ломом сбегать. Принес лом и принялся скалы дробить. Наконец
    пробил себе дорогу и дальше помчался. Черт весь посинел от злости и несется
    за беглецами как вихрь. Слышит парень, что лес пуще прежнего зашумел. Так и
    есть - черт снова их нагоняет. Кричит конь парню:
    - Вылей воду из бутылки, смотри только не облей меня и себя!
    А у парня от страха руки трясутся. Вылил он воду и нечаянно брызнул
    коню на задние ноги. В тот же миг разлилось за ними море, но и конь до
    половины в воде. Перепугался парень, что утонут они. Но конь изо всех сил
    оттолкнулся задними ногами и выскочил на берег. А черт за морем остался,
    чуть не лопается от злости, но ничего сделать не может: такого моря ему не
    переплыть. Плюнул он и домой вернулся.
    Поглядел конь черту вслед и говорит:
    - Спаслись мы с тобой от черта, а что дальше делать будем?
    Думал парень, думал, ничего придумать не может. Тогда конь так решил:
    - Иди-ка ты своей дорогой, а я своей пойду. Когда тебе что-нибудь
    понадобится, позови меня. Первый раз зови серебряного коня, второй -
    золотого, третий - алмазного, а в четвертый - черного.
    Сказав это, взвился конь на дыбы и умчался словно вихрь.
    Остался парень один и пошел куда глаза глядят. Шел, шел и пришел в
    королевский дворец. Решил он там на работу наняться. Стали думать, куда бы
    его пристроить, и решили - пусть воду возит. А парню что - раз приказано, он
    и делает.
    А у того короля была дочь-красавица. К ней женихи со всех концов света
    сватались, но она всем отказывала. Посватался к ней могущественный принц из
    соседнего государства, но и ему пришлось с пустыми руками уйти. Разгневался
    принц и объявил королю войну. Что же делать? Где уж королевским солдатам
    тягаться с войском принца! Но коли воевать, так воевать, и стали к войне
    готовиться.
    Все на войну собираются, только водовоз и ухом не ведет, знай себе воду
    из пруда черпает да лягушек пугает. Смеются над ним люди: спятил, мол,
    парень, а он отвечает, что к войне готовится.
    Пошли все на войну, а парень дома остался. И вот получает король
    известие, что почти все его войско перебито и придется, видно, королю
    склонить голову перед принцем. Дошли эти вести и до водовоза. Вызвал он
    серебряного коня и отправился на войну - сверкнул мимо окон принцессы, как
    молния. Увидали враги серебряного всадника и кинулись врассыпную. А парень
    мчится за ними и колотит, словно лягушек в пруду. Перебил он врагов, и
    войско короля домой повернуло.
    Вернулись домой, смотрят, а серебряного всадника нет. Так никто и не
    узнал, кто это был и куда исчез. Только королевская дочь знала: она в окошко
    подглядела, как водовоз в серебряного всадника превратился, но никому не
    сказала ни слова. Всю страну обыскали, а серебряного всадника так и не
    нашли.
    Через некоторое время принц опять войну объявил. Что делать? Опять все
    стали к войне готовиться. А парень знай себе из пруда воду черпает да
    лягушек во все стороны гоняет. Смеются над ним люди: ну и вояка! Только
    парень и ухом не ведет.
    Пошли все на войну, вызвал водовоз золотого коня и опять молнией
    сверкнул мимо окон принцессы. Солдаты принца, как только завидели вдали
    золотого всадника, сразу наутек бросились, а он мчится за ними да всех, кто
    под руку попадается, убивает.
    Войско короля домой вернулось, и стали золотого всадника искать. Да
    разве его найдешь? Ведь золотой всадник лягушек в пруду гоняет. Одна
    принцесса знает, кто он такой, но ни слова не говорит.
    Прошло немного времени, и принц в третий раз войну объявил. Войска у
    него больше, чем в те два раза вместе. Узнали об этом в королевстве,
    испугались, не знают, как быть. Сам король голову от страха потерял. А
    принцесса его утешает, говорит, что им тот же всадник поможет, что и в
    прошлые два раза. На этот раз и король на войну отправился: уж очень ему
    хотелось на могучего всадника посмотреть. Все опять так и вышло: все ушли на
    войну, а парень дома сидит.
    Подождал он, пока один остался, вызвал алмазного коня и молнией
    сверкнул мимо окон принцессы. Солдаты принца уже почти все войско короля
    перебили. Но тут примчался алмазный всадник. Как махнет он мечом, так
    солдаты принца падают, словно лягушки в пруд. Раз-два - перебил всадник
    войско принца. Собралась королевская рать домой. А король решил алмазного
    всадника поймать. И когда тот проезжал мимо, король метнул в него свое копье
    и попал ему в ногу. Копье сломалось, и острие осталось в ноге всадника, а
    сам он умчался как вихрь.
    Ничего не поделаешь, вернулся король с войском домой без алмазного
    всадника.
    А дома принцесса говорит королю:
    - Если ты найдешь этого алмазного всадника, я выйду за него замуж, и
    тебе никакие враги больше не будут страшны.
    Очень королю хотелось этого всадника найти, и пообещал он отдать ему
    все свое государство и принцессу в жены. Но всадник так и не объявился.
    Принцесса-то знала, кто этот всадник, но как это она вдруг пойдет и скажет,
    что хочет выйти замуж за водовоза.
    Тогда король послал гонцов объявить по всем странам, что отдаст свою
    дочь в жены и все королевство в придачу тому, кто спас его от принца. Ищут
    алмазного всадника, ищут, но найти так и не могут.
    А у короля был слуга, и решил он: раз всадника не нашли, почему бы ему
    не стать спасителем королевства? Приходит он к королю и говорит, что неловко
    ему в зятья королю набиваться, но королевство-то он спас.
    Ну, раз спаситель объявился, надо принцессу за него замуж отдавать.
    Стал король к свадьбе готовиться, созвал гостей из тридевяти государств. Все
    веселятся, только принцесса грустная ходит. В последний вечер перед свадьбой
    расплакалась она. А король понять не может, что это с дочкой случилось, и
    спрашивает:
    - Что ты, доченька, плачешь?
    - Как же мне не плакать, если мой алмазный всадник тоже плачет?
    Понял король, что слуга его - обманщик, и решил проверить, кто еще
    плачет. Ходит король, ходит, присматривается, но все веселы, никто не
    плачет. Приуныл король: дочка убивается, а он ей помочь не может. Вышел он в
    сад погулять и увидел водовоза. Сидел парень на берегу пруда и плакал так же
    горько, как принцесса. Тут-то король и понял, кто был серебряным, золотым и
    алмазным всадником. Подошел король поближе: так и есть - парень как раз
    обмывал проколотую ногу и вытаскивал из раны острие королевского копья. Взял
    король парня за руку и ввел в зал, приказал всем замолчать и сказал:
    - Не знаю, что мне теперь делать. Появились у меня два новых короля.
    Один заслужил честь стать королем, да не признался, а второй не заслужил, но
    хочет королем стать. Кого из них мне королем сделать, а кого наказать?
    Все в один голос закричали, что королем надо сделать того, кто это
    заслужил, а второго привязать к дикому коню и пустить по лесам, по болотам.
    В тот же миг примчался черный конь, что парня от черта спас. Привязали
    к нему слугу, и умчался конь как бешеный. Так наказали слугу, а водовоза
    сделали королем. И принцесса плакать перестала, рада она радехонька, что
    нашла своего суженого.
    А конь вернулся и не отходит от молодого короля. Просит он короля:
    - Если желаешь мне добра, убей меня!
    Молодой король ни за что не соглашался коня убить, уж очень он его
    любил. Но конь все просит и просит. Подумал тут король: "Он мне столько
    добра сделал и всегда меня слушался, как же я его просьбу не выполню?"
    Взмахнул он мечом и отсек коню голову.
    И в тот же миг превратился конь в прекрасного юношу. Рассказал он, что
    в коня его превратил черт, а сам он - принц из соседнего государства.
    Не знал принц, как ему и благодарить молодого короля. Потом принц уехал
    к себе домой. А король со своей красавицей женой живут и по сей день, если
    только какой беды с ними не приключилось.

     

    Волшебная меленка

    Жили-были два брата. Один был богатый, а другой - бедняк. Терпеть не
    мог богач своего бедного брата. Случилось как-то, вышел у бедняка весь хлеб,
    и рад бы он хлеба купить, да вот беда - нет ни гроша за душой. Отправился он
    к богатому брату за помощью. Но только богач увидел, что брат к его дому
    подходит, швырнул через окошко заплесневелый свиной окорок и крикнул
    бедняку, чтобы тот в пекло убирался:
    - Продашь там окорок - с деньгами будешь!
    - И на том спасибо, - молвил бедняк, взял окорок и со слезами пошел
    пекло искать. По дороге встретился ему седой старичок.
    - Что ты плачешь? - спрашивает старичок. Рассказал ему бедняк о своем
    горе: послал его брат в пекло окорок продать, а он и дороги туда не знает.
    - Ну, нечего попусту слезы лить! - утешает его старик. - Иди по этой
    тропинке, никуда не сворачивай и дойдешь до самого пекла. Да не забудь:
    денег в пекле за окорок не бери, попроси меленку, что в углу валяется.
    Поблагодарил бедняк старика и пошел своей дорогой.
    Идет он, идет, а тропинке все конца нет. Но вот дошел он до пекла, а
    дальше хода нет - большие-пребольшие ворота перед ним. Постучался бедняк в
    ворота. Выходит на стук чертов прислужник о трех головах и спрашивает:
    - Чего тебе надобно?
    - Да вот, свиной окорок продаю, - говорит бедняк. Обрадовался чертов
    прислужник.
    - Сколько же ты за него хочешь? - спрашивает.
    - За деньги я окорок не продам, - отвечает бедняк. - Отдам его за
    меленку, что в углу валяется.
    Но трехголовый о меленке и слышать не хочет.
    - Проси все, что хочешь, только не меленку! - говорит.
    Приметил бедняк, что чертов-прислужник глаз от окорока отвести не
    может, все облизывается, и не уступает: давай меленку! - и все тут. Наконец
    отдал ему трехголовый меленку.
    На том они и расстались. Чертов прислужник с окороком в пекле исчез и
    ворота огромные за собой запер, а бедняк с меленной со всех ног домой
    спешит.
    По дороге он снова старичка встречает.
    - Ну как, достал меленку? - спрашивает старичок.
    - Достать-то достал, - отвечает бедный брат, - только что мне с нею
    делать, ума не приложу, у меня-то ведь и молоть нечего.
    - Да ведь меленка-то эта волшебная, - говорит старик. - Как прикажешь
    ей молоть, она затрещит, завертится и намелет тебе всего, что только
    пожелаешь.
    А еще поведал старичок бедняку, от каких слов меленка остановится, и
    наказал, чтоб никому он этих слов не говорил. Сказал все это старик и исчез.
    С той поры зажил бедный брат счастливо и богато. Каждый день давала ему
    меленка самую вкусную еду и питье. Намолола меленка всякого добра и столько
    золота, что построил он себе золотой дворец.
    Увидал богатый брат золотой дворец и чуть ума не решился. Прибежал он к
    бедному брату и спрашивает:
    - Откуда же у тебя такое богатство?
    Рассказал бедный брат, что меленка его богатым сделала. Стал богатый
    приставать к бедному, чтобы продал он ему меленку.
    - Отчего ж не продать? - говорит бедняк. - Добра у меня теперь вдоволь,
    можно и брату уделить.
    Только услыхал это богатый брат, тут же схватил меленку и, пыхтя и
    задыхаясь, домой побежал. Прибежал и - от радости даже трясется. А жена на
    него глядит, удивляется: что это с мужем сталось?
    Наутро собрался богатый брат с батраками сено косить. Жена хотела было
    дома остаться - кашу сварить, но муж говорит:
    - Иди-ка ты с нами косить, а я уж, как завтракать время придет, домой
    сбегаю, меленка мне мигом каши намелет.
    Не стала жена спорить и пошла со всеми вместе на луг.
    Вот подошло время завтракать, хозяин бросил косу и домой за кашей
    поспешил. Прибежал домой и - за меленку. Мелет, мелет меленка, уже все
    горшки кашей наполнились. И не надо бы больше, а меленка знай себе мелет.
    Кричит хозяин, что хватит-де каши, да не слушается его меленка. Уже вся изба
    каши полна, а меленка все мелет и мелет. Испугался хозяин не на шутку,
    выбросил меленку за дверь, только и это не помогло. Каши все прибавляется и
    прибавляется, скоро уж весь двор будет кашей забит. Словно взбесилась
    меленка. Богатый брат не знает, что с ней и делать. Наконец схватил он
    меленку и брату отнес: мол, девай ее, куда знаешь.
    Услыхал брат о том, что меленка натворила, и только посмеялся.
    Прошептал он волшебные слова, и в тот же миг вся каша пропала, будто ее и
    вовсе не бывало.
    Плыли как-то моряки мимо берега, видят: сверкает что-то на солнце.
    Сошли они с корабля посмотреть, что же это такое блестит. Подходят: стоит
    перед ними золотой дворец, крыша на нем чистым золотом горит. Спрашивают
    моряки:
    - Это чей же такой дворец и откуда он здесь взялся?
    - Дворец этот мой, - отвечает им бедный брат, - а взялся он из этой вот
    самой меленки.
    Дивятся моряки, надивиться не могут, просят, нельзя ли им на меленку
    поближе посмотреть. И так им меленка понравилась, что на другую же ночь они
    ее украли.
    Ищет наутро бедный брат свою меленку, никак не найдет: у моряков она, а
    моряки-то давно в море! Собрались моряки и думают, что бы такое приказать
    меленке сперва намолоть? Пока они раздумывали, кто-то возьми да крикни, что
    надо бы соли намолоть: соль-то они дома забыли. Что же, соль так соль. И
    замолола тут меленка - только пыль столбом стоит!
    Мелет она, мелет, уже полную миску соли намолола, словно бы и хватит.
    Хотят моряки меленку остановить, да куда там: мелет меленка без устали.
    Сгрудились моряки вокруг меленки, руками остановить ее пробуют, но все без
    толку. Вскоре наполнился корабль солью и потонул вместе с моряками и
    меленкой. А меленка и на дне морском все молола и по сей день мелет,
    оттого-то и вода в море соленая.

     

    Умный крестьянин

    Шел как-то крестьянин по дороге, притомился и сел на большой камень у
    обочины отдохнуть. Подскочил к нему черт да как рявкнет:
    - Не смей на моем стуле сидеть! А крестьянин не испугался.
    - Ты чего орешь? - спрашивает. - Вот я тебя сейчас в порошок сотру!
    Испугался черт и сразу поутих.
    - Какая польза тебе от этого будет? - спрашивает.
    - А вот какая: смогу я спокойно посидеть и отдохнуть.
    - Куда же ты путь держишь?

     

    Как крестьянин угадал, сколько чёрту лет

    Шел как-то крестьянин лесом. То ли он лесником был, то ли еще кем, то
    ли просто так погулять вышел. Вдруг встречает он в лесу черта. Черт сразу к
    нему:
    - Угадаешь, сколько мне лет, получишь три мешка денег.
    Подумал крестьянин, что деньги ему были бы очень кстати, да еще целых
    три мешка. Вот бы он пожил! Только как угадать, сколько черту лет? Помолчал
    он и говорит:
    - Не стану я сегодня гадать. Приходи завтра на это же место, тогда и
    скажу, сколько тебе лет.
    У черта времени хватает, и согласился он прийти завтра. Сговорились
    они, в какое время встретятся. Крестьянин пришел первым, залез в кусты и
    черта ждет. Только черт явился, крестьянин в кустах кукушкой закуковал.
    Слушал черт, слушал, а потом говорит:
    - Что за диво, девяносто девять лет на свете живу, а такого не слыхал,
    чтобы кукушка зимой куковала!
    Так и узнал крестьянин то, что ему нужно было. Подошел он к черту, а
    тот и спрашивает:
    - Ну, можешь сказать, сколько мне лет?
    Оглядел его крестьянин со всех сторон и говорит:
    - Кажись, девяносто девять лет тебе.
    Удивился черт: откуда крестьянин это знает? Но делать нечего, пришлось
    ему раскошелиться. Притащил черт три мешка денег, и зажил с той поры
    крестьянин богато. Ни в чем нужды не знал.

     

    Паренёк и чёрт

    Велела мать пареньку валек сделать, чтоб белье колотить. Пошел паренек
    в лес, строгает и посвистывает. Подошел к нему барин в черной одежде и
    спрашивает:
    - Ты что тут делаешь?
    - Что делаю? Да вот свистеть учусь.
    - А умеешь ты свистеть так громко, как я?
    И свистнул, да так громко, что листья с деревьев посыпались.
    - Это пустяки, - смеется паренек. - Когда я начну свистеть, ты глаза
    платком завяжи, чтоб не выскочили.
    Ладно. Завязал черт глаза платком. А паренек как стукнет черта вальком
    по затылку, у того и в самом деле глаза на лоб полезли. Он только взвыл:
    - Ох и свистишь же ты! - И бросился наутек.

     

    Глупый чёрт

    Пас как-то паренек у озера свиней. Пасет он свиней и веревку для кнута
    вьет. Вьет, вьет, вдруг видит: черт из озера вылезает. Спрашивает его черт:
    - На что тебе эта веревка?
    - А я ею черту рыло стяну! - отвечает паренек. Испугался черт:
    - Неужто ты такой сильный? - спрашивает. Прикинулся паренек, будто
    рассердил его черт:
    - Вот я тебе покажу, какой я сильный! Ишь, выспрашивать вздумал! Сейчас
    озеро затяну и глотку тебе перевяжу!
    Не на шутку испугался черт. Молит паренька не делать этого, барином его
    величает.
    Расхрабрился тут паренек и давай черта гонять - то то сделай, то это.
    Наконец велел черту плясать: пусть-де силу свою покажет.
    - Да я такой сильный, - расхвастался черт, - лошадь подниму!
    - Эка невидаль - поднять лошадь! - смеется паренек. - А я вот что
    сделаю: зажму лошадь меж ног и обегу вокруг озера. Вот это сила!
    Слушает черт, слушает, а не верит. Тут паренек вскочил на лошадь,
    стукнул ее в бока пятками и объехал вокруг озера, только пыль столбом.
    Опечалился черт: надо же! Есть, оказывается, на свете богатыри и посильнее
    его.

     

    Находчивый пастушок

    Пас как-то пастушок овец, и один ягненок в ручье утонул.
    - Что же мне делать? - опечалился паренек. - Хозяйка браниться станет,
    хозяин пасталы не даст. Ах, черт!
    Только он это вымолвил, как зашумело по верхушкам деревьев, и черт тут
    как тут.
    - Чего тебе, парень, надо?
    - А чтоб за ягненка мне заплатил, ты же сам его в ручей затащил!
    - Сколько ты хочешь?
    - Полную шапку денег!
    - Ладно. Коли сделаешь все, что велю, дам тебе полную шапку денег.
    Первое - наперегонки побежим, второе - станем камень вверх бросать, третье -
    будем камни сжимать.
    Согласился паренек.
    - Только вот наперегонки с тобой не побегу, - говорит. - За скотиной
    надо глядеть, чтоб хлеба не потравила. Вместо меня побежит мой младший брат,
    он тут в лесу под можжевельником спит. Я ему сказал, что бежать надо. Позови
    только: "Янит, Янит, побежим!" Пошел черт за младшим братом. Услыхал
    паренек, как черт кликнул "Янит!" и раздался топот. Скоро черт вернулся:
    обогнал его заяц.
    Стали черт с пареньком камни вверх бросать. Схватил черт большой камень
    и швырнул его вверх. Камень упал через три часа и на три сажени в землю
    ушел. А парень вынул из кармана пташку и подбросил ее, она и через три часа
    не вернулась. Разве пташка вернется! Снова черт в проигрыше.
    Схватил черт камень и так сжал, что пыль из камня пошла.
    - Да разве так жмут, - смеется паренек, - гляди, я так сожму, что сок
    потечет!
    Вынул парень из сумы яблоко и сжал его так, что сок из яблока брызнул.
    Делать нечего, и на этот раз черт проиграл.
    - Ну, а теперь живо беги в пекло, - говорит паренек, - да деньги тащи!
    Побежал черт за деньгами. Тем временем парень проделал в шапке дыру и
    стал возле картофельной ямы. Пришел черт с деньгами, сыплет, сыплет, а шапка
    все пустая: все деньги в картофельную яму падают.
    - До чего ж у тебя шапка большая! - удивляется черт.
    - Не болтай попусту, сыпь дополна!
    Девять раз бегал черт за деньгами. Наконец и шапка, и картофельная яма
    полным-полнехоньки.
    Теперь у пастушка было столько денег, что он и хозяину за утонувшего
    ягненка смог заплатить, и себе осталось - хоть отбавляй.

     

    Золотая борода

    Ночевал овинщик в господской риге, и не было ему по ночам покоя: то
    кто-то колосники передвигает, то цепами стучит - только грохот раздается, то
    просто шум стоит. Решил овинщик дознаться, кто ж это по ночам спать ему не
    дает. В ту ночь не стал он спать ложиться, сел в риге возле горящей печи и
    от нечего делать корытце мастерит, чтоб сон отогнать.
    Делает он корытце, делает, вдруг, откуда ни возьмись, - какой-то
    незнакомец.
    - Ты что тут мастеришь? - спрашивает.
    - Вот корытце делаю, чтоб золото лить.
    - Зачем же его лить?
    - А это уж мое дело, я мужик уже в годах, ни одна девка за меня не
    идет, а как отолью я себе золотую бороду, тогда, чай, побегут.
    - Ох! - воскликнул незнакомец (а был это сам черт), - вот и вправду
    умные речи! А не возьмешься ли ты и мне золотую бороду отлить?
    - Отчего ж не отлить! Но ты должен принести мне три шапки золота,
    меньше никак нельзя.
    Черт согласился, сдернул у овинщика с головы шапку и за золотом
    побежал. Через три секунды черт вернулся с деньгами и ждет, когда ж ему
    золотую бороду отольют.
    Только как же, дождешься! Станет тебе овинщик золотую бороду отливать!
    Растопил он смолу в корытце и говорит черту:
    - Окуни-ка сюда бороду. Вот застынет на ней золото, и засверкает твоя
    борода всем на удивление.
    Ладно. Сунул черт бороду в смолу. А овинщик смочил ее как следует,
    подождал немного и говорит:
    - Вытаскивай бороду, верно, уж вызолотилась!
    Дернул черт бороду раз, дернул два - вот беда-то! - смола застыла,
    борода вся слиплась, и боль такая, что черт в голос воет. С эдакой-то
    бородой на людях и не покажешься. Ругается черт, а овинщик его утешает:
    - Погоди,погоди, пусть позолота пристанет покрепче!
    Пока позолота приставила, спросил черт овинщика:
    - А как зовут-то тебя?
    - Зовут меня Я-сам! - отвечает овинщик. - А вот теперь можешь идти:
    позолота-то накрепко к бороде пристала.
    Пошел черт к выходу. Пригладил бороду да как заревет от боли:
    - Ой, как больно! Ой, как больно! Да такая жесткая, что и погладить
    нельзя. Уж не испортил ли ты мою бороду?
    Услыхали это чертовы молотильщики, спрашивают:
    - Кто тебе бороду испортил, кто испортил?
    - Я-сам испортил, Я-сам!
    - Ну, коли сам испортил, что ж кричать-то!
    С той поры никто в риге больше по ночам не шумел, всех чертей как
    ветром выдуло. А овинщик разбогател: у него три шапки золота осталось.
    Женился он на дочери помещика того имения и зажил на славу.

    Оставьте свой комментарий об этой страничке: